Внезапно рука Блейда исчезла, а через несколько секунд Ева услышала, как хлопнула дверь, и щёлкнул замок. Она открыла глаза, непонятным взглядом смотря в стену. В этом взгляде было столько всего: непонимание, ненависть, желание, удивление, злость, презрение...

Между ног буквально зудело от невыносимого желания. Ева перебрала ногами, подтягивая колени ближе к животу, к груди. Сердце болезненно ухало в груди, ощущение мокрого белья и тянущего комка внизу живота не позволяло ни на мгновение отвлечься от неудовлетворенного желания.

Ева закрыла глаза, надеясь уснуть, хотя точно понимала, что ей это не удастся. Ноги не могли найти себе покоя, непроизвольно дёргаясь, слегка сменив позу, девушка потёрлась пятой точкой об кровать и тотчас щёки её вспыхнули от стыда. Она чувствовала себя мартовской кошкой, которая в помешательстве готова пытаться удовлетворить своё желание любым способом.

Открыв глаза, Ева вновь устремила мутный взгляд в стену. Сердце продолжало бить по артериям и венам, а все мысли, весь разум концентрировался сейчас внизу живота.

Щелчок замка выдернул Еву из некого транса. Она услышала звук шагов, а через несколько секунд её руки освободили.

- Я подумал, что будет слишком жестоким бросать тебя в таком состоянии со связанными руками, - произнёс Блейд, - и лишать возможности удовлетворить себя самостоятельно.

Ева села и обернулась, в её глазах читалось негодование.

- До встречи, - сказал Блейд и быстро покинул комнату.

Услышав звук закрывающегося замка, девушка сжала зубы и зарычала от бессилия и невозможности своего состояния. Вновь упав набок, она зажала между ног руки, но прикоснуться к себе не смела. Это было бы слишком унизительным.

Низ живота продолжало крутить так, что ей никак не удавалось перестать елозить на уже измятой постели. Эти движения против воли девушки приводили к тому, что её руки касались горящих огнём гениталий. Сжав зубы, Ева убрала руки, вцепляясь в ни в чём неповинную подушку, перевернувшись, она упала в неё лицом, задерживая дыхание, кусая губы. Она сжимала бёдра так, что мышцы их очень быстро свело судорогой, разбавляя её возбуждение новой вспышкой боли.

Пытаясь дышать ровно, надеясь хоть как-то успокоить сошедшую с ума плоть, Ева закрыла глаза. Но под закрытыми веками тотчас заскакали развратные картинки того, что они могли бы делать, если бы не...

Скривившись, как от зубной боли, девушка вновь перевернулась, ложась на спину, смотря на потолок, который вдруг начал казаться слишком высоким. Закрывать глаза было опасно, потому что тело её победило разум и теперь пыталось окончательно поработить его, заразить своим ядом.

Но даже так, не закрывая глаз, она видела навязчивые мысли, что транслировались в её голове. Она вновь чувствовала себя девочкой-подростком, которая проснулась со сбившимся сердцебиением и в мокром белье после недвусмысленного сна, где она и её парень-мечта кувыркались во всех позах. Сколько раз такое было... А потом был взгляд на часы, чтобы убедиться, что до будильника ещё есть время, напряженный взгляд на дверь и очередное маленькое «преступление», когда рука скользит в трусики, а зубы впиваются в губы в попытке подавить стон. Гормоны бушуют, тело сходит с ума, а в голове бьётся имя того, о ком ты так сладко думаешь, имя, которое имеет все шансы сорваться с губ стоном вместе с подростковой и ещё немного нелепой кульминацией:

«Блейд»...

Ева закрыла глаза, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Как же это было смешно, смешно до слёз. Она до самого выпускного втайне мечтала о своём бывшем друге, который после лета 1998 года вдруг стал совсем другим, мечтала, представляя, что однажды они ещё заговорят. А ещё были мечты повзрослее, фантазии, которым она придавалась лёжа в постели или принимая душ. Но это было давно...

А сейчас её настигла судьба, фатум - называйте, как хотите. Она вновь лежала, изнемогая от желания, и причиной этому вновь был Блейд. Судьба...

Но Ева не верила ни в судьбу, ни в её знаки. Она знала, что то, что она здесь оказалась - лишь её ошибка, её опущение, потому розовых воздушных замков она не пыталась возводить в своей голове. Да и что может значить глупая школьная влюбленность в реальной взрослой жизни? Она - полицейский, который в важный момент потерял бдительность, он - убийца и психопат. Между ними пропасть и она станет ещё больше, когда Ева покинет эти стены и восстановит справедливость...

«Блейд. Блейд. Блейд. Блейд», - упрямо твердило-кричало воспаленное сознание, а память подкидывала картинки его глаз, губ, рук и вздыбленной ширинки, от одной мысли о которой всё внутри завязывалось узлом.

«Не знаю, чем ты меня напоил, но у тебя ничего не получится», - подумала Ева и, взяв себя в руки, заставила себя встать и пойти в ванную комнату. Она надеялась, что ледяной душ поможет ей немного прийти в себя.

А Блейд тем временем пришёл на кухню и, налив себе полный бокал бренди, залпом осушил его, даже не поморщившись при этом. Только когда последние капли горячительного напитка скатились вниз по пищеводу, блондин вспомнил, что собирался поехать домой, а, значит, выпивать не следовало.

«Ладно, - подумал Блейд, вздыхая. - Поеду позже и медленнее. Хватит мне в моей жизни и одного полицейского...».

Глава 31

Глава 31

...Это была одна из тех встреч, которые никому не нужны, два человека просто встречаются, а затем навеки расходятся. Ничего особенного...

Блейд вышел из душа, перемещаясь в свою спальню, в которой как раз ненавязчиво разрывался мобильный телефон. Разрывался уже во второй раз. Взглянув на номер звонящего, блондин ответил на звонок:

- Привет, Кипп.

- Добрый день, Блейд. Как ты?

- Как обычно, - без особой интонационной окраски ответил парень, зажимая телефон плечом и продолжая вытирать мокрое тело.

- Как обычно - это хорошо или плохо?

- Как обычно, значит - нормально. Я в порядке, Кипп. А ты чего-то хотел?

- И как ты сразу всё понимаешь?

- Для этого не нужно быть ясновидящим, - хмыкнул Блейд и обернул полотенце вокруг бёдер, сел на кровать. - Так, что за дело?

- Помощь твоя нужна...

Блейд вздохнул и переложил телефон в другую руку. Он спросил:

- Какая помощь? Деньги?

- Нет, с деньгами у меня полный порядок, - ответил мужчина на том конце связи. - Нужна твоя помощь с новенькой девочкой...

- Девочкой? - слегка нахмурился Блейд. - Ей что, двенадцать?

- Семнадцать, - немного обиженно ответил Кипп, педофилию он совсем не поощрял.

- Это уже лучше, - кивнул блондин. - И что с ней не так?

- Вот это я и хочу узнать, - перешёл к главному Кипп. - Она три дня назад ко мне пришла, точнее, знакомый один привёл её ко мне. Она работу искала.

- И почему твой товарищ к себе её не взял?

- Он немного по другому профилю...

- Ладно, можешь не объяснять.

Блейд снова поменял руки и упал спиной на кровать, прикрывая глаза.

- Рассказывай про свою «девочку» и говори, чего хочешь?

- Мутная она какая-то. Молчит почти всё время. Про опыт ничего не понятно. А я дилетантов не люблю... Вот я и думаю, может быть, я её тебе привезу, а ты её проверишь по всем фронтам? А то как-то не хочется её пускать к клиентам, не проверив.

- Может быть, она просто девственница, потому и молчит об опыте? - предположил Блейд. - Хотя, тогда кажется странным то, что она претендует на роль проститутки.

- Вот я так и понял, что опыта у неё нет.

- Тогда, в чём проблема? Насколько я знаю, многие гоняются за нетронутыми и готовы платить за них в разы больше.

- За последние месяцев восемь, а то и больше, не могу вспомнить никого, кто бы просил девственницу. Наоборот, все хотят опытную. Вот я и прошу, чтобы ты девушкой этой занялся: оценил навыки и умения и так далее. Желательно, со всех сторон.

- Странные у тебя просьбы... Почему сам не возьмёшься?

- У меня жена, вообще-то. И дети.