— Нет — развел руками Краперс.

— Это ребята, которые ловят соглядатаев и наушников ваших поработителей.

— А, эти! Есть здесь такие люди. Иначе нас бы давно разорвали на куски кабалеро Харца. Прошлые восстания многому наших бойцов научили.

— Хорошо — удовлетворенно кивнул Золас — значит, не все потеряно! А сколько у вас готовых гаринальди?

— Здесь человек двести и столько же по поселкам.

— Мы сможем завтра увидеть их в действии?

— Да, надо будет только отъехать на дальнюю лесосеку, для спокойствия.

— А с кем я могу переговорить о вашем войске и об особенностях военного дела у конников.

Пит на минуту задумался и крякнул — Михалос Утос, на его лесосеке мы и соберемся завтра.

Торговец и глава клана только кивали головами, они увидели в принце опытного руководителя, взявшего в свои руки действия по подготовке к восстанию, и казались на вид довольными.

— Тогда у меня еще один вопрос к Дренари, и я жду честного ответа. Почему все-таки сейчас?

Южанин выпрямился и взглянул прямо в глаза принца — Да, вы правы, есть одна очень важная причина. Драгастия снова течет в Сегонеру. В случае успеха мы можем сразу открыть торговые пути. А отсюда, с предгорий, имеется сухопутная дорога к приморским племенам, а там и дальше кораблями на Север.

— Хм, вот это похоже на правду. Этот путь мы еще позже подробно обсудим. Не правда ли?

Южанин только молча кивнул головой, а лесовики усмехались в свои роскошные усы.

— И стоило так резко начинать командовать местными? — Зиг вопросительно посмотрел на своего бывшего подопечного. Они сидели в доме дяди Истоса и вкушали скромный завтрак, состоящий из свежевыпеченного темного хлеба и белого ноздреватого сыра. Сам хозяин с племянником уехал заранее на лесосеку Утоса, подготовить там все к прибытию гостей. Перед этим принц Золас смог переговорить с самим старшиной этой лесосеки. Михалос оказался здоровенным детиной, с огромными кулаками и толстыми, мускулистыми ногами. Он слыл известным борцом, представлял на традиционных ярмарках гильдию лесорубов, и всегда побеждал на тамошних боях. Не смотря на свою брутальную внешность, Утос оказался весьма сообразительным собеседником и рассказал Марку много чего интересного. Затем у принца состоялся обстоятельный разговор с торговцем южных морей Ромулом Дренари. Золас смог выжать всю необходимую информацию из хитрого южанина. Пришлось даже в один из моментов прижать того с помощью новоявленных союзников лесорубов, но рассказанное в итоге этой беседы торговцем стоило того. В первую очередь чужеземцев интересовал такой вопрос, как попал сюда торговец, и куда он направлялся.

Картина сложилась такая: раз в год, текущая с тающих снежных вершин вода поднимала уровень небольших речушек, текущих как в саму Драгастию, так и питающую небольшие речки, текущие с невысокого острога в северные моря. Тогда и открывался путь с морей в эти леса. Северные торговцы на небольших судах по этим небольшим рекам поднимались вверх. Чтобы тянуть свои корабли против течения, они использовали невысоких, но крепких тягловых животных — тапари. На них же они переправляли товар через отрог, а затем использовали плоты и спускались к самой Драгастии. Благодаря этому сложному пути, жители лесов могли получать необходимые им северные товары, отдавая взамен отличные изделия из местного железа и драгоценные камни, которые можно было найти в горах. Харц знал об этой незаконной торговле, но его представитель получал весной свою долю и помалкивал. Да и масштабы подобных торговых сделок были относительно невелики.

Вот таким караваном и прибыл Дренари для разговора с местными старшинами. Затем он, пока не закончилось лето, на небольшом караване из тапари должен был уйти дальше на юго-восток. По кромке лесов, по предгорьям шла старая караванная тропа. Дорога по ней до его приморского города занимала три недели. Летом редкие караваны приходили к лесорубам, некоторые двигались дальше к Крепости. Понятно, что такая жидкая торговля мало влияла на жизнь местных жителей.

Зиг и Золас поначалу впали в уныние, все их надежды на скорое возвращение были утрачены. Или им пришлось бы оставаться у лесовиков на целый год, а значит оставалась опасность попасть в руки кабалеро. Или двигаться с Дренари в его город, уже не как союзники, а как просители милости, и ждать у морских торговцев, когда получиться оказия, и можно будет попасть на корабль, плывущий на север. Все это было также смертельно опасно и могло занять несколько лет. А политическая ситуация в этом мире за это время кардинально бы изменилась.

Сам Дренари не знал пути к островам, где были расположены аварийные датчики, но обещал дать письменную рекомендацию главе Гильдии торговцев рыбой в городе Искар, стоявшем в устье Сегонеры. Были ведь еще и далекие северные племена, с которыми эти торговцы как раз и имеют дело. Те наверняка об этих морях знали больше. Принц удовлетворенно кивнул в ответ на эту информацию Дренари и начал уже более дотошно расспрашивать о местных обычаях, ловко уклоняясь от встречных вопросов. Южанин ведь также сгорал от нетерпения узнать, как живут люди на других мирах.

— А я еще и не начинал командовать — усмехнулся Золас — сначала надо поближе познакомиться с людьми, которых ты потом будешь посылать на смерть.

— Даже так? — Янос озабоченно взглянул на товарища — Может, все-таки мы зря ввязались в это дело?

— Так вроде как ты меня на него и подбил?

— Прольется много крови — мужчина вздохнул — Ты знаешь, я не люблю этого.

— Ха, центурион, а ты у нас оказывается миротворец! — Золас подлил себе еще местного пива — Кровь прольется так или так. Вопрос в другом, а не зря ли она прольется? Мы можем помочь этим людям сбросить иго варварства. Они хорошие работяги, они чтут традиции предков, они любознательны и сметливы. Ты видел произведения этого кузнеца? Я не о пилах и топорах, а вот посмотри на этот подсвечник, или на рукоятку вертела.

— Красивые вещи — согласился бывший наемник.

— Не просто красивые, а прекрасные — развеселился принц — Я бы даже взял некоторые произведения местного искусства к себе в резиденцию. Туда бы уволок заодно и рецепт местного пива.

— Пиво! Да! — Зиг также захохотал — Оно просто превосходно! Видимо местная вода так влияет на его вкус.

В дверь осторожно заглянул слуга хозяина, он с удивлением и испугом рассматривал чужеземцев. Золас обернулся на него и спросил — У тебя есть новости?

— Да, мастер — ответил с поклоном служка — ваше оружие.

Товарищи вскочили с места, и пошли к дверям. И в самом деле, копье Зига и лук Золаса аккуратно были положены около спальных мест. Это был первый знак доверия, а может быть и новой дружбы.

Следующие два дня прошли на лесосеке Михалоса Утоса. Туда втайне собрались почти все воины, работающие в здешних местах лесорубами. Те издавна были лучшими бойцами лесных племен, так как эта работа требовала недюжинной силы, ловкости и умения. Принц внимательно наблюдал за действиями этих воинов-ополченцев, как в одиночку, так и в строю. Гаринальди сражались только в пешем строю, и использовали в бою длинные копья и крепкие топоры. Прочее оружие было им запрещено законом, изданным Харцом. Вернее он запретил вообще все оружие, но копья оказались нужны лесорубам для защиты от хищных животных, а топорами они добывали свой хлеб насущный. Поэтому в жестких правилах завоевателей сразу же появились исключения.

Бойцы с интересом осмотрели копье центуриона, оценили его крепость и весьма длинное металлическое лезвие. Пусть оно было выполнено кустарно, но выглядело вполне эффективным. Десятники и командиры копейщиков также задумались, не стоило бы и им заметь такие же. Длинные копья смогут дальше сдерживать конников, а длинное лезвие сложно перерубить саблями, которые используют кабалеро.

Принц же смог подробно разузнать об особенностях ведения войн между местными племенами. Ничего нового в военной тактике они не придумали, поэтому у него сразу же в голове сложился прообраз необходимых преобразований в ополчении лесных племен. Он собрал на поляне командиров сотен и десятков, и начал объяснять им особенности новой тактики, которую им же и предлагал изучать. Воины стояли в большинстве своем молча, пока вперед не выступил Утос, и сам не начал выпытывать у принца подробности новых методов ведения войны. Затем посыпались наводящие вопросы и от остальных присутствующих здесь воинов. Зиг посматривал на это действо с явным любопытством. Его заинтриговало довольное выражение лица принца, и усмешки нескольких ветеранов, увенчанных наградами прошлых войн в виде шрамов. Наконец Утос удовлетворенно кивнул, и вышел на середину вытоптанной множеством сапог площадки.