Удар жуткой силы просто впечатал меня в стену.

— Ты… — ее глаза светились жутким пламенем.

Я упал на землю. Выплюнул кровь.

— Еще хоть одно слово и я тебя убью, — сказала она.

— Как скажите, капитан Сой Фон, — с трудом сказал я.

— Я Учитель!

— Как скажите, капитан Сой Фон, — не стал я поддаваться.

Она нависла надо мной. Ее давление просто вбивало меня в землю.

Я не знаю, сколько так продолжалось. Я с трудом не терял создание. Куро поддерживала меня, как могла, но что мы против капитана можем. Она жутко сильна и сейчас на меня обрушилась вся мощь ее ярости.

Тут давление резко прекратилось.

Она фыркнула.

— Иди, работай, — развернулась и пошла к себе.

— Да… — прохрипел я. — Капитан Сой Фон.

Она чуть поскрежетала зубами, но не стала ничего говорить.

Она ушла, а я с трудом поднимался на ноги. Пусть я больше не ее ученик, но все еще часть ее отряда. Вот извиниться тогда и буду ее уважать.

Рядом, как ни странно появился Гин.

— Это было страшно, — улыбнулся он. Помог мне подняться.

— Она сама виновата, — с трудом сел.

— Ты дурак, — усмехнулся он. — Но наблюдать за тобой тогда было очень весело.

— Рад что повеселил.

Он подлечивал меня, а я же думал.

Как мне теперь быть?…

Она ворвалась в свой кабинет. Со всей силы захлопнула дверь, от чего та просто раскрошилась.

Пыхтя от ярости, она села на свое место и попыталась успокоиться.

Как он посмел?! Это ничтожество просто взяло ее дар, то одолжение, которое она сделала этому неудачнику, и просто плюнуло ей в лицо. Он взял и растоптал ее доверие. Даже угроза смерти его не испугала.

— Ничтожество! — рычала она.

— Хех, — услышала она смешок.

Подняла полный ярости взгляд, чтобы убить наглеца, однако им оказался человек, с которым она связываться бы не хотела.

— Молодец, — усмехнулся Дзерой. — Сорвалась на ребенке. Полегчало? Вижу, ты не оценила всего, что я для тебя сделал.

— ЗАТКНИСЬ! — крикнула она. — ЭТА БЕЗДАРНОСТЬ МНЕ НЕ НУЖНА!

— Кто бы говорил о бездарности, — улыбался старик. — Что там твой отец про тебя говорил, когда ты только начинала? — спросил он. Девушка заскрежетала зубами от ярости. — Ах, да! Эта бездарность вряд ли сможет быть сильной. И если бы не Йоруичи, ты так бы и осталась в глазах своего отца бездарностью.

— Молчать!

— Не талант делает человека великим, а Учитель, который сумел показать путь этому таланту. Я дал тебе невероятную возможность превзойти своего Учителя, но ты даже не пыталась этого сделать.

— Плевать!

— Ну как хочешь, — пожал он плечами. — Но придет время, и ты будешь жалеть об этом. Смотри, чтобы не стало совсем уж поздно.

— УБИРАЙСЯ!

Старик усмехнулся и ушел, также незаметно, как и пришел сюда.

А она осталась. Бессильно упала в кресло и опустила голову.

Сейчас она старалась успокоиться. Старалась придать своей голове холод и ясность. Но гнев все не проходил.

Слова Карасумару никак не шли у нее из головы. Они почему-то раз за разом прокручивались в ее памяти, не давая нормально мыслить.

Она тяжело вздохнула.

Впервые за много лет она дала себе мгновение слабины и пустила всего одну слезу.

— Что я делаю не так… Йоруичи-сама?

После очередного дикого дня я еле ползу в свою комнату.

Да, наши и без того хреновые отношения с капитаном Сой Фон окончательно испортились. С того дня и вот уже месяц она явно не горит желанием признать свою вину и винит во всем меня. Но при этом отпускать меня она не собирается.

Устав от ее постоянных оскорблений, издевательств и вообще я уже сказал ей, что учиться у нее я не хочу, но ее такой ответ не устраивает. Она просто сделала вид, что будто ничего и не было. Мне опять приходится каждый день ждать ее по утрам, проходить тренировки или если быть точным пытки, а затем идти работать. И только потому, что я не хочу, чтобы в моем личном деле была плохая рекомендация, я все это делаю.

Ведь если у меня будет написано, что я плохо работаю, то вряд ли меня особо будут жаловать в другом отряде. А уйти я хочу. Уж не с таким капитаном мне работать.

У нас с капитаном разразилась молчаливая война. Я веду себя тихо, спокойно, ничего ей не говорю и не перечу, но обращаюсь только официально, как положено в отряде. Учителем ее я больше не называю, что дико ее бесит, от чего она с каждым разом усложняет мои тренировки. О такой вещи как выходной я уже забыл, она, похоже, поставила себе цель изжить меня окончательно. Извинятся за свое поведение, она даже не собирается, потому я прощать ее не намерен.

Короче все сложно.

Мои заявления о переводе игнорируются, потому я просто буду действовать ей на нервы.

Не Учитель она мне больше.

Я все могу понять, я все могу простить. Издевательства? Да они закаляют меня. Пусть и прибавляют фобии в мой психологический портрет. Тяжелые тренировки? Они делают меня сильнее. В тех драках с 11-ым отрядом я испытал на себе улучшения. Небольшие, но результаты есть. Грубость? Каждый человек уникален и все идеальными быть не могут. Вон Дай-сенсей и Дзеро-сенсей были жестокими типами, издевались надо мной не меньше. Но при этом я чувствовал, что меня они, если что в беду не бросят, они меня не сломают, не уничтожат и не станут унижать. Они мне в некотором роде доверяли.

Но вот Сой Фон совершенно плевать на это. Она со мной даже времени поговорить найти не может. Она не знает меня, вообще ничего даже о себе не рассказывает.

Уже прошло два месяца моей учебы, а настоящее имя своего Учителя я узнаю от ее младшего брата и то по обмолвке. Это, вообще, ни в какие ворота не лезет.

Ей просто плевать на меня. Она не хочет меня уважать, но требует моего уважения к себе.

Это просто свинство.

Дзеро-сенсей так вообще постоянно говорил. Давал ехидные советы и замечания. И от его слов не хотелось злиться. Я не чувствовал, что он хочет меня оскорбить. Мне порой даже весело было.

В человеке чувствуется опыт. Да, даже молчаливый Дай-сенсей был пусть жестоким, но приятным учителем.

Жаль они больше меня не учат. Я как-то говорил недавно с Дзеро-сенсеем, на что он сказал, что ему просто нечему меня учить. Только Сой Фон может преподать мне нужную науку. Но пока у нее просветление не случится, ничего можно не ждать.

Ладно. Сетовать можно много и долго.

Мне бы главное выдержать этот напор. Тяжело мне последнее время.

Если раньше я с ее тренировок с трудом, но шел, то теперь еле двигаюсь. Еще она расставила своих людей по периметру, и не пускала посторонних, пока ее нет тут.

Короче я здесь еще и как в тюрьме. Вот же злопамятная.

На сегодня тренировка закончена.

Я с трудом стоял на ногах. Левой ноги не чувствую.

Стоять тяжело.

— На сегодня все, — равнодушно сказала она.

— Да, капитан Сой Фон, — так же равнодушно ответил я.

Она поморщилась и удалилась.

Я же перестал сдерживаться и упал.

Тяжело дышать. В глазах двоится.

Думать тяжело.

— Эй, ты как? — услышал я голос Омаэды. — Ты чего?

Он подошел и помог подняться.

— Ну, ни черта себе. Как ты еще жив? — спросил он.

— Талант, — усмехнулся я.

— Тебе бы отоспаться.

— Вряд ли меня отпустят с работы. Капитан больше выходного не дает.

— Ты ее серьезно взбесил. Я впервые ее такой вижу, — он побледнел. — Тебе или бежать отсюда, или умирать.

— Сбежать не смогу, здоровье не позволяют, да и не хочу прослыть дезертиром. Слово капитана, да еще и из семьи Фон будет выше слова простолюдина.

— Беда.

Омаэда-сан помог мне добраться до рабочего стола. Вот тем, кто будет говорить, что Омаэда-сан гад, реально набью морду. Да, он не самый приятный и тактичный человек, но уж то, что он дал мне в два раза меньше работы уже что-то. Обычно он вообще не работает, а скидывает все на меня. Но даже он понимает, что от живого меня будет больше пользе, чем от покойника. Так что я ему благодарен. Пораньше закончу и побольше посплю.