Сидни: «Я вернулась домой. Можешь прийти ко мне? Нам нужно поговорить».

Дерьмо. Чертовски не вовремя.

Вэндал: «Немного занят. Может, на следующей неделе?»

Сидни: «Это важно. Пожалуйста, давай сегодня».

Вэндал: «Ты заноза в моей заднице. Мне понадобится два часа, чтобы добраться до тебя. Я на озере сейчас».

Сидни: «Ок. Я буду здесь. Просто входи. Дверь не заперта».

Убрав телефон, я выхожу в коридор, закрывая за собой дверь, и бегу прямо к ней. Её волосы помяты, а глаза покрасневшие.

– Хэй, ­ – говорю я.

– Хэй, ­ – она отвечает, не смотря мне в глаза. – Есть кофе?

– Да, пойдем, давай поболтаем, – она следует за мной и смотрит в окно, когда я делаю ей кофе.

– Мы можем купить ванильный кофе? ­ – спрашивает она, когда я вручаю ей её кружку. –­ Это мой любимый.

– Да, напиши список, и я схожу в магазин завтра. Я должен уйти сегодня на несколько часов, так что сегодня не смогу. Я вернусь к ужину.

– Опять?

Я киваю: ­

– Да.

– Ты пропал вчера почти на весь день.

– И?

Её нижняя губа начинает дрожать, но я отказываюсь играть в это и позволять ей продолжать разводить здесь драму.

– Ты встречаешься с кем-то ещё? У тебя есть девушка?­ – Её голос ломается, и она сжимает кружку с кофе крепче.

– Мы не встречаемся. Это другое, – я засовываю зубочистку в рот и раскатываю ее между зубами. ­– Нет других женщин.

Она всхлипывает и заправляет волосы за ухо: ­

 – Почему я не могу поехать с тобой?

Иисус. Вот что значит иметь девушку – все эти эмоции и вопросы…

– Нет, ­ – говорю я строго. ­ – Я хочу, чтобы ты осталась здесь. Съешь что-нибудь легкое в два часа. Я вернусь домой к четырем. Твои подарки пришли сегодня, и у меня есть интересные планы для нас. После того, как я уйду, иди в гостевую комнату. Подарки ждут тебя там.

Она тут же оживляется, её глаза становятся больше, маленькая улыбка появляется на лице: ­

 – Подарки?

– Да, и, кстати, ты забыла о нашем правиле.

Она наклоняет голову и вопросительно смотрит на меня:

– А, поцелуй - доброе утро?

– Да, это.

– Мы поругались вчера.

– Нет. У тебя была истерика. Давай не делать так снова, хорошо? – Схватив за бедра, я притягиваю её к себе и наклоняюсь, чтобы поцеловать в шею. ­– Не могу дождаться вечера, –­ шепчу я ей на ухо.

Она вздрагивает и расслабляется в моих руках, положив голову мне на грудь.

– ­Я тоже, ­– шепчет она в ответ. – Не забывай обо мне, пока будешь в отъезде.

– Ни за что, ­– я поднимаю её голову. ­ – Никакого плохого настроения, пока меня не будет. Сегодня будет хороший день, а вечер просто удивительный. Поверь мне.

Подняв, я сажаю её на кухонный стол и жадно целую, мысли о сегодняшнем вечере разжигают мое желание ещё больше. Её ноги обернуты вокруг моей талии, а руки – вокруг шеи. Знать, что она скучает без меня - это хороший знак.

Я неохотно отстраняюсь.

 – Я лучше пойду. Будь хорошей девочкой. Попробуй поухаживать за котом, если сможешь. В том ящике есть щетка.

Она смеется: ­

 – Хорошо… Думаю, что смогу это сделать.

По дороге к Сидни в моих мыслях только Таби, Таби и еще раз Таби. Я хотел бы остаться дома вместе с ней, а не ждать до вечера, чтобы увидеть её вместе с подарками, но не могу забить на Сидни. Хотя время она выбрала отстойное.

Когда я подъезжаю к её квартире, самостоятельно захожу, как делал это сотни раз.

– Я сейчас выйду! – кричит она из ванной. Я взял себе холодный напиток из холодильника и стал ждать её на заднем балконе.

– Прости, милый. Я сегодня поздно легла спать и все еще страдаю от смены часовых поясов. – На ней обычные джинсовые шорты и майка, и она сушит влажные волосы полотенцем. У нее красные глаза и мешки под ними.

– У тебя усталый вид, – ­говорю я ей. ­– Тебе надо притормозить.

Она садится и опирается на свои скрещенные загорелые ноги. Она зажигает сигарету, и её длинные, красные, как пожарная машина, волосы свисают с лица, почти ловя искры. В последний раз, когда я её видел, они были синими.

– Скажи мне, как твои дела. Прости, что меня не было рядом, Вэн…

Я махаю на нее рукой. ­

– Это не твоя вина, Сид. У тебя были гастроли в Англии - ­ это превыше всего. Я понимаю, ­– я киваю головой и стряхиваю волосы со своего лица. ­– Мне лучше, я уже не пью два или четыре дня подряд.

– Ну, это начало, парень. Не все сразу.

– Все так говорят.

Она зевает и протягивает свои полностью татуированные руки вверх над головой, её белая майка обтягивает большую грудь, и обычно я смотрю на нее, но сегодня мой взгляд устремлен в сторону.

– Вчера я столкнулась с Талуном и Эшем в студии, и они сказали, что ты выбыл на некоторое время. – Она затягивается сигаретой и наблюдает за моей реакцией.

Я с отвращением закатываю глаза.

– Да, думаю, они не хотят, чтобы я портил их священный образ своими пьяными вспышками. Я не знаю, кем, блядь, они хотят меня заменить на такой короткий срок. Даже пьяный я играю лучше, чем все эти бездарности.

Она тушит сигарету о мраморную пепельницу на столе. ­

– Мной, – заявляет она просто.

– Тобой, что?

– Они попросили меня отыграть тур с ними.

Я чуть не упал. Сидни действительно может задать жару. Её женская рок-группа «Сахарный поцелуй» (Sugar Kiss) является одной из лучших в жанре рок. Я знаю её много лет, они открывали наши концерты столько раз, что я не могу сосчитать. Нужно отдать должное Эшеру. Это гениальный маркетинговый ход, чтобы горячая девушка была в группе несколько месяцев.

Запуская руку в свои волосы, я смотрю на нее, потеряв дар речи. ­

– Я, действительно, не ожидал, что так будет, Сид.

– Знаю. Как и я. Вэндал, слушай. Это не навсегда. Я согласилась лишь на несколько месяцев этого тура, пока ты не вернешься на борт. Я не собираюсь оставлять Sugar (группа), чтобы стать постоянным членом Эшес&Эмберс. Я не могла сказать нет; здесь серьезные связи, ты знаешь, что…

Я киваю:

–­ Знаю, знаю.

– Я не буду этого делать, если ты против. Вот почему я хотела с тобой встретиться. Я не собираюсь рисковать нашей дружбой из-за этого. Я слишком тебя уважаю, чувак. Ты многому научил меня. И как ты знаешь, Эш продолжал говорить, что ты вернешься. Она берет меня за руку и быстро сжимает.

Я сглатываю и отвожу взгляд.

– Я ценю это. Правда. Лучше это будешь ты, чем какой-нибудь другой мудак. Ты все сделаешь чертовски здорово, и мне не нужно будет беспокоиться о том, что ты заменишь меня навсегда. Я вернусь в следующем году. У меня есть новый материал, над которым я работаю – он хорош.

Она выпускает вздох облегчения и широко мне улыбается. ­

– Не могла дождаться, чтобы услышать от тебя это.

Она делает паузу и несколько мгновений смотрит в окно.

–­ Вэндал, не ненавидь так сильно Эшера. На него многое навалилось, и группа – это его дитя. Это все, что сейчас у него есть.

– Да, да, да, я не хочу думать об Эшере и его проблемах. У меня есть свои, а его могут быть гораздо хуже. – Ты будешь в порядке, переключаясь на другой тур так скоро? С новым материалом?

– Да, блядь. Я справлюсь.

Я отталкиваюсь от деревянных перил. ­

– Я лучше пойду, я должен вернуться обратно на озеро.

Она встает и идет со мной в дом, положив руку мне на спину, прежде чем мы достигаем входной двери.

– Ты мог бы остаться, – намекает она знойным голосом. – Прошло уже много времени.

Оценивая свой контроль, я вздыхаю и поворачиваюсь к ней лицом.

– Мы не должны, Сид. Давай не будем усложнять это дерьмо, ­– я делаю паузу и решаю сказать ей правду. ­– Плюс ко всему, у меня вроде бы есть кто-то, кто ждет меня дома.

Удивление и разочарование появляется на её лице: ­

– У тебя? Правда?

– Пока это все ново. Мы пытаемся понять, что это.

– Я думаю, это здорово, Вэндал. На самом деле. Ты заслужил немного счастья.