Мазанхан. Нет! Этого не может быть! Это даже маленький Баторчик знает. (Зовет играющего у юрты грязнопузого мальчугана.) Баторчик! Малютка, беги сюда! (Мальчик поднимается с земли и подбегает к Мазанхану.) Скажи, малыш — как назывались серные ванны римской аристократии?

Баторчик. Ба, ба,ба!

Мазанхан. Правильно, мой козленок, — байи!

Ведущий. Серные ванны римской аристократии назывались «байи». Дмитрий, к нашему великому сожалению, вы выбываете из игры.

Мазанхан. Кто вообще таким баранам играть дает? Элементарных вещей не знает! Даже Баторчик это знает.

Xатан (подходя к Мазанхану). Дядя, вас папа зовет! Простите, дядя, но Баторчик пока говорить не умеет. Ему только годик исполнился.

Мазанхан выключает телевизор, берет телефон и подходит к старикам.

Мазанхан (прикладывая руку к груди). Глубокое уважение тебе, Нусхамухан, и глубокое уважение твоей семье!

Нусхамухан (так же прикладывает руку к груди). Глубокое уважение тебе, Мазанхан, и глубокое уважение твоей семье!

Ходжигорхан. Мазанхан, мы решили на свадьбу наших детей новое кино показать. Самое новое. Пошли моих старших сыновей в Америку, пусть купят. Вот тот артист, которое это кино делает. (Протягивает фотографию Тарантино.)

Мазанхан. Глубокое уважение тебе, мой старший брат. Скажи мне, сколько денег кино стоит? Я самолет покупал для нашего брата Хорцахана, глубокое уважение его семье, когда он хотел из него амбар сделать, — двадцать три килограмма брал. А сколько килограммов кино стоит?

Ходжигорхан. Возьми на всякий случай двадцать пять килограммов. Я слышал, что в Америке жадные люди живут.

Мазанхан. А в каком казане американские деньги лежат?

Ходжигорхан. Не помню. Не бери деньги. Руки оторвешь. Возьми алмазы в сундуке дедушки Номто, там их на деньги поменяешь.

Будка киномеханика напичкана современной аппаратурой. Кроме проекционных аппаратов здесь есть микшерский пульт, компьютер, устройство автоматической перемотки пленки и пр. На полу — открытый яуф для пленки. На столе рация, какие бывают у полицейских, и набор для раскраски миниатюрных моделей солдатиков наполеоновской армии, стоящих тут же. Работает кинопроектор. На бобине осталось совсем немного пленки – заканчивается часть фильма. По углам на стенах висят аудиоколонки, из которых звучит саундтрек к фильму — джазовая мелодия тридцатых годов. Под эту мелодию чернокожий киномеханик Куинси (лет тридцати пяти) садится за стол, придвигает к себе одну из миниатюр, берет в правую руку кисточку и, глядя через огромное увеличительное стекло, начинает раскрашивать солдатика. Время от времени он заглядывает через просмотровое окошечко в темный зал, чтобы убедиться, что все идет хорошо. Часть заканчивается, музыка смолкает, бобина пуста.

Голос Тарантино (в колонках, говорит по-английски). Хи-хи-хи. Спасибо, Куинси, только следи за фокусом. Хи-хи-хи.

Куинси (в микрофон пульта, англ.). Не за что, мистер Тарантино. Буду следить.

Голос Тарантино (в колонках, англ.). Хи-хи-хи. Завтра смотрим, в общем.

Куинси (в микрофон пульта, англ.). О'кей.

Голос Тарантино (в колонках, англ.). Хи-хи-хи. Хай, Куинси.

Куинси(в микрофон пульта, англ.). Всего доброго, мистер Тарантино.

Куинси снимает с проекционного аппарата бобину с пленкой, ставит ее на перемоточное устройство. Все его движения точны и выверены — видно профессионала. Пленка перемотана на начало. Куинси снимает ее с перемоточного устройства, кладет на стол. Берет рацию.

(В рацию, англ.) Я готов.

Теперь мы видим бронированную дверь будки с мощными запорами во все четыре стороны — такие обычно бывают в банках. Кто-то снаружи вставляет ключ, запоры задвигаются, открывая дверь. Входит вооруженный охранник Лэс. Еще двое вооруженных охранников, Тэд и Сэм, остаются снаружи с обеих сторон от двери. Лэс запирает дверь изнутри, подходит к столу с бобиной. На запястье левой руки у него специальный браслет со сканирующим устройством. Он проводит над бобиной рукой. Сканирующее устройство издает писк, и на браслете загорается зеленая лампочка. Лэс кладет бобину в яуф, закрывает его на замок, пристегивает ручку яуфа к наручнику на правой руке.

Лэс (англ.). Пока, Куинси. Куинси (англ.). Пока, Лэс.

Охранник отпирает дверь и выходит из будки.

Лэс идет по ярко освещенному коридору с яуфом в руке, а по бокам от него идут Тэд и Лэс, внимательно глядя по сторонам, всем своим видом показывая, что они готовы уничтожить каждого, кто покусится на содержимое яуфа.

Куинси смотрит вслед Тэду и Лесу, затем начинает щелкать тумблерами, выключая аппаратуру.