Мама, о зубах моих не тревожься, как приехал на Север с одними корнями, так они торчат, как штыки, не болят и не выпадают, жуют пайку, паек. Да и желудок крепкий в норме, разве изредка заводится изжога от хлеба и щей.

Обязательно передайте привет Петру Бурлаченко, если даже он никогда мне не напишет. Как там рыбка ловится у нас?

С северным приветом я — ваш Мелентий

АЛЕНУШКА, РОДНУЛЕЧКА МОЯ! ЗДРАВСТВУЙ!

КАК ТВОИ ДЕЛА В САДИКЕ? СДЕЛАЛИ ИЛИ НЕТ ТВОИ ФОТКИ В САДИКЕ? БУДУТ — ВЫСЫЛАЙТЕ СРАЗУ ПАПКЕ. ДОЧЕНЬКА, НАРИСУЙ МНЕ ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ, А ТО ПО ТЕБЕ Я СИЛЬНО СОСКУЧИЛСЯ, ВИЖУ ТЕБЯ ВО СНЕ. ЦЕЛУЮ ТЕБЯ КРЕПКО.

НЕ ЗАБЫВАЙ ПАПКУ. ЛАДНО? ДО СВИДАНЬЯ!

ТВОЙ ПАПА МЕЛЕНТИЙ

Письмо 2, страшное

Здравствуйте все!

Наконец-то от вас насилу дождался ответа. Преблагодарен. Короче, мама, не надо мне ни-че-го, потом я вышлю вам адрес, по нему вышлите сто рубликов. Продайте мой телевизор, и больше я вас не потревожу. Если бы ты знала, мама, как гадко все клянчить! Ты пишешь, что меня посадили не за кражу, что я будто никогда не воровал. Но ведь это неправда. Помнишь, когда я женился, почти, как и многие, ночами не спал, а тащил совхозное добро, старался для блага семьи, которая затем вдребезги распалась. Сейчас не знаю, не ведаю, что со мною будет через двенадцать лет тюряги??? Может, больше никогда не будет у меня семьи. Если окончательно будет угроблено здоровье — то я этих проклятых блядищ на свободе специально уничтожу 15–20 голов, как бродячих собак, и сам туда же махану!

Все вы скулите, что я сам рвался в тюрьму, искал повод, чтобы только посидеть. Хочу вам всем признаться письменно, что я Алису Васильчук любил сильно, даже страшно любил всем чистым сердцем, а она мне ответила бездною измен и вряд ли нашелся бы такой мужик, которому она служила бы верно, не та порода.

Да как я ненавижу сейчас всех смазливых проблядей! Выпусти сейчас меня на свободу, то вряд ли сдержусь: вырву курвам глотки, вспорю животы. Но не рвите сердце из-за меня, подлого выродка. Не беспокойтесь, я надежно и прочно охранен. Если удалось бы заманить Стеллу на личную свиданку, то, ей-богу, грохнул бы! Но о Стерве Петровне я более и слышать не хочу, мне даже в тюрьме мутит от нее. Если б я женился на Алисе, то Стерва загнулась бы от зависти. Но видите, какой страшенный исход. Да, пусть один я — злодей, а вокруг меня ангелы святые кружились?

Я жить хочу и буду жить святым ханжам назло.

До свиданья все! Мелентий Мелека

Написал пером 22 июня 1978 года, а приговором я говно свое вытру, чтобы подтвердить его своею печатью!

Письмо 3

Здравствуй, дорогая мама! Здравствуйте, милые сердцу родные!

Сегодня 7 октября 1978 года, дураку стукнуло 25 лет! Отмечается День Конституции, отдыхаем. Я только вчера узнал, что 7 октября с 1977 года стал всенародным праздником в стране. Мама, огромное спасибо тебе, что ты родила меня 25 лет назад именно в этот День! Хотя мое рожденье слишком дорого обошлось Алисе Васильчук, моим детям и нам с тобою, мама.

Получил от вас поздравительную телеграмму и пять писем. Большое спасибо всем. Даже Стелла Петровна поздравила меня двумя словами: «С первоначальным юбилеем! Двадцатипятилетием!» Я рад, что не слышу подковырок. А какою ты была, мама, в свои двадцать пять? Не могу представить тебя девчонкою…

Мама, родненькая, у меня к тебе сегодня две просьбы: первая — мое «страшное письмо», написанное в приступе бешенства в день приговора, сожгите в печке ради Христа самого, а пеплом посыпьте уборную, чтобы не попал в огород, а то картошка почернеет. Я клянусь вам в День рожденья и в День Конституции, что никогда в жизни не напишу такого подлого письма. Поверьте.

Вторая просьба: нам надо раз и навсегда уточнить дату твоего рожденья, мама, то есть когда отмечать день твоего рожденья? Фактически ты родилась 17 декабря 1927 года, а в паспорте записана другая дата — 30 декабря 1928 года. Как это случилось?

Боже мой! В прошлом году ты в день своего юбилея лежала в больнице на волоске от смерти. Мама, я на коленях прошу у тебя прощения за все содеянное зло. Как мы с тобою были далеки от именин в прошлом году, не до писем и поздравлений. Прости, прости за все — слезы застилают глаза, пишу лицом к углу.

Но не горюй, родная моя мама:

«Дурень — думкою богатеет».

С благодарностью за жизнь, твой заблудший неотесанный сын Мелентий пишет сам.

Целую тебя мысленно.

Письмо 4

Здравствуй, дорогая мама!

Сегодня 7 ноября 1978 года, еще 4-того пришел с работы и получил от вас два письма и поздравления с праздником, за что большое спасибо.

Мама, я заранее решил поздравить тебя с Днем рожденья, с прошлым юбилеем… которого не вернешь. Прости же.

Вот уже полвека отшагала ты по жизни сложной, а к старости — горькой. Что я могу тебе, родная, подарить из неволи? Это плохонький стих, который я пытался сочинить целый месяц, и ребята, прочитав, смеются и шутят: «Аж мороз по шкуре дерет!»

Письмо к матери

Мама, ты знаешь, какой из меня грамотей, да «Куда соваться в волки, если хвост собачий?» Хотелось выдать тебе просветление души своей, чтобы не пропали даром все твои наказы за двадцать пять лет! Целую тебя, родненькая мама, пятьдесят раз!!!

Твой сын дуралей Мелентий сам

Здравствуйте, дорогие братья Владимир и Юрий!

Работаю сейчас на бирже, нас всех перевели. Постараюсь перейти работать в гараже тросоплетом, тросы, чекера заплетать. Не удастся, перейду куда-нибудь. В Коми ударил морозец, сегодня — седьмого ноября — 40 градусов. Братцы, если те брюки с белою подкладкою, оборвите и высылайте, сам подошью. А то мне не в чем ходить, брюки, как марля, светятся. Вот-вот кто-то покажет пальцем и закричит: «А зэк-то гол!» А эти 5—10 рублей я достану здесь, продав свою бандероль, положенную в полгода.

Берегите мать. Поцелуйте за меня Аленушку. Пишите же, не скупитесь на бумагу. Не валяйтесь под мухой.

С праздничным приветом ваш брат Мелентий

Письмо 5

Привет с зимнего Севера!

Сегодня понедельник, 22 января 1979 года. Ударил бешеный мороз, и день с утра актировали, возможно и завтра благодаря Морозу — Красному носу отдохнем. Мы с Силантием вволю попарились в баньке. Пришли и для пущей радости получил подарок — два письма, прочитал, и жить захотелось сильнее: представил домашний уют, любимую Аленушку, вылитую Я… 16 января я в секции хвастался, что моей Елене Мелентьевне уже пять лет! Я мысленно сажал Аленушку на колени и целовал крепкие, как кавун, щеки. Посидел немного в кутузке, уже страшно соскучился по дому.

Хочу проситься работать на просеку, может, лучше там, больше доверия и внимания, да и вам на дорогу для свиданки заработаю, так мне хочется повидаться с вами.

Как же дико я любил Алиску Васильчук! Мама, все чаще вспоминаю твои последние слова, когда я доски завозил, ты мне вслед выкрикнула, видно, материнским сердцем чуяла беду:

— Мелентий! Не наделай дурного!

А я отмахнулся и пошел своим роковым путем. Ничего, мама, бывает, что толковые парни теряют головы из-за пьянки и женщин, а я бестолочь — пил-то запоем. Здесь многие осужденные учатся заново жить, не все выходят на свободу блатными да кончеными. Эвон сколько у меня тысяч и тысячей трезвых дней и ночей впереди, чтобы образумиться.

«Орлам случается и ниже кур спускаться, Но курам никогда до облак не подняться», — писал басенный дед Крылов.

Мама, щенка Босю тоже сфотайте с Аленушкою, когда они играются, ласкаются. Хочется на славную Боську поглядеть. Хоть щенка я погладил бы, поласкал, да нет его у нас.

Крепко целую вас всех. Ваш Мелентий

Письмо 6

Здравствуйте, дорогие мама, Аленушка, Владимир, Юрий и Василий!

Сегодня 26 сентября 1979 года пришел с работы и получил долгожданное письмо. Большое спасибо. Конверт с краскою еще не получил, может, в оперчасть вызовут. В посылку положите еще перцу.

Мама, смотри, не пиши ничего лишнего в письмах, советуйся с Владимиром. Мама, из предыдущей посылки я получил сало, смалец и крем для обуви, а что-то бросили на пол, не уследил. Что же это было? Оно уплыло. Хоть часок хочется побывать в кругу семьи.

В сентябре наша бригада сдала дом для начальства тюрьмы, в угоду им соорудили, постарались, комиссия хвалит, может, чем поощрят нас?

Зарядил холодный дождь, хлещет по ребрам, течет по копчику. Разыгралась грязь по уши, скорей бы мороз ударил.

Обещали же выслать Аленушку с Босею на коленках, а что-то фото не шлете. Может, наконец, ко Дню рожденья получу???

Боюсь, что письмо промокнет и расплывется до точек и запятых от проклятого дождя.

Мелентий

Письмо 7

Здравствуйте, мои дорогие мама, Аленушка, Василий и братья!

Здравствуй, ну и Стелла, если есть!

Сегодня 7 октября 1979 года, понедельник. Мне исполнилось 26 лет. Получил от вас богатый урожай писем и поздравлений, но как мне тревожно на душе! Да, я ждал, что напишете: «Все хорошо, выслали». Но мне не видать, как своих ушей, то, что ждал так долго. Я понимаю, какие надежды вы возлагаете на авиа, но поймите же, что вы живете в цивилизованной республике, а я сижу в зоне усиленного режима на Севере, и самолеты только пролетают над болотными трясинами, а садится только мошкара, которая царствует в воздухе. От Печоры до нас почта может ползти черепахою почти месяц. Скорее Жар-птица прилетит в тюрьму, чем самолет с посылками для зэков. Так что я вашу авиа посылку получу к 7 ноябрю.