Флайри первой нарушила молчание.

— Неужели те деньги были тебе дороже жизни? — спросила она.

— Какие деньги?

— Ну… Те, что хотели у тебя отобрать грабители.

— В Третане?

— В Третане.

Наемница Тэм вытряхнула из очередного свертка рубашку из полотна серо-стального цвета, отделанную по вороту серебристым шитьем, и подняла голову.

— Да, — ответила она без тени улыбки. — Они были нужны, чтобы спасти мужа.

Вот как… Скорее всего, во время исполнения «божественной воли» Тэм познакомилась с кем-то из моряков и вышла за него замуж — обычное дело. Потом мужа похитили разбойники. Когда она несла посреднику деньги, предназначенные для выкупа, на нее напали и…

— А почему Йол тебе не помог? — осторожно спросила она.

— Ну, во-первых, это было ему не по силам, — Тэм обернула броки Флайри в отдельную тряпицу и сложила вместе со своей блузкой. — А во-вторых, его убили через полгода после того, как мы встретились, и его шайка распалась.

— Так тебе удалось спасти его?

— Кого?

— Твоего мужа!

— Мужа? Пока нет.

— Пока?.. Когда ты… встретила Йола?

— Через год после Катаклизма.

Флайри помотала головой. Неужели она начинает засыпать и что-то пропустила?

— Двенадцать лет… — пробормотала она. — Но кто станет так долго держать заложника?

— Он не в заложниках… — Тэм вздохнула. — Я на это надеюсь.

— Я ничего не понимаю… Кто же он такой?

— Капитан Сегарх, — увидев, как округлились глаза Флайри, наемница усмехнулась — Хотите верьте, хотите нет. Я бы на вашем месте не поверила.

Она вздохнула и отложила сверток с одеждой.

— В самом деле, чем я могу подтвердить свои слова? Рассказать, какие у него были привычки? Какое ему нравилось вино, любил ли утром поваляться в постели? Все зависит только от того, насколько убедительно я буду врать. И насколько собеседник захочет мне поверить.

— И от того, сможет ли кто-то подтвердить твои слова, — возразила Флайри.

— При желании можно найти свидетелей, которые подтвердят, что я наследная принцесса эрладийская. Если я не стану предъявлять права на престол, мне это сойдет с рук. Но дело не в этом. Людям неинтересен человек по имени Сегарх. Или человек по имени Элвес. Или человек по имени Адрелиан — я имею в виду нынешнего лорда-регента. Людям нужна легенда. К вечеру мы приедем в деревню. Ради любопытства спросите тамошних жителей, какой он из себя, лорд-регент. Смею вас заверить, вам опишут десяток людей, совершенно друг на друга непохожих. А если показать им портрет, никто не догадается, кто на нем изображен. Знаете, это похоже на то, что происходит с покойником. Человек умирают, его хоронят и ставят каменное надгробие. Пройдет время, у человека, который лежит в могиле, истлеют волосы, сгниют мышцы, и останется один скелет. Если на надгробии будет написано «Здесь похоронен лорд-регент», то спустя века люди будут считать, что череп принадлежит лорду-регенту. Даже если там будет похоронен совсем другой человек.

Пресветлый Сеггер…

Флайри почувствовала, как глаза застилают слезы.

Она даже не успела отвернуться.

— Тише, тише… — наемница обняла женщину и нежно, по-матерински прижала к себе.

Флайри не понимала, что происходит. Какая-то часть ее существа словно стояла рядом и равнодушно наблюдала, как она рыдает, уткнувшись в плечо незнакомки, которую встретила лишь вчера ночью. Странной женщины, чья история слишком похожа на легенду, чтобы ей верить. Да и сама эта Тэм…

— Я тоже хочу спасти одного человека.

Она не знала, как эти слова сорвались с языка. Но что-то подсказывало Флайри, что жалеть об этом не придется.

Наемница не отвечала, только снова вздохнула и похлопала ее по плечу.

— Его похитили, — Флайри заставила себя проглотить слезы. — Похитили совсем недавно. Кажется, я напала на след похитителей. Если бы не эти мерзавцы в трактире…

Она не договорила и лишь покачала головой. Но плакать больше не хотелось: Флайри с удивлением поняла, что выплакала все слезы. Гроза прошла, сменившись странной смесью усталости и облегчения. Наверно, так чувствует себя моряк, выброшенный штормом на незнакомый берег.

— Но ни вы, ни ваши родные не получали писем с требованиями выкупа или угрозами? — спросила Тэм.

— Нет, не получали.

«Любопытно, какой выкуп могут потребовать за императора — пусть и будущего?»

— Значит, хотят сначала запутать след… — наемница потерла виски кончиками пальцев и полезла во вьюк. — Как я понимаю, ни отцы-инквизиторы, ни сыскных дел эшевен в поисках пока не преуспели?

— Нет. Поэтому я решила искать сама. Я знаю только одно: его увезли или связанным, или одурманенным.

— То есть, справились с ним без помощи магии… Но это не значит, что они вообще не связывались с магией, верно?

Она развернула мокрое полотенце — Пресветлый Сеггер, сколько же их у нее?! — и протянула своей спутнице.

— Я попробую вам помочь, Флайри. Ничего не обещаю, но вдруг что-нибудь да выйдет.

— Но, Тэм…

Флайри замялась.

— Если дело в деньгах, — наемница криво усмехнулась, — то об этом не беспокойтесь. Не стану обещать, что покрою все расходы… но я могу позволить себе немного щедрости. Пресветлый Сеггер завещал нам помогать ближним в час нужды. Тем более что я пока сижу без работы.

— А Гильдия?

Тэм пожала плечами.

— После того, как глава Гильдии разыскивал меня по всему Лаару, дабы сообщить, что я могу не вносить залог за экзамен, если пожелаю вступить в их ряды? И после тех денег, которые я им принесла? В любом случае, я имею право помогать людям, если делаю это за свой счет. А убедиться в этом им будет очень просто. Поверьте, у Гильдии Наемников длинные руки… и уши если не в каждой стене, то в четырех из пяти.

Она заметила, что ее спутница все еще держит полотенце в руках, развернула его и аккуратно утерла ей лицо.

— У вас нет чего-нибудь, что может помочь в поисках?

Флайри почувствовала, как от напряжения начинает ломить виски. Все складывалось слишком хорошо. Подозрительно хорошо.

— Я только знаю, что его повезли в сторону Кирсонинга, — пробормотала она. — Это все. Его могли везти под видом больного. Хорошего лекаря не везде найдешь, и никто ничего не заподозрит…

— Значит, везли на подводе или в конных носилках, — задумчиво проговорила Тэм. — Но крупные города они будут обходить стороной, даже если не прибегали к магии. Глаза стражей порой столь же зорки, как «Око Сеггера». Ладно, будем надеяться, что простые люди им в этом не уступают… На чем мы остановились?

Флайри попыталась вспомнить, но почувствовала, что мысли уплывают. Усталость подкралась незаметно, точно враг, сумевший найти тайную тропу и бесшумно снявший часовых в лагере.

— А какой он был — Сегарх? — спросила она, кутаясь в плащ.

Тэм замерла с полотенцем в руках, словно не расслышала вопроса… и улыбнулась печально и почти беспомощно.

— У него были светлые волосы. И голубые глаза. Светло-голубые, точно выцветшие на солнце… — она покачала головой и принялась заворачивать полотенце в кожу. — Так смешно получается… Видела когда-нибудь такую игру — картинку разрезают на много частей, а потом их складывают? Вот и у меня то же самое. Только я не тороплюсь сложить картинку. Беру кусочек — и разглядываю, любуюсь… пока меня что-нибудь не отвлечет.

Она отложила сверток и села поудобнее.

— Он скалывал волосы стальной заколкой. Когда он приезжал с верфи, они пахли морем. А утром… Под утро он сворачивался клубочком, а я лежала рядом… Представь себе: эти золотистые ниточки на подушке, стоит чуть-чуть подвинуть голову — и можно будет ткнуться в них носом, поймать запах, который они впитали за ночь — запах чистой воды, свежего белья, живой кожи. И я боюсь пошевелиться — не хочу его разбудить. Кожа у него как будто светится изнутри… Он все шутил, что солнце его любит.

— У тебя не осталось его портрета?

Тэм улыбнулась и покачала головой.

— Сегарха? А зачем? Я его помню. Этого достаточно. Когда любишь человека, он у тебя… не в памяти, не в душе… Знаешь, когда он отправлялся в плавание, жены других моряков плакали, а я… Меня все спрашивали: «Ты что, ребенка носишь?» — наемница засмеялась. — Если любишь человека, он внутри тебя…