- Что ж, вот мы и пришли к согласию. Ты поедешь на два дня, а на третий вернёшься, довольна?

    - Несказанно, – улыбнулась принцесса, не зная, выиграла она от такого компромисса или проиграла?

    - Славно. Ты знаешь, а у тебя со мной всё-таки много общего. Хоть и говорят, что ты больше пошла в мать, но это только внешнее сходство. В тебе моя кровь, кровь Карлеалей.

    - Из чего ты сделал такой вывод?

    - В тебе живёт бунтарский дух, настоящий интерес к жизни. Любопытство и желание новизны, правда?

    - Бывает, порой я ощущаю что-то такое…

    - Ты ведь не хотела ехать из-за рыцарей, так?

    Беллона зарделась. Так отец просто играл с ней! Он всё знал, знал с самого начала, все подробности, все её проделки и проказы. Но если так, то почему он так спокоен и не гневается? Когда девушка, наконец, решилась поднять на него глаза, то не увидела на его лице и тени из того, что напридумывала. Нет, он не в курсе, просто догадался о её симпатии.

    - По мне так заметно, что я хочу пообщаться с новыми людьми?

    - Дочка, да весь твой вид кричит об этом! Я тоже в юности не умел скрывать мысли, и выставлял напоказ всё, что творилось внутри. Но благоразумие взяло над тобой верх, и ты перестала со мной спорить, это замечательно. В отличие от своего брата, ты умеешь вовремя остановиться. Да, должен признать свою вину, что я не даю тебе нормально общаться с окружающими, но у тебя впереди ещё много времени для этого, а сейчас я это делаю для твоей же пользы.

   - Не сомневаюсь, папа, поэтому больше не буду оспаривать твои решения. Тогда я пойду?

   - Как, не останешься выпить со мной чаю?

   - Спасибо, но нет, – Беллона слегка присела в реверансе и вышла в коридор. «Если я буду продолжать так яро отстаивать свои интересы, доходя до пререканий с отцом, то весь двор будет знать о моих чувствах к Дереку. В этом нет ничего постыдного, однако, пусть лучше это останется тайной».

    Принцесса не успела ещё далеко отойти от кабинета короля, как перед ней снова появилась Алиса Тревор. Её сопровождал молодой человек приятной наружности. Он был очень высок – выше Беллоны больше чем на голову, а девушка никогда не считалась сама маленькой. Почти одновременно с тем, как принцесса подумала, что это сын графини, та заговорила.

   - Белл, разреши познакомить тебя с моим мальчиком. Бернардо, познакомься – это её высочество, Беллона – это Бернардо, виконт Тревор.

   - Очень приятно…я… – раздалось с обеих сторон, от чего оба смутились, потому что перебили друг друга.

   - Извините, ваше высочество.

   - Ничего страшного, – принцесса только сейчас сообразила, что часто видела этого юношу при дворе и даже когда-то слышала о том, что это сын графини. Но как-то это вылетело из головы. К тому же лично она общалась с ним действительно впервые.

   Бернардо держался сдержанно и строго, хотя в нём еле-еле ощущалась неловкость. Строгая и элегантная одежда подчёркивала бледность кожи, которая, однако, не портила общего приятного впечатления. Особенно хорошо смотрелись умные, глубокие синие глаза, опушённые длинными, по-девичьи загнутыми ресницами, резко выделявшиеся на лице. Тонкие черты, серьёзный лоб, красивый ровный нос – всё выдавало в нём знатного дворянина самого благородного происхождения. На чувственных руках был виден всего один перстень, странность для моды королевского двора, понравившаяся Беллоне, которой надоедали увешанные в драгоценности друзья принца, да и он сам. Девушка считала это немужественным, хотя Бернардо с виду тоже трудно было назвать примером мужества.

   - Что ж, оставлю вас немного поболтать, королева меня уже заждалась, – сказала графиня и удалилась.

   - Ваша матушка очень любезна, – сыронизировала Беллона, – я почти никогда не общалась с молодыми людьми, а она оставила меня с одним из них один на один.

   - Понимаю вас, ваше высочество. Я сам не однажды оказывался в незнакомом окружении, или с людьми, которых не понимал я, или они не понимали меня. Но, прошу вас, можете меня не стесняться, а то я сам начну краснеть и запинаться, – Бернардо деланно опустил глаза и затеребил рукава. Принцесса засмеялась.

   - Вы очень милый, не поверите, но я никогда не чувствовала себя так спокойно и раскованно с человеком, с которым так мало знакома. Буквально с первых же слов!

   - Ну почему же, охотно верю, перед моим обаянием трудно устоять, – пошутил виконт. «А без матери он ведёт себя гораздо проще, – оценила Беллона, – что ж, может быть, мы и станем друзьями».

   - И где вы только ему научились?

   - О, это определённо природное дарование. Хотя я немало перенял у отца и его коллег – консулов и дипломатов.

   - Да, эти люди точно могут войти в доверие к кому угодно и добиться чего угодно.

   - На то они и дипломаты.

   - У вас среди них много знакомых?

   - Не только среди них. Я ведь являюсь членом делегации консульства Феира, и по службе приходится быть всегда и везде к месту.

  - Это, скорее всего, невероятно трудно?

  - Мне нравится моё занятие. Что может быть лучше и достойнее для будущего графа, как не служение своему государству?

  - Вы правы, это самое уважаемое дело. Вы преданный поданный.

  - Не думайте обо мне слишком хорошо! Не такой уж я примерный слуга его величества. Мне и самому доставляет удовольствие делать что-то хорошее так, чтобы врагам Феира было плохо.

  - Вы ещё и коварный?

  - А как же без этого? Добрым можно быть только среди ангелов – среди людей всегда нужно быть осторожным.

  - Бернардо, когда вы успели стать философом в столь молодом возрасте? К тому же таким хитрым и изобретательным.

  - Все эти качества я использую исключительно для дела. Сейчас я могу расслабиться и быть добрым, потому что рядом со мной – настоящий ангел.

  - Вы тоже сильно преувеличиваете мои заслуги. Расскажите мне о том, что вы повидали в мире? Что вам понравилось, а что нет? И, если не против, давайте заодно продвигаться в сторону моих покоев, мне нужно будет скоро быть у себя, до обеда у меня ещё есть кое-какие дела.

   Виконт и принцесса медленно, прогулочным шагом направились в восточное крыло, при этом мило беседуя. Беллона часто смеялась и всё больше проникалась симпатией к этому юноше, такому серьёзному, и одновременно с этим, забавному. Такому надёжному и немного женственному.

   Когда путь закончился, девушка с досадой вздохнула, разочарованно посмотрела на двери в свою прихожую и пожала руку сыну графини Тревор.

  - Большое спасибо за то, что сопроводили меня и развлекли интересными историями и случаями из вашей жизни. Как бы мне ни хотелось остаться и ещё поговорить с вами, Бернардо, но мадам Бланж всё равно быстро примчится и прогонит вас подальше отсюда.

  - Тогда, я думаю, мне нужно скорее скрыться, чтобы не навлечь на себя гнев этой горгоны. Но если она появится, я притворюсь камнем, и она не станет напускать на меня свои чары.

  - Вам повезло, что она этого не слышит!

  - Ваше высочество, я видал нечто и пострашнее, чем ваша наставница, – оба от души засмеялись.

    Их прощание прервала появившаяся из-за угла Мария. В дорожной накидке, она выглядела обеспокоенной и взволнованной. Увидев принцессу, она тут же побежала к ней. Та в свою очередь кинулась навстречу.

  - Мари! Ты приехала! Как я рада, ты так вовремя! Мне столько нужно тебе рассказать!

  - Мне тоже нужно о многом поговорить с тобой.

    Заметив неважное настроение подруги, Беллона спросила потише:

  - Что-то стряслось?

  - Да, я была у Габриэль и теперь хочу услышать всё от тебя, как так получилось…- наконец обратив внимание на юношу, эрцгерцогиня осеклась. – Берни? Что ты тут делаешь?

   Принцесса удивилась тому, что Мария знает виконта. И не просто знает – судя по тому, как она к нему обратилась, они были хорошо знакомы.

   - Мари, а я хотела вас представить друг другу…откуда вы знакомы?