Лейла наконец-то вышла из изолятора. В прекрасном настроении и с новеньким амулетом, она слегка благоухала чем-то цветочным. Дымка тумана вокруг нее была чуть заметна и перламутрово переливалась серебристо-лиловым. Рахден хмуро разглядывал свой амулет. Вернув какие-то эмоции, он осознал опасность своего положения и теперь старательно соображал, как с этим справиться. Хорошее настроение сестры, слава создателям, пока проблем не создавало. О том, что будет, если она опять начнет испытывать негативные эмоции, он предпочитал не думать.

Мимо них по дорожке парка на приличной скорости пробежала маленькая гномка в комбинезончике природного факультета. Рыжеватые кудряшки стояли торчком, а глаза были большими и напуганными.

Вслед за ней из-за поворота вышел знакомый тролль, самозабвенно, басом, певший популярную троллью балладу о любви. Баллада была на тролльем, но, судя по глазам гномки, она троллий знала. А поскольку лишним романтизмом представители этой расы не страдали, то текст песни сводился к тому, что порядочный тролль должен сделать со своей любимой и в каких позах. Учитывая серьезный настрой Винни и разницу в размерах, паника рыжей активистки была вполне обоснованна. И похоже, рядом с общежитием некромантов она теперь появится не скоро.

Тимон, который подбил Винни спеть серенаду, чтобы обозначить серьезность намерений, хихикал в кустах, потирая костлявые лапки, и придумывал следующий акт «марлезонского балета».

О том, что в академию прибудет ее отец, ректор не сказала никому.

Сюрприз, однако!