Разграблению подверглись только вазочка с конфетами и початая бутылка коньяка, стоявшая за стеклом в серванте. Как можно было вытащить её из-за запертых на ключ дверок, для меня так и осталось тайной.

Посидев с полчасика над разбитым корытом, я уползла досыпать, проверив входную дверь, которая оказалась не потревоженной. Голова отказывалась воспринимать весь этот бред. Поэтому разбор полётов решила отложить до утра.

Надежда, что это всё это было сном, лопнула как мыльный пузырь, когда в полусне попыталась утром добраться до ванны. Правая нога с размаху врезалась в валявшуюся в гостиной сковородку. Та, жалобно звякнув, улетела в угол. Прыгая на уцелевшей ноге и поминая матушку и всех родственников, добралась до дивана. Ноготь на большом пальце оказался целым, разве что чуточку расщепился от удара.

Закончив прихорашиваться, быстро прибралась и отправилась в маркет. После нашествия неизвестных воришек ни крошки съестного в доме не оказалось.

Навьючившись покупками как ломовая лошадь, с трудом дотащилась до входной двери, по пути перекалякав с парой соседок. Открыв замок, буквально ввалилась внутрь. Руки ныли от непривычной тяжести.

Решив несколько минут передохнуть, выкопала из недр хозяйственной сумки брикетик пломбира с клубничным джемом и отправилась к компьютеру.

Плюхнувшись на стол и запустив зубы в холодное лакомство, чуть им же и не подавилась. На разбуженном ото сна экране весело подмигивала вчерашняя рожа, только надпись была другая: «Скупая карга платит дважды! Кривенс»!

Очнулась я от ступора лишь тогда, когда растаявшее мороженое резво побежало по пальцам. Пришлось опрометью нестись в ванную и смывать липкую жижу. Только сейчас заметила валявшуюся на полу визитку с номером мобильного и именем давешнего мастера. «Бортко Ронислав Валерьевич» гордо гласила белая витиеватая надпись, а ниже два номера телефона. Поскольку я сама пользовалась услугами «Мегафона», то и набрала второй номер.

Трубку долго не брали, а потом послышался раздражённый мужской голос:

– Даже в выходные кому-то неймётся! Я вас слушаю.

– Здравствуйте, Ронилав. У меня повторилась вчерашняя проблема. Не могли бы вы приехать и посмотреть, что случилось?

– Ни в коем случае! – горячо запротестовал молодой мужчина. – Мне химчистка после визита к вам обошлась в триста пятьдесят рублей при двух сотнях оплаты. Вы меня так по миру пустите!

Тут в мою голову постучалась светлая идея:

– А если я вас обедом накормлю, приедете?

– И не будете ничего опрокидывать и отнимать?

– Не буду! – клятвенно заверила я, скрестив пальцы наудачу.

– Хорошо, через два часа буду. Ждите.

Сухой равнодушный тон неприятно царапнул мне слух. Решив, что вчерашняя симпатия мне померещилась, отправилась в кухню возиться с обедом.

Сильно перетруждаться не стала. Сделала жаркое из мяса с овощами по бабушкиному рецепту. Испекла шарлотку и наварила огромную кастрюлю с вишнёвым компотом. Весьма довольная собой, переоделась в платье в цветочек с открытыми плечами и принялась поджидать несчастную жертву дизайнерского произвола.

Налила хрустальный графин до самого верха и вместе с высокими стаканами поставила на застланный узорчатой белой скатертью стол в гостиной. Поставила вазу с орхидеями, которые любила сама себе покупать, на стол. После чего ловко сервировала обед на двоих. В голове промелькнула мысль, полная сожаления, что, похоже, вчерашнюю симпатию я сама себе надумала. Потом опустилась в кресло у окна и взяла с полки одну из новых книг.

Громкий звонок в дверь оторвал меня от чтения на восьмидесятой странице. Заложив место, на котором я остановилась, красивой открыткой с лебедями, которая осталась в моём доме с тех самых пор, когда старшая сестра выходила замуж, заставила себя успокоиться и потопала открывать гостю.

– Добрый день, Ронислав. Вы даже не представляете, как я рада вас видеть! Простите, что испортила вам ещё один выходной.

– Разве можно отказать в помощи такой симпатичной девушке? – пробурчал он вместо приветствия, переступая через порог. – Ваш монстр ещё не бегает? Стоит на прежнем месте?

– Мутационный процесс пока не коснулся двигательной функции, – подыграла я мужчине, сразу смекнув, что он пародирует героев фильма «Затяжные неприятности с продолжением». – Так что, Фая вы найдёте там, где он стоял вчера.

– Хвала Баргану! – увенчал он мою тронную речь коронной фразой главного героя. – Пойдёмте, посмотрим, что там случилось.

– Предлагаю сначала подкрепиться, – почти промурлыкала в ответ, пару раз хлопнув накрашенными удлиняющей тушью ресницами.

– Сначала посмотрю, что у нас ещё плохого, – голосом Механика Зелёного, чуть ворчливо отозвался мой гость и пошёл в гостиную, где стоял взбунтовавшийся электронный монстр.

Ронислав несколько минут молча полюбовался на вчерашнюю рожу, деловито прочёл надпись: «Скупая карга платит дважды! Кривенс»! и задумался, что за странный вирус засел в моём компьютере. Перебрав в голове всё, что вспомнил о последних поступлениях в разделе «Головная боль для программистов и инженеров по ремонту оргтехники», приуныл. Ничего подобного он до сих пор не встречал.

Тут мой слух уловил грохот на кухне. Спустя несколько минут мы почти одновременно оказались на месте происшествия. Кастрюля из-под вишнёвого компота была пуста и, беспомощно лёжа на боку, демонстрировала пустую утробу. Вокруг оказались отпечатки множества маленьких босых ножек.

– Настюш, и на что нас обули? – осторожно поинтересовался Ронислав, справедливо опасаясь, что я могу впасть в неконтролируемую истерику. Больно уж нетривиальное событие произошло в обычной городской квартире.

– На литров пять вишнёвого компота. В холодильнике и на столе стоят два кувшина. Надеюсь, они там и останутся. Хорошо ещё, что духовку поставила на режим подогрева. Жаркое не подверглось поруганию, как и пирог.

– Будем считать, что я простил неурочный вызов. Больно уж аппетитно тут пахнет. Пожалуй, не отказался бы перекусить. – Серые глаза заметно потеплели, став почти такими же заинтересованными, как вчера, но я строго отругала себя за неуёмную фантазию. Потом наполнила две тарелки и пригласила инженера за стол.

Обед прошёл почти в семейной обстановке. Правда, всю шарлотку на двоих мы уничтожать не стали. Я завернула пирог с яблоками в полиэтиленовый пакет, чтобы не зачерствел. Вернула противень с жарким в духовку. К компьютеру мы прихватили только кувшин с компотом и два высоких стеклянных стакана, которые составляли весьма симпатичный набор для кухни.

Ронислав, как мужчина воспитанный, решил поухаживать за мной, разлить, как выяснилось, наш любимый напиток по ёмкостям. Но тут случилось нечто совсем уж непонятное.

Нечто невидимое приподняло инженера над полом, а потом кувшин рванулся из рук бедолаги. Потом точно лошадь взбрыкнула, и всё сладкое содержимое оказалось на моём платье. В довершении бед, он поскользнулся в сладкой луже и рухнул на меня сверху. На несколько минут я, видимо, отключилась. А потом точно де жав вю, за исключением моего наряда. Лежу на диванчике в гостиной. Мне снова предложили красное сочное яблочко, а этот несносный тать расхаживал по моей гостиной в своих сумасшедших труселях неимоверной расцветки. Впрочем, многое можно было простить за объятия, в которых меня снова охватило непривычное ощущение неги и покоя.

Разговаривать и шевелиться мне совершенно не хотелось, но поганый заказ всё ещё висел дамокловым мечом над моей бедной головушкой. Поэтому пришлось выворачиваться из тёплых рук и топать в ванну. На этот раз я там протянула бельевую верёвку и застирала в тазике и своё платье. Благо, найти замену испорченному наряду было делом пары минут. Светлые брюки весело присоседились рядышком.

Когда я вернулась в гостиную, мужчина уже вовсю колдовал над злополучным компьютером. Судя по насупленному выражению лица пресловутый «вирус» легко сдаваться не собирался. Тут до моего слуха донеслись едва слышные шепотки. Бросив взгляд на Ронислава, поняла, что не померещилось.