— Мы не знаем. Пожав плечами произнес ректор.

— Как это? Еще больше удивился Проктон.

— А так, ни один артефакт на него не реагирует, если верить артефактам, то он вообще не имеет силы.

От услышанного Проктон вообще застыл столбом.

— Гм. Гм. Послышалось со стороны Аэрона.

— Ты что-то хочешь сказать, спросил ректор.

— Да, я бы хотел напомнить, что на него реагировал кристалл «Света».

— Как? Сразу напрягся Проктон.

— Как на открытие портала, причем мощного портала.

— Это как? Удивленно переспросил Проктон.

— Ты же знаешь. Кристалл «Света» реагирует на открытие порталов и при этом если в портале находится отступник, он краснеет, если нет, то он просто начинает светиться. Свет мягкий с желтизной. Но чем более мощный портал, тем ярче он светится, и цвет становится более белым. Так вот, он также реагировал и на Яркого, когда он к нему подходил. Кристалл начинал светиться с шагов десяти до него, а когда он подходил к нему вплотную, то пылал так, что на него невозможно было смотреть.

— И что это может значить?

— Незнаем, но, во всяком случае, сомнений у нас, что у него есть сила, нет, а вот, почему так на него реагируют артефакты и кристалл «Света» не понятно. Ответил ректор.

— Я хочу на это посмотреть. Это было сказано в приказном порядке, уже как от начальника службы безопасности королевства.

— Хорошо, мы это организуем, но, что по нашему вопросу. Мы будем его обучать темным искусствам, хотя бы защите от них?

— От них можно защищаться и с обычными щитами, а знания темных искусств очень опасны. Тем более сам же говоришь, он использует полученные знания по своему усмотрению. Где гарантия, что получив знания о защите из темных искусств, он их не изменит и не переделает на атакующие. Или вообще создаст заклятие вызова без всяких схем.

— Значит не будем передавать. Тяжело сказал ректор.

— Я такого не говорил. Я просто озвучил опасные моменты. Давайте так. Я посмотрю как на него реагирует кристалл «Света», потом обо всем доложу королю. О спарринге, о его способностях, о реакции кристалла «Света» и артефактов, кстати, возьмите их тоже, я хочу увидеть и их реакцию, и пусть уже король после услышанного принимает решение.

Прошедший спарринг выжал меня до капли, я таким разбитым себя уже давно не чувствовал. Хорошо, что ректор отменил проведение спарринга на следующий день, и я всю первую половину получившегося выходного просто отсыпался. Это я делал по указанию Элеоны. После спарринга я зашел к ней как обычно, она меня осмотрела и очень удивилась.

— У тебя легкое магическое истощение. Ложись спать пораньше и хорошо отоспись. Понял?

— Да, ответил я.

— Ты мне скажи, где ты так оторвался и с кем. Я у тебя такого давно не видела, даже после спаррингов с нашими магами боевиками?

— На полигоне, а с кем не знаю, он не представился и господин ректор его не представил. И спарринг был только с этим неизвестным.

— С одним? Уточнила Элеона.

— Да, подтвердил я.

— Интересно, произнесла она, задумчиво рассматривая меня

Следующая неделя прошла согласно графика, а когда подошли выходные и мне было необходимо идти на спарринг, меня вызвали к ректору. Зайдя в его кабинет, я кроме ректора, и вечно сидящего у него Аэрона увидел и моего неизвестного партнера по прошлому спаррингу. Который при моем появлении стал меня рассматривать с неприкрытым интересом. На этот раз ректор мне не предложил садиться, а сразу в приказном порядке произнес.

— Сейчас идешь с господином Аэроном, будешь делать, что он тебе скажет. После сказанного уставился требовательно на меня.

Видя, что я нечего не говорю, Аэрон встал и направился к двери, а проходя мимо меня, произнес.

— Следуй за мной.

Я пошел за ним. Но оглянувшись, увидел, что и мой недавний соперник следует за нами. Я не понимал происходящего, поэтому состояние было напряженное. Но к моему удивлению мы пришли в зал со светящейся друзой. На этот раз она засветилась, как только я зашел в зал, и стала разгораться при моем приближении. Ее свет был яркий, но глаза мне не резал, он был ласковый, зато я обратил внимание, что и Аэрон и неизвестный мужчина свободно смотреть на друзу не могут. Они стали сначала щуриться, а потом стали прикрывать глаза руками. Пробыв в этом зале всего несколько минут, мы его покинули. Последним из зала вышел Аэрон, неся в руках непонятные предметы. Подойдя ко мне, он мен их протянул и сказал.

— Подержи.

Я взял их в руки, рассматривая. Один предмет был похож на браслет, но для руки в раза три, а, то и четыре толще, чем у меня. А второй вообще имел непонятную форму. Оба содержали вделанные в них отшлифованные, закругленные кристаллы, неизвестного мне происхождения. Я их подержал совсем недолго, и у меня их обратно забрал Аэрон. За время пока я их держал, мне показалось, что в кристаллах что-то сверкнуло, а может это был отблеск от камней освещения, я так и не понял. Забрав предметы Аэрон, произнес.

— Иди на полигон, тебя там уже ждут на спарринг.

Уходя я оглядывался на оставшихся Аэрона и мужчину, пытаясь догадаться о том, что только что произошло. Судя по всему, что-то должно было произойти с этими предметами, которые мне дали, но что я так и не понял. А еще было любопытно, друза всегда так светится, когда кто-то входит в зал. В прошлый раз она так ярко не светилась, и к ней надо было подойти намного ближе, чтоб она начала светиться.

Вернувшиеся в кабинет ректора Аэрон и Проктон застали в нем кроме ректора еще семерых преподавателей.

— Присаживайтесь, показал ректор Аэрону и Проктону на пустые кресла, — у нас сейчас пройдет небольшой отчет по одному нашему ученику, а потом мы с вами продолжим разговор. После этого ректор повернулся в сторону Барозу и сказал.

— Господин Барозу начнем с тебя, как успехи у Яркого?

— Можно сказать отличные, он уже свободно создает заклятия из высшей магии, и делает это достаточно легко. Хоть он и недоволен, что много времени тратит на их создание, но я скажу, что не многие маги, владеющие высшей магией способно так быстро создавать заклятия из высшей магии как он. Ему теперь необходимо только увеличивать количество известных ему заклятий.

— Понятно, а магеса Элеона, что скажет?

— Я уже все передала, все что знала. Ему теперь надо только отточить свои умения в их применении.

— И сколько ты передала?

— Пятьсот восемьдесят два. Но многое из того, что я давала он знал.

— Из высшей магии тоже передала.

— Да, Тридцать семь заклятий.

— Что скажет нам декан огненного факультета?

— Мне осталось ему передать двадцать три заклятия из высшей магии, все заклятия первого и второго уровня он перенял и удачно применяет.

— А сколько всего ему передано?

— Четыреста семьдесят семь, но он тоже много из этого знал.

— Декан воздушного факультета?

— Осталось передать семнадцать заклятий из высшей магии. Передал четыреста девятнадцать, но он тоже многое знал. Последовал ответ, без дополнительных вопросов.

— Что скажет водный факультет?

— Пятьсот восемь передано, осталось передать двадцать восемь из высшей магии.

— Факультет земли?

— Четыреста семь передано и осталось передать тридцать два из высшей магии.

— Что скажет факультет разума?

— Двести семь передано и осталось передать семь из высшей магии, в основном блоки защиты.

О чем-то подумав, ректор произнес.

— Все свободны кроме Элеоны. С Ярким продолжить занятия в прежнем режиме.

Когда все покинули кабинет, ректор, откинувшись на спинку кресла, посмотрев на Проктона спросил.

— Ну, что скажешь?

Проктон, на лице которого было выражено сильное удивление, спросил.

— Сколько он всего заклятий знает, и за какой период он это освоил?

— Ты же сам все слышал. Он освоил уже две тысячи шестьсот заклятий, сколько он еще знает, тебе никто не скажет, наверное, он и сам не знает. Ему осталось освоить еще чуть больше сотни заклятий, из высшей магии и нам ему же нечего будет преподавать. А на это ему, с теми темпами, с которыми он их осваивает, потребуется чуть больше месяца, а может и меньше. Так, ладно, что вы выходили, что показали артефакты и кристалл.