Через несколько дней в общей гостиной бытового общежития девицы, шушукаясь и переглядываясь, высокомерно разглядывали Марью.

И чтобы сбить спесь с этих нахалок, Марья, как хороший стратег, начала с конкурсных призов. Девицы моментально обратились в слух, а увидев портрет Лэри и уже созданное украшение на магопроекции, просто онемели. Объяснения и демонстрация заняли довольно много времени, но оно того стоило. Судя по шквалу вопросов, наживка была намертво заглочена. А «Лимончик» подлил масла в огонь, добавив, что нарушители дисциплины могут быть дисквалифицированы. И еще, он не будет разбираться, кто виноват, отстранит и жалобщика, и того, на кого жалуются.

Конечно, и до сидящей в изоляторе Лейлы новость о конкурсах на бытовом факультете и призах тоже дошла. Братец постарался. Рахден решил, что это может вызвать более положительные эмоции. Например, интерес. Ей было не интересно! Она была в ярости: ее Лэри, ее!!!

Рахден же спокойно помечал в тетради: ярость — туман багрового цвета, запах сырого мяса и крови. И предложил целителю Бяо позвать Лэри навестить больную.

И сразу следующая запись: стыд — туман желтый, запах кисловато-лимонный; надежда — туман молочно-золотистый с синеватыми вкраплениями (красивый), запах цветов морозника.

— Может, тоже примешь участие в конкурсе? Не думаю, что девушкам с других факультетов это запретят. Я слышал, к Марии Спиридоновне уже подходили с природного и целительского.

— С целительского точно подходили, — подтвердил фрогон.

Лейле было скучно, еще и эти перепады настроения от отчаяния к ненависти, и эта жуткая вонь, и постоянные успокоительные смеси. Ей сказали, что сделают артефакт. Но когда еще его сделают? Хоть какое-то разнообразие, наверное, не помешает. Она расслабилась.

— Успокоительное номер 32: не клонит в сон, успокаивает, не мешает принимать решения, — «мучители» продолжали вести наблюдения.