Он наблюдал, как огни сканера скользили по ней. Когда автоматизированный механизм поднялся вверх, Даггер на мгновение прикрыл глаза. Две механические руки с инжекторами отделились от аппарата и прижались с обеих сторон к её травмированной шее. Камера полностью накрыла тело Джордан, восстанавливающий луч остановился над раной на её боку. Даггер вслепую нащупал стул, прислоненный к стене, и опустился на него. Медленно сморгнув, пытаясь унять жжение в глазах, воин пристально всматривался в монитор, на котором отражались жизненно важные показатели Джордан. Воспоминания унесли его к тому времени, когда они встретились впервые.

Земля. Два с половиной года назад.

Даггер осторожно поднял на руки истощенное дрожащее тело маленькой человеческой женщины. 

— Тебя зовут Джордан? — спросил он охрипшим голосом, вспомнив её имя.

Даггер никогда не забудет её прекрасные глаза, когда она повернулась и впервые на него посмотрела. Они наполнились слезами от боли, хотя он был очень нежным. Её тело оказалось горячим, несмотря на холодный воздух. Даггер прижал её как можно ближе к себе, стараясь не причинить ещё большей боли.

— Зачем ты это делаешь? — спросила она.

— Я отвечу, если ты назовешь свое имя, — ответил он поддразнивающим тоном, когда она надулась, упрямо выпятив нижнюю губку, хотя и дрожала всем телом. — Пожалуйста, — добавил он через несколько минут молчания, вспомнив о земных традициях.

Расслабившись, она повернулась к нему лицом, уткнувшись холодным носом в грудь, так что он заволновался, как бы она не задохнулась. А через минуту услышал её приглушенный ответ. А когда не сразу ответил, Джордан повернула голову, посмотрев на него спокойным, дерзким взглядом.

— Я сказала Джордан Сэмпсон, — пробормотала она. — Меня зовут Джордан Сэмпсон.

Даггер весело усмехнулся. И это странно, поскольку улыбался он не так уж часто. Вспышка неповиновения в её глазах и соблазнительная пухлая нижняя губка бросали ему вызов, что он находил крайне... очаровательным.

— Меня зовут Даггер, — ответил он.

— Даггер? — спросила она, потираясь щекой о его грудь и вздыхая. — От тебя так веет теплом. Я не могу вспомнить, когда мне было последний раз так тепло... или так безопасно.

Даггер с трудом заставил себя не сжимать её слишком сильно, когда услышал её тихое, еле слышное признание. Странное, незнакомое чувство снова охватило его тело. Грудь стеснило, словно кто-то сжал его сердце.

— Я обещаю согревать тебя всегда, — охрипшим голосом ответил он.

Через мгновение он осознал, что за слова сорвались с его уст. Когда это он, черт возьми, говорил кому-то такие нежности... никогда! Покачав головой, он, нахмурившись взглянул на Сэйбера, который смотрел на него со странным выражением на лице, а затем крякнул, когда женщина, которую он держал, снова пнула его в голень.

— Ты, прекрати немедленно! — огрызнулся Сэйбер. — Мы пытаемся помочь вам.

— Хорошо, но держи свои грязные лапы при себе и не прикасайся ко мне! — прошипела девушка, сверкая взглядом.

— Мне нужно просто связать тебя и вытащить отсюда твою задницу, — прорычал Сэйбер тихо и угрожающе. От подобного тона любой бы дважды подумал, прежде чем злить его, но не эта яростно взиравшая на него крошечная светловолосая женщина.

— Я могу бегать кругами вокруг такой большой обезьяны как ты, — усмехнулась девушка. — И ты никогда меня не поймаешь.

— Тейлор, — устало прошептала Джордан, взглянув на младшую сестру. — Джесси!

Даггер проследил за пристальным, наполненным болью взглядом Джордан. Хантер вернулся, неся на руках женщину, которую они искали. На лице друга застыла маска жесткой решимости.

Впервые Даггер понял, что испытывал Хантер, когда они искали человеческую женщину по имени Джесси. Что-то было такое в этих женщинах, что обостряло все его защитные инстинкты... Ну, кроме Сэйбера, тот снова выругался. Крошечная женщина, которую он удерживал, снова вонзила зубы в его руку. В тот же миг, как Сэйбер отдернул руку, женщина ускользнула, подбежав к Хантеру.

— Она выживет? — спросил Сэйбер, потирая руку.

— Да, но ей срочно нужна медицинская помощь, — ответил Хантер тихим голосом. — Вызывай транспорт.

— Уже вызвал. Я узнаю, насколько они далеко, — ответил Сэйбер, с кем-то связавшись по коммуникатору в ухе.

— С ними всё будет в порядке? — обеспокоенно спросила Тейлор. Она рассматривала трех мужчин, переводя взгляд с одного на другого, и наконец остановившись на Сэйбере. — Вы сможете им помочь? Я... Джесси и Джордан — всё, что у меня осталось. Пожалуйста, вы сможете их вылечить?

Даггер видел, как на глаза Тейлор навернулись слезы. Посмотрев на Сэйбера, он подавил смешок. На лице его друга отразилась паника, он с отчаянием переводил взгляд с одной сестры на другую, прежде чем снова встретился с умоляющими глазами Тейлор.

Даггер пробормотал очередное извинение себе под нос, взбираясь по наклонной бетонной плите. Джордан понимала, что её тихий вскрик эхом отразился в его ушах. Выбравшись наверх, Даггер с облегчением вздохнул и выпрямился. Джордан со страхом в глазах уставилась на инопланетный транспорт, стоявший почти в сотне ярдов от них между двумя разрушенными зданиями.

— Тебе не нужно извиняться, — прошептала Джордан, устало положив голову на его плечо. — Не твоя вина, что я больна.

Единственным ответом ей было ворчание, и Даггер направился к заднему люку транспорта. Снова начался нескончаемый дождь, на этот раз сильнее, чем прежде. Джордан видела, как Даггер кивнул одному из воинов, ожидавших на краю платформы.

— Насколько всё плохо? — спросил мужчина, взглянув на её бледное лицо.

— Очень плохо, — мрачно ответил Даггер.

Джордан вздрогнула и закрыла глаза, она не понимала, о чем они говорят, но судя по взглядам, которыми они обменялись, догадывалась, что, должно быть, о ней. Она так устала, не только физически, но и морально.

Знала, что выглядит, как утонувшая крыса, а чувствовала себя ещё хуже, как после недельного путешествия по пыльной дороге. Мечты о ежедневной ванне остались в прошлом.

Вместо этого она, Джесси и Тейлор собирали и грели дождевую воду, если могли позволить себе подобную роскошь. Они использовали обрывки ткани в качестве мочалки и несколько драгоценных кусков мыла, которые сумели украсть из заброшенных домов, гостиниц и магазинов, но и эти запасы почти истощились за последние четыре года, становилось всё труднее и труднее найти что-нибудь ещё.

Самое лучшее в жизни здесь — это мягкий теплый климат и обилие воды, что позволяло не замерзнуть и соблюдать личную гигиену. Худшая часть в проживании здесь заключалось в том, что кругом была грязь.

Джордан осматривала интерьер «космического корабля». Возможно, этот транспорт и не выходил в открытый космос, но он всё же летал, как в фильмах, и она впервые так близко видела технологии другого мира. Изнутри корабль освещался красными огнями. Джордан догадывалась, что пришельцы, вероятно, сделали это, чтобы лучше видеть ночью, и от того окружающая обстановка всё больше казалась чуждой.

Её руки сжались сильнее вокруг шеи Даггера, когда он стал опускать её на длинные плоские носилки. Сердце Джордан гулко заколотилось, причиняя боль её избитому телу. По щекам катились молчаливые слезы, её сотрясала такая дрожь от холода, лихорадки и шока, что зубы начали стучать.

— Пожалуйста, не отпускай меня, — захныкала она. — Ещё нет. Я... Пожалуйста, я не могу... пока нет.

Даггер взглянул на мужчину, стоявшего у носилок, и покачал головой. 

— Сначала позаботьтесь о другой, — приказал он тихим голосом.

Облегчение наполнило её, когда Даггер уселся на одно из незанятых сидений. Руки ослабли, и Джордан опустила их вниз, прижав к его телу, пытаясь согреться в его тепле. Она продолжала трястись, стуча зубами, да так сильно что они, казалось, вот-вот выпадут.