А с бессилием этим часто на него люди смотрят. И мать, которая кричала: «Убийцы!»; и разные просители; и те, кого он прорабатывал; и те, кого из партии исключал,- разные люди.
И хорошо, что смотрят с бессилием. Вот пару недель назад он видел отвратительный сон. Как будто он в здании ЦК, а оно вдруг пустое. Он спускается в вестибюль – а там нет охраны! Его охватил ужас: ведь сюда сейчас войдут люди с улицы, из города! И вдруг они стали входить. Он с независимым видом подошел к лифту, но общий лифт был наверху, а секретарский, как всегда, заперт. Между тем людей из города набралось много, они молчали и только смотрели на него. Вот так же, как она, с тем же омерзением: как на вошь, как на паразита. Но только не было в их взгляде бессилия, а была сила. И он тогда в страхе проснулся с сердцебиением и долго не мог успокоиться.
Так и надо: пусть у них будет бессилие, а у нас – сила.
И думать надо совсем не об этом, а о приятном. Вот сей-час он приедет домой, жена уже приготовила отличный ужин: семга, икра, хороший сыр, жаркое, ананасы. Выпьет армянского коньячку: всякую эту болгарскую «Плиску» или арабский коньяк Вохуш не любит, только армянский; ну еще грузинский, и конечно, французский. С детьми поговорит, немного – с женой.
Можно бы, конечно, куда-нибудь пойти, культурно отдохнуть. Как завсектором ЦК, он может поехать на любой закрытый просмотр кинофильмов: в Министерство культуры, в Дом кино. Хорошая была идея – организовать эти просмотры. Фильмы – самые разные, из разных стран. Конечно, если чисто юридически посмотреть, то фильмы краденые – это нелегально сделанные копии лент, которые Комитет по кинематографии берет у иностранных кинофирм, якобы чтобы решить вопрос об их покупке, а потом не покупает. Но, с другой стороны, смешно было бы платить валюту этим капиталистам, когда фильмы все равно по идеологическим соображениям в массовый прокат пустить нельзя. А для руководящих работников делается несколько копий – что же в этом такого? Приятно бывает на этих просмотрах: сидят все свои, номенклатурные работники, ну еще деятели искусства, творческая интеллигенция. Людей из города нет. Но сегодня он туда не пойдет.
Кстати, и в ЦК раз в неделю – по четвергам – показывают заграничные кинофильмы, которые не выйдут на экран для широкого зрителя. Только на эти просмотры он и не заглядывает – это, как и вечерний буфет, больше для машинисток и секретарш, ему было бы даже и неудобно туда идти.
Можно, конечно, поужинать и отправиться с женой в театр. Билеты стоят пустяк: в Большой театр на лучшие места – три с полтиной, в других театрах – еще того дешевле. Ясно, в открытую продажу на эти места они не поступают. Поэтому тоже приятно: получишь по «броне» ЦК места в первом или втором ряду и сидишь опять среди своих, ну и там иностранные послы – это тоже не без приятности: чувствуешь свое положение в обществе.
Но и в театры, и на концерты Вохуша не тянет. Да и сыт он ими до отвала: по долгу службы бывает на спектаклях и концертах после всяких торжественных заседаний и конференций или с иностранными делегациями. Нет, никуда он сегодня не пойдет, будет отдыхать и на досуге продумывать: как дать ход своему продвижению в замзавы. А в 10 часов – спать: без крепкого здоровья нет и продвижения.
Плывя в бесшумном лифте наверх, к своей квартире, и уже расстегивая ворсисто-шелковистое пальто, Денис Иванович по привычке коротко подводит итоги прошедшего дня. День, в общем, был удачный, ничем не омраченный, почти счастливый: ликвидировал опасность скандала с голосованием решения о делегации, не поддался на искушение поездки в Италию, ловко удалил нежелательных лиц из списка советско-болгарской комиссии, снял сомнительных авторов из издательского плана, заставил университет дружбы народов просить о назначении проректора из аппарата и получил согласие Первого на то, чтобы направить туда Шабанова. Если бы каждый день удавалось сделать столько полезных дел!
…Вот за этот-то день Денис Иванович и получил в 10 раз больше, чем рядовой советский труженик.
*
Паразитирующий правящий класс. Козельск, Москва… и так по всей стране.
Процитируем в последний раз в этой книге одно из последних стихотворений Галича:
Над блочно-панельной Россией
Как лагерный номер – луна.
Обкомы, горкомы, райкомы
В потеках снегов и дождей.
В их окнах, как бельма трахомы
(Давно никому не знакомы),
Безликие лики вождей.
В их залах прокуренных – волки
Пинают людей, как собак.
А после те самые волки
Усядутся в черные «Волги»,
Закурят вирджинский табак.
И дач государственных охра
Укроет посадских светил,
И будет мордастая ВОХРА
Следить, чтоб никто не следил [44].
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ 8
1. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 27, с. 397.
2. См. И. А. Курганов. Нации СССР и русский вопрос. Франкфурт-на-Майне, 1961, с. 30-31.
4. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 45, с. 93.
5. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 13,"с. 7.
6. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 41, с. 309, 311.
7. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 3, с..45.
8. «Литературная газета», 30.07.86.
9. Э. Багрицкий. Стихотворения и поэмы. М.- Л., 1964, с. 126.
10. М. Fainsod. Smolensk under Soviet Rule. Gambridge/Mass, 1958.
11. National Archives, Washington, D. S.Smolensk Аrchive Microfilm, RS921, лист 100.
12. Там же, л. 76.
14. Таи же, л. 95.
15. Там же, л. 12.
16. Там же, л. 131.
17. Там же, л. 94.
18. Там же, л. 07-98.
19. Там же, л. 96.
20. Там же, л. 1.
21. Там же, л. 271.
22. Там же, л. 123.
23. Там же, л. 124.
24. Там же, л. 133 – 134.
25. Там же, л. 134-135.
26. Там же, л. 138.
27. Там же, л. 142.
28. Там же, л. 139.
29. Там же, л. 65.
30. Там же, л. 66.
31. Там же, л. 35.
32. Там же, л. 34.
33. Там же, л. 43-46.
34. Там же, л. 223-224.
35. Там же, п. 157.
36. Там же, л. 153.
37. Там же, л. 204.
38. Там же, л. 277-283.
39. Там же, л. 303-304.
40. Там же, л. 306-307.
41. Там же, л. 307-308.
42. Там же, л. 300.
43. Там же, л. 305.
44. А. Галич. Когда я вернусь. Франкфурт / М., 1977, с. 56.
Глава 9
Если мы хотели повернуть историю,- а оказывается, повернулись мы, а история не повернулась,- казните нас.
В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, с. 118
Всемирный коммунизм – это всемирная реакция.
Курт Шумахер
(председатель социал-демократической
партии Германии 1946-1952 гг.)
Номенклатура, политбюрократия, ставшая господствующим классом, – "новый класс". А новый ли? Каково место номенклатуры в истории?
Чтобы подойти к ответу на этот вопрос, сформулируем сначала выводы из того, что мы увидели, пробираясь по лабиринту главной тайны советского общества – тщательно скрываемого факта существования правящего, эксплуататорского, привилегированного, диктаторствующего, экспансионистского и паразитического класса – номенклатуры.
Мы убедились в следующем.
"Реальный социализм" – это не общество, предсказанное Марксом.
а) Маркс считал самым важным своим открытием диктатуру пролетариата. Ни в одной стране реального социализма такой диктатуры не было, всюду создалась "диктатура над пролетариатом" (Троцкий), диктатура номенклатуры.