Не доехав до главных дверей, кареты остановили два стражника, возвышающихся, словно колоссы. С тёмно-бронзовой кожей, голыми торсами, в белых шароварах и обутые в сандалии, они напомнили Габриэль божества или скорее демонов, о которых читала в детстве ей няня. Дора даже испугалась и вздрогнула, так как впервые сталкивалась с чем-то подобным. Стражники, с одинаково забранными в хвосты чёрными волосами, попросили подождать немного. Один из них забрал из рук кучера приглашение на имя принцессы Феирской и её свиты, и удалился. По прошествии двадцати минут он вернулся в сопровождении женщины, которая, несмотря на свой немолодой возраст и начинающую полнеть фигуру, была разодета словно молодая нимфа. На ней была светло сиреневая тога на одно плечо, подпоясанная под грудью, которую выразительно подчёркивала, ниже свободно развевающаяся множеством складок, но заходящая лишь слегка за колена. Ноги так же украшали сандалии с крупными полудрагоценными каменьями, от которых крестообразно голень обвивали кожаные ремни до самого колена. Как заметила Беллона, почти все жители, которые им встречались здесь, носили такую обувь. Несмотря на то, что первой реакцией принцессы было возмущение от того, что женщины так спокойно показывают свои ноги, плечи, спины, она не могла не признать, что это невероятно удобно и желала побыстрее обрести такую же обувку, хоть длина её платья и не позволит покрасоваться этим приобретением. Женщина приближалась, и можно было рассмотреть, как она ярко накрашена, какая у неё замысловатая причёска, с золотыми украшениями в волосах, и как она располагающе и искренне улыбается.

   - Ваше высочество, Беллона! Добро пожаловать! Как мы и ожидали, вы одна из первых. Бетти с дочерью специально так задумали, чтобы успеть вам всё показать-рассказать, пока не началось столпотворение и кавардак, который вечно начинается перед праздниками. А уж во время них! Ох, знали бы вы, как у нас тут весело и шумно в такие дни…Молодёжь балагурит и шалит только так!

    Женщина залезла в карету, приказав кучеру двигаться прямо до самого центрального входа во дворец. Всё это время она не переставала говорить. Габриэль внимала ей с возрастающим интересом и азартом, а Беллона, сбитая с толку таким бурным приёмом, пыталась придти в себя.

    - Поверьте, вас, ваше высочество, с огромной радостью у нас примет каждый. Все хотят на вас посмотреть и познакомиться. Наши гигантцы обожают вашего брата. Его приезды тут – долгожданное дело. Ну, и конечно, все мы помним вашего батюшку и его визиты. В молодости он был ничуть не хуже сына! А вы на них обоих так похожи!

    - Должна вас огорчить, брат не сможет приехать, у него возникли непредвиденные дела, – попыталась остановить поток изречений незнакомки Беллона. – Извините, но вы не представились…

    - О, какая же я дурёха! – Несмотря на свои явно прожитые полвека, женщина вела себя совсем не считаясь с возрастом. – Простите, ваше высочество. Я княгиня Жоржета Ормонди, главный советник её величества и её подруга, в связи с чем, и наставница принцессы Энжел. Но это в прошлом, ведь наша девочка уже большая и не нуждается в советах и присмотре. А сейчас меня назначили распорядительницей свадьбы Эдгара и Антуанны. Поэтому всё у меня в голове кружится, перемешивается, и иногда я кое-что упускаю из вида. Не обращайте на это внимание, просто прямо говорите мне, если я что-то опять не то сделаю.

     Беллона заверила, что обязательно укажет Жоржете (а именно так она просила себя называть), если она начнёт что-либо путать или забывать.

     - Послушайте, от нас отстал ещё один экипаж, в нём две мои фрейлины, три служанки и моя…гувернантка, так можно сказать.

     - Гувернантка? Ваше высочество, сколько же вам лет?!

     - Шестнадцать… Но, я не совсем правильно выразилась, она вовсе за мной не присматривает, она больше выполняет роль проводника. Я ведь здесь впервые и не знаю, что к чему, поэтому её приставили к нашему кортежу…

     - Можете не объяснять, я всё поняла. Я прослежу, чтобы, как только они прибудут, их пропустили без всяких там заминок и задержек.

     - Спасибо! Вы очень любезны, я так боялась, что они потеряются или их не пустят без приглашения, которое мы вам отдали на въезде.

    Кареты остановились у двух высоких дверей – парадного входа. Пассажиркам помогли выбраться изнутри стражи, наподобие тех, что остановили их на въезде в главную аллею перед дворцом. Беллону и Дору, которые, не противясь, всё же вложили свои ладони в их крепкие руки, для того, чтобы спуститься с подножки экипажа, они по-прежнему смущали своим наполовину нагим видом, а Габриэль без задней мысли разглядывала в упор их сильные, крепкие и мускулистые тела. Где ещё ей представится возможность поглазеть с такого близкого расстояния на полуобнажённых мужчин, которые при этом не выказывают ни каких возражений или каких-либо других чувств? Их безмолвные и безразличные лица только ещё больше разжигали интерес виконтессы Леонверден и заставляли её сердце учащённо биться. Девушки вслед за княгиней Ормонди прошли, к некоторому удивлению, мимо главного входа и направились вдоль стены куда-то в сторону тенистого сада, по дорожке выложенной гравием и окружённой клумбами самых неожиданных форм и разных размеров, как в ширину, так и в высоту. Под палящим солнцем, шаги идущих невольно убыстрялись, стремясь к заветным кронам деревьев или чему-нибудь подобному. Дора несмело прошептала Беллоне.

   - Я читала, что в некоторых местах мужчин кастрируют, и после этого они не обращают на женщин внимания, – тут и там постоянно попадались такие стражники, поэтому виконтесса Незардроун и не могла обойти их личности стороной. – Не знаю уж, как это происходит, но отцами они после этого тоже быть не могут.

   - Не говори при мне такие страшные вещи! – оживилась Габриэль, говоря более громко. – Если эти статные красавцы окажутся теми загадочными кастратами, о которых ты толкуешь, то я не знаю, что я сделаю!

    Распорядительница торжественной свадьбы услышала спор девушек и, смеясь, повернулась к ним.

   - Милые барышни, успокойтесь, с этими мужчинами всё в порядке. Просто это личная охрана королевы и принцессы. Это лучшие воины на всём Гиганте. Чтобы попасть в этот отряд, нужно долго и упорно учиться, да к тому же абы кого сюда не возьмут – нужны связи или влиятельные знакомства. Они идеально вымуштрованы и закалены не только физически, но и духовно. Они прекрасно образованы и с ними есть о чём поговорить, но – предназначено это только для королевской семьи, женской её половины. Невозмутимость и умение воздержаться от чего-либо сделали их знаменитыми в разных концах света.

    - Но как же они смогут защитить королеву и Энжел? Они же безоружны и беззащитны своим…отсутствием не то что доспехов, но хотя бы камзола или плотного кожаного жилета…- Беллона шла в недоумении. Жоржета лишь покачала головой, понимая, что девушка совсем не просвещена по поводу того, какова главная роль этой прекрасной армии. Что ж, может, Энжел сама как-нибудь этим поделится…

    - Это и не основное войско, ваше высочество, а только внутреннее, дворцовое, а сюда попадают только те, кто прошёл тщательный осмотр и кому кто-то из жителей дворца выказывает полное доверие, приглашая в свои покои. Настоящие солдаты, с мечами, арбалетами, в кольчугах, находятся по периметру сада Биг-Элорийс…

    - Это тот, что мы проезжали, выехав за пределы города и который тянется прямо до территории дворца? – полюбопытствовала Габриэль.

    - Да, он самый. Так вот, начиная с него, расположены все казармы, гарнизоны и прочие военные постройки, с грубым мужским присутствием и отсутствием красоты и гармонии, элегантности и порядка. А нам, женщинам, здесь нужен мир и покой. Бетти большая эстетка, впрочем, как и все её прародительницы, недаром они веками создавали то, что вы сейчас можете видеть вокруг.

    - А куда мы собственно направляемся? – наконец задала главный вопрос Беллона.

    - Я веду вас в апартаменты Энжел. Видите ли, в парадных залах вовсю идут работы, всё украшают, переделывают, ремонтируют, моют и чистят до блеска, поэтому там весьма не комфортно держать путь. К тому же дворец строился не сразу, а частями, и теперь его внутреннее пространство напоминает лабиринт; лестницы, коридоры, узкие комнаты с незаметными ходами – во всём этом заблудиться легче лёгкого. Лучше уж обойти с улицы.