Он вдруг очутился совсем рядом и, придержав нашего главаря за плечи, впился ему в горло острыми зубами. Другие бросились ему на помощь, и даже я вцепился в его ногу, словно щенок. Однако отбросив взрослых мужчин словно тряпичные куклы, он оторвался от своей жертвы, лишь когда та безвольно повисла в его руках. Удары кинжалом не принесли ему ни малейшего вреда.

Затем страшное существо повернулось к нашей шайке и двинулось к следующей жертве. Но мой наставник не тратил времени даром. Разбив ногой украшенную позолотой крышку гроба, он оторвал от нее доску и, бросившись вперед, воткнул ее в грудь вечно живущему. Изрыгая проклятия, тот вдруг задымился, почернел и осыпался серой кучкой пепла на мраморный пол.

Обрадованный своей победой, вор вдруг посмотрел на меня и замахнулся обломком доски:

— Надо и тебя, мелкий выродок, прикончить, пока в горло ночью не вцепился!

Но его товарищ решительно заслонил меня собой и вырвал из дрожавших рук приятеля нелепое оружие:

— Оставь мальчонку в покое, совсем что ли ума лишился!

Тот с трудом успокоился, но уловив момент, все же дал мне подзатыльник:

— Еще неизвестно, что из него вырастет. Может такое же чудовище!

— Надо ли говорить, что я запомнил эту историю на всю жизнь. А так же понял, что кое-кому из нашей компании я был, как кость в горле, и с той поры всегда опасался удара в спину. — Ивар резко замолчал, погрузившись в не слишком приятные воспоминания.

Яромир нарушил затянувшуюся тишину:

— Рюдигер, а ты хорошенько разобрался с этой мертвой тварью? Надеюсь, огонь сделал свое дело, и она не захочет тебе отомстить!

Вампир лишь пожал плечами:

— Не знаю, честно говоря, я не стал дождался, когда она догорит до конца. Надо было ноги уносить!

— Так ты говоришь, они просто пришли и забрали тебя из камеры, вернувшись назад через мост? — еще раз спросил Ивар.

— Ну да, все так и было… — Рюдигеру было не слишком приятно сознаваться в том, что он проспал собственное похищение.

— Ну что вы на меня уставились, разве непонятно, что где-то рядом с мостом есть потайной вход в эту неприступную крепость! О небо, дай мне терпения! — наемник сокрушенно покачал головой. Лиза тихонько добавила:

— Мог бы заодно и скромности попросить, не помешало бы!

В глазах Яромира загорелся азарт. Не обращая внимания ехидные замечания Ивара, он радостно воскликнул:

— Это значит, что нам не обязательно лезть на стены, рискуя сломать себе шею. Осталось лишь найти его.

Вооружившись факелами, они осторожно подобрались к стене крепости, в десяти шагах от которой качался над глубокой пропастью подвесной мост. Внимательно обследовав чуть ли не каждый кирпич, они обнаружили участок, свободный от терновника и крапивы, как раз напротив моста. Васька осторожно постучал по ней, в стене оказалась дверь, искусно замаскированная под кирпичную кладку.

— Ну, какие будут предложения? — ехидно спросил Ивар.

— Может выбить ногой? — Рюдигер с ненавистью посмотрел на место, где ему так досталось.

— Ногу отшибешь, потом тебя точно на себе тащить придется.

— А вдвоем, неужели не справимся? — Рюг с надеждой взглянул на Ивара. Тот усмехнулся:

— Видишь ли, сапоги жалко, они почти новые. А вообще, меняй тактику. Не всегда надо напролом переть! Может как-то поделикатнее? Просто постучать, например?

— Тихо! — прошипел Яромир, — гасите факелы!

Подвесной мост уныло скрипел. Рюг всмотрелся в ночь и различил человеческую фигуру. Кто-то направлялся прямо к ним. Ночной гость подошел прямо к потайной двери и трижды постучал. Внутри послышались шаги, дверь слегка приоткрылась.

— У меня послание для господина магистра от графини Эмилии Вандорф. — безжизненным голосом произнес гость. По-мальчишески тонкий, он сильно отличался от горбуна и его подручных. На бледном лице с землистым оттенком навеки застыло выражение страха и покорности.

— Давай сюда, — из-за двери высунулась рука.

— Госпожа велела передать письмо лично магистру!

— Умница! — прошептал Ивар, приставив нож к спине посланца, — конечно, лично. Дернешься, убью!

Через мгновение они уже были внутри. Стражник, у которого Васька отнял алебарду, с расширенными от ужаса глазами рассматривал вломивших следом за посланцем Эмилии гвардейцев. Узнав недавнего пленника, он испуганно отшатнулся от вампира и принялся торопливо креститься. Рюдигер усмехнулся:

— Что-то ты не слишком рад меня видеть!

— От кровавой госпожи обычно не возвращаются. Но ты пришел обратно после заката…Пожалуйста, я не сделал тебе ничего плохого, я лишь выполнял приказы!

Рюдигера немного позабавило то, что кажется его приняли за сверхъестественное создание, но он решил не тратить время на объяснения:

— Что с моим другом? Быстро веди нас к нему!

Важек, слегка приоткрыв рот от удивления, смотрел, как странные гости вышли из камеры, унося его спящего товарища. Лязгнул засов на двери, звук их шагов постепенно стих, и тюрьма погрузилась в гробовую тишину.

Наконец, когда устав от тревожных мыслей, он ненадолго погрузился в тревожный сон, дверь отворилась. В небольшую щель осторожно просунули факел, затем показалась изумленная физиономия охранника с разбитым носом.

— Эй, паренек, а твой сосед куда делся?

— Вам лучше знать, куда его утащили! — Важек с возмущением загремел цепями.

Стражник потрогал разбитую голову:

— Да кто же мог подумать, что они заберут нелюдя! Господин магистр иногда сам отдавал прислужникам чертовой ведьмы ненужных пленников, но твоего приятеля было велено беречь, как зеницу ока.

— Какой еще ведьмы? Ты о чем говоришь? — природное любпытство заставило юношу забыть о своих страхах.

Стражник расстроено махнул рукой, присев на лавку напротив узника.

— Да ты разве не знаешь…Кровавая госпожа, она до сих пор обитает в развалинах своего замка. С вечно живущими лучше не ссориться, и наш магистр это понимает.

— Воины Света в союзе с порождением тьмы! Это уже интересно!

Но собеседник Важека не разделял его оживления:

— Мне теперь конец. Лучше бы меня, как и Анджея, пристукнули эти вурдалаки. Наш господин скор на расправу…Слышишь, сюда уже идут.

И действительно, вместе со явившимися на дежурство стражниками в тюремном коридоре появились двое воинов, одетых во все черное. Их лица были закрыты черными платками до самых глаз, двигались незнакомцы с кошачьей грацией. Вскоре беднягу стражника, упиравшегося изо всех сил, куда-то утащили по длинному коридору. Внимательно обыскав в камере каждый уголок, верные слуги магистра убедились, что второй узник действительно бесследно исчез.

Важек решил, что теперь его оставят в покое, и устроился на жестких досках поудобнее. Он попытался заснуть, чтобы избавиться от тревоги, вызванной словами стражника. Но тут дверь камеры снова заскрипела, и в камеру зашли двое в неизменном черном одеянии. Гибкий, словно танцор, воин в черном поставил перед пленником миску с едой и воду в глиняном кувшине и быстро исчез. Второй из гостей, высокий и широкоплечий, вставил горящий факел в кольцо на стене и присел напротив пленника.

Несколько минут его глаза цвета холодной стали внимательно изучали юношу. Важек, занятый долгожданной едой, не обращал на него никакого внимания. Но случайно встретившись с безжалостным взглядом странного гостя, он опустил ложку и замер в ожидании. Пришелец усмехнулся:

— Да ты ешь, для этой ночи тебе понадобится много сил.

— Для чего? — уныло поинтересовался Важек.

— Так и быть, я удовлетворю твое любопытство. Видишь ли, сегодня в полночь будет проведен один древний ритуал. И ты будешь самым важным важным его участником. Хотя, слабоват ты для этого. Вот твой приятель был бы в самый раз. Такие, как он, ужасно живучие! А ты и полчаса с выпущенными кишками не продержишься. Слишком дохлый…

На этом месте он был вынужден прерваться, поскольку на его лицо вылилась жидкая овощная похлебка. Побагровев от гнева, незваный гость сорвал с лица черный платок и прошипел: