Хочешь вернуть меня? Или только статус, из-за которого неудобство испытывал вернуть? Чего ты хочешь Тайнар?

Стоя в лесу, где принято было кататься, чуть в стороне от трассы стояли двое и страстно целовались. Сильный самец прижимал к себе более щуплого рождающего, его руки разминали ягодицы, он мурлыкал, расслабляя. За ними наблюдал взбесившийся Тайнар. Все внутри горело огнем праведного с его точки зрения гнева. Его мальчик, его сладкий малыш и с кем-то?

Стоя в ипостаси зверя и тихо шипя на каждое движение рук по телу СВОЕЙ пары, удерживаясь на месте только из-за того, что вел охоту, зверь испытывал несравнимые муки. Впервые за все свои годы половозрелого самца, он был не у дел и за ним не бегали, а приходилось бегать самому. Причем бегать за тем, кого он так сильно обидел своим поведением. И сейчас тот, кто так сильно нравился, кого он признал, что любит, имеет полное право послать его и быть близок с кем угодно. Что сейчас и происходило.

На его глазах, целуемый Кристофер, застонал от шаловливой руки, что тронула его спереди. Тайнар прижал уши в неверии. Его маленького возбудил другой самец. Перед ним предстала картина того, как себя будет вести Кристофер с другим самцом - он будет им возбуждаем, будет постанывать и никакого отторжения. Не будет у него сравнения с Тайнаром, что искренне считал себя Богом в постели.

До уха зверя донесся обрывок фразы самца, который спрашивал, можно ли ему зайти дальше. Тайнар вжался в землю, готовясь растерзать соперника, только откажись, только оттолкни его Кристофер и он, твой альфа, защитит тебя.

- Можно… - прерывистым дыханием выдохнул Кристофер.

Тайнар обмер. В груди глухо, набатом, забилось сердце. Его маленький разрешил? Он ЕМУ позволил?!

На глазах у шокированного самовлюбленного и самодовольного самца, его бывшая пара, которую он не считал бывшей, дала согласие на секс с претендентом в гонке за боевую омегу! Это было настолько неожиданно и шокирующе, что стало откровенно страшно. Именно сейчас Тайнар, лежа зверем и глядя, как соперник уводит возбужденного любимого, осознал - он не пуп вселенной. Он может потерять его. И это чувство из неясного превратилось в реальное, только руку протяни или зевни.

За затаившимся таури на снегу следил внимательно бальс в ипостаси, а чуть позади не менее внимательно следил Аравель, напряженно сжимая пальцами лыжные палки. Оба "зверя" были готовы удержать силой сына, которому открылась самая неприятная картина, какую он мог себе представить. И если бы таури только дернулся, отец напал бы без разговора, а родитель дух выбил одним из ментальных ударов, и все происходило бы в полнейшей тишине, дабы не мешать омеге определяться с выбором.

Но, к счастью и гордости за его воспитание в плане поведения самца при его охоте, Тайнар только с тоской проводил взглядом интересующего его рождающего. Ни на миллиметр не сдвинулся. Морду в снег опустил и судорожно выдохнул. Красное марево атакующего сегмента щита расплавило не только снег, но и прогрело землю до +50°С. Затем таури молча встал и развернувшись ушел в сторону корпуса, где была его комната. Подумать, решение принять.

Клаус, не стал таиться и внимательно смотрел на поникшего зверя сына. Тайнар заметил его чуть ли не столкнувшись.

- "Теперь ты понимаешь, что не единственный кому он в рот заглядывать будет?" - спросил отец.

Тайнар только головой кивнул. Было больно.

- Перетекай. - Строго проговорил Аравель обозначая себя и подходя на лыжах.

Сын принял ипостась человека и осмотрел их, своих умных и справедливых родителей.

- Он ведь меня чувствовал, так? - задал вопрос сын у старших своей маленькой стаи.

- Да. - Аравель покачал головой. - Думаешь из-за этого он возьмет и оттолкнет того, кто ему понравился? Этот претендент уже не раз и не два был в его постели.

Тайнар заскрипел зубами.

- Даже не думай вывести из гонки этого парня. - Рыкнул Клаус, скрестив руки на груди. - Этот самец нравится Крису как партнер для игр, с ним он ощущает то, что ты так старательно вытравливал своим поведением.

- Отец, я…

- Форменный кобель, который натворил таких делов, что это счастье что Крис не затребовал твоего тюремного заключения и разрешил доказать, что ты можешь быть тем, кто ему нужен.

- Запомни, - Аравель усмехнулся, - Кристофер Иреи-Алой наш младший сын и мы не будем ущемлять его права в угоду твоим. Сможешь вернуть то что потерял, честь и хвала тебе. Нет, и я не шевельну и мизинцем, чтобы его убедить принять решение в твою пользу.

Тайнар, горько осознавая истинное положение вещей, только кивнул в знак понимания.

- И да, - Клаус почесал бровь, - ты должен отдавать отчет в том, что даже спасая его жизнь, ты поступал как истинный альфа, что перестает себе принадлежать в момент опасности грозящей омеге. Это не дает тебе плюсов в гонке. Может Крис и думает иначе, но поблажек тебе никто давать не будет. Сам все делай и добивайся. И прекрати за ним следить. Уже неприлично, да и нам на пульсе руку из-за тебя держать становится нервно. Атаковать можем просто из-за напряжения. Понял меня?

- Да, отец.

- Тогда иди и подумай, что и как ты делаешь, и что из всего этого правильно, а что уже не актуально. Сам ведь видишь, ты не пуп земли и Кристофер разрешает себя касаться тому, кто ему интересен. И будет это делать тогда, когда будет сам этого хотеть.

Сын лишь кивнул в ответ и двинулся мимо них, таких строгих родных и не уступающих ему из-за того, что он их ребенок.

Пока все словесные разборы полетов производились, Кристофер и его партнер уже добрались до комнаты, которую тот снимал. Одежда, что сохраняла тепло на морозе, была снята и брошена на пол. Самец неистово целовал Кристофера, обнимал его и прижимая к двери ласкал рукой тело, бедра, живот. На ласки отвечали постанывая, покусывая губы. Когда рука залезла в штаны, парень откровенно цапнул его за губу, в кровь ее прокусив.

Альфа дернулся, но тут же впился сильнее в губы, рукой обхватив его возбужденную плоть. В ответ тело выгнулось подаваясь вперед, во рту проявились клыки, он глухо зарычал. Напор тут же сбавил обороты, и рука исчезла. Самец, извиняясь, что перегнул палку с доминированием, принялся заласкивать его тело обеими руками, облизывал его губы, заглядывал в глаза извиняясь своим зверем, который допустил, что может прихватить таури за холку.

Кристофер стрельнул на него сердитым взглядом, схватил за руки и мгновенно переместился так, что альфа врезался в стену, у которой так смело подпер омегу. На ухо, шипя, проговорили:

- Я тебя возьму. Если ты против, то ты вылетаешь. Понятно?

Альфа замер. Он рассердил его, сильно причем. Взгляд у омеги был злой, его зверь рычал, скаля пасть. Перегнув палку, получил в ответ вот это. Отрезвляющее предложение. И надо бы подумать, но свой собственный зверь, услышав, что его прогонят, примирительно подполз к таури и подставил свою шею под его милость. Альфа кивнул в знак согласия.

Кристофер улыбнулся ядовито и потянул его к кровати. Заставил раздеться, сам разделся и достал все необходимое в тумбочке, куда партнер указал. Несколько минут подготовки, игнорируя его зажатость, распаляясь от новой для себя позиции, Крис впервые в жизни вошел в тело партнера.

Выдохнув вместе с альфой, замерев, ощущая дрожь под собой, он уперся рукой в кровать и наклонившись шепнул в ухо:

- Я не разрешал хватать своего зверя за холку. Это может делать только моя пара. Ты сейчас лишь претендент. Понял?

- Кристофер, прости, забылся. - Выдохнул альфа, ощущая в себе легкий толчок.

- Я подумаю об этом.

Я вернулся от этого самоуверенного самца в диком возбуждении. Благо Аравеля и Клауса еще не было. Юркнув в ванную, быстро набрал воду и вспенив душистую пену окунулся в нее с головой.

Что я творил? Я, омега, и взял альфу!!! И он мне позволил!

Не отрицаю что разозлился, тем более что уже предупреждал его за хватки за холку. Мой зверь играется с его кошаком, но дыбит шерсть от любого касания своей холки. Еще повезло, что я его драть не начал. Вот был бы какой конфуз - ушел ради секса, а получилась драка.