Однажды в темницу привели главного виночерпия и главного хлебодара царя египетского. Иосиф старался облегчить их участь в несчастье и прислуживал им. Неудачливые придворные отвечали ему дружбой, болтали с ним по целым дням, посвящали его в дворцовые интриги и рассказывали, какие слабости у царствующего владыки. Иосиф все это примечал в своей памяти и спустя недолгое время разбирался во всех дворцовых делах так хорошо, как будто сам там служил. Однажды за беседой выяснилось, что обоим придворным привиделись странные сны. Главному виночерпию снилась виноградная лоза: на ней выросли три ветви, которые сперва покрылись цветом, а потом на них созрели ягоды. И тогда он подставил чашу, выжал из ягод сок и подал напиток фараону.

Иосиф подумал немножко и предсказал виночерпию, что через три дня фараон помилует его и вернет на прежнее место. И по этому случаю Иосиф попросил виночерпия заступиться за него перед фараоном, ибо он без вины брошен в темницу. Главный хлебодар тоже рассказал Иосифу свой сон. Ему приснилось, будто на голове у него три корзины с хлебными изделиями, а птицы их выклевали у него. Иосиф помрачнел и предсказал ему, что через три дня его отдадут в руки палачей.

ВО ДВОРЦЕ ФАРАОНА. Действительно, спустя три дня предсказание Иосифа исполнилось. Фараон праздновал день своего рождения и во время пира вспомнил, как хорошо его обслуживал главный виночерпий. И фараон простил его, освободил из темницы и снова отдал ему ключ от дворцового погреба. Зато по отношению к главному хлебодару фараон остался непреклонен и приказал его казнить.

К сожалению, как это нередко бывает, главный виночерпий в счастье своем забыл о товарище по беде, который предсказал ему возвращение на свободу. Иосиф еще два года томился в темнице и потерял уже всякую надежду, что неблагодарный сдержит свое обещание. И трудно предвидеть, как сложилась бы судьба Иосифа, если бы фараон в свою очередь не стал видеть сны. Как-то ночью ему приснился такой сон: из реки вышли семь тучных коров и стали пастись на прибрежном лугу. Но вот вслед за ними из воды вышли семь тощих коров и пожрали тучных. В другой раз ему приснилось, что выросли из земли семь колосьев, налитых зерном, а потом рядом встали семь колосьев пустых и иссушенных ветром и пожрали здоровые колосья.

Загадочные сны привели фараона в смятение. Он созвал со всего Египта самых лучших волхвов и мудрецов, умеющих толковать сны. А они только головами качали, совещались и спорили между собой и в конце концов беспомощно развели руками и признались божественному владыке, что им не удается угадать скрытый смысл его сновидений.

Фараон был угрюм и подавлен, все во дворце пришли в мрачное настроение И только тогда главный виночерпий вспомнил об Иосифе. Предвидя удобную возможность добиться от фараона еще больших милостей, он рассказал ему про молодого еврея, который когда-то в темнице точно предсказал ему будущее. В душе фараона вспыхнула надежда. Не медля ни минуты, он приказал привести Иосифа. После того как узник остригся и сменил одежду, его ввели к фараону, и он пал ниц перед владыкой, а тот нетерпеливо спросил: «Мне снился сон, и нет никого, кто бы истолковал его, а о тебе я слышал, что ты умеешь толковать сны».

Иосиф внимательно выслушал фараоновы сны о тучных и тощих коровах, а также о колосьях — полных и хороших и тонких и иссушенных ветром. Подумав, Иосиф сказал, что в Египте будет семь лет урожайных, после которых наступит семь лет засухи и голода. Однако Иосиф не ограничился одним только предсказанием, а посоветовал фараону немедленно назначить мудрого управителя, который бы в годы изобилия собрал в амбарах одну пятую часть урожая с целью покрытия недостатка в годы бедствия. Фараону очень понравился этот совет. Он пристально вгляделся в открытое лицо статного юноши, и у него сразу мелькнула мысль, что он нашел человека, в котором почиет дух божий. И фараон тут же назначил Иосифа своим наместником и отдал в его руки управление всем Египтом. Ибо только диктаторскими мерами можно было осуществить хозяйственный план, который требовал наложения тяжелой дани как на феодалов-помещиков, так и на крестьян, живущих в нищете.

Иосифу исполнилось тридцать лет, когда он неожиданно из самых низин падения своего был возведен на вершину успеха и великолепия. После четырнадцати лет рабства он получил право приказывать своим бывшим хозяевам и стал правой рукой монарха, которого в Египте считали богом.

Согласно принятому придворному протоколу Иосифа облекли властью в чрезвычайно торжественной обстановке. Сидя на позолоченном троне, фараон вручил ему регалии, соответствующие высокой должности: золотой перстень, драгоценную цепь на шею и великолепные одежды. А затем он произнес священную фразу: «Я фараон; без тебя никто не двинет ни руки своей, ни ноги своей, во всей земле Египетской». В тот же день весь двор в колесницах, запряженных огненными конями, помчался в храм. Иосиф в качестве наместника восседал во второй, после фараоновой, колеснице, а когда он проезжал по улицам, глашатаи призывали население пасть на колени перед новым владыкой. В храме фараон нарек Иосифа новым египетским именем — Цафнаф-панеах, что буквально означало «бог говорит: да здравствует». Кроме того, фараон дал ему в жены дочь Потифера, влиятельного жреца из города Он (греческий Гелиополис), обеспечив Иосифу таким путем поддержку могучей жреческой касты.

ИОСИФ ПРАВИТ В ЕГИПТЕ. В течение семи урожайных лет Иосиф ездил по всей стране и лично следил за выполнением приказов. Амбары до краев заполнялись пшеницей, а в стране, невзирая на сбор дани, был такой достаток, что люди благословляли нового правителя. Везло ему и в семейной жизни, ибо супруга его Асенефа родила двух сыновей — Манассию и Ефрема.

Согласно предсказанию Иосифа, наступили годы засухи и голода, которые задели не только Египет, но и все соседние страны. Люди страдали от голода, и, когда они обратились с мольбой к фараону, чтобы он приказал открыть перед ними амбары, фараон отослал их к Иосифу. Как рачительный хозяин, Иосиф внял их просьбе, но не стал распределять хлеб даром. Сначала люди должны были платить за продовольствие деньгами, а когда денег у них не осталось, продавали лошадей, овец, волов и ослов, лишь бы избежать мук голода. В конце концов они лишились земли и сами отдали себя в рабство. Таким образом, после семи лет катастрофы вся земля вместе с теми, кто ее возделывал, перешла в полную собственность к фараону. Только жрецы сохранили свое имущество, так как фараон, считаясь с их влиятельностью, разрешил им в годы благоденствия самим собирать запасы. Едва только вся земля отошла к фараону, Иосиф стал сдавать ее в аренду и возвестил народу: «Вот я купил теперь для фараона вас и землю вашу; вот вам семена, и засевайте землю; когда будет жатва, давайте пятую часть фараону, а четыре части останутся вам на засеяние полей, на пропитание вам и тем, кто в домах ваших, и на пропитание детям вашим». И люди клялись, что будут верно служить фараону. С тех пор вступил в жизнь закон, согласно которому египетский народ отдавал фараону пятую часть своего урожая. Закон этот, однако, не распространялся на жрецов, и благодаря этому они богатели и росло их могущество.

РОД ИАКОВА СТРАДАЕТ ОТ ГОЛОДА. В Ханаане тоже была страшная засуха. Прослышав, что в Египте можно приобрести пшеницу, Иаков послал десятерых своих сыновей в страну фараона за хлебом. Дома он оставил только Вениамина, которого любил так сильно, что не соглашался отпустить его, доверив братьям заботу о нем. Братья навьючили на ослов пустые мешки и тронулись в дальний путь. В Египте их допустили пред лицо высшего начальника в государстве, ибо только он лично мог продать им хлеб. Взглянув на просителей, прибывших из Ханаана, Иосиф испытал сильное потрясение. Он вмиг узнал братьев, которые некогда продали его за двадцать сребреников. Однако он не открыл им, кто он такой, и разговаривал с ними через переводчика. Не мог он также отказать себе в удовольствии и не попугать их. Во всеуслышание он обвинил их, будто они пришли в Египет не за тем, чтобы купить пищу, а как соглядатаи. Братьев от страха бросало в жар и в холод. Они всячески оправдывались, уверяли, что пришли только за хлебом, рассказывали, что у их престарелого отца, который прислал их сюда, было двенадцать сыновей, из них самый младший остался дома, а один брат пропал без вести.