Я еле могла его выносить. Пришлось даже сесть на ладони. Кевин был идиотом. Он даже не понял сарказма. Поддержка, Саммер. Ты пришла поддержать его, и неважно, согласна ты с его действиями или нет. Под-дер-жать.

Но я была не в самом сочувственном настроении и, чтобы не брякнуть что-нибудь едкое, прикусила язык.

— Ну, зато теперь вам не надо прятаться, да?

— Да. — Он поднял взгляд и, расслабившись, улыбнулся. — И с завтрашнего дня мне не придется жить с этими дебилами.

Я посмотрела на коробку.

— Куда переезжаешь?

— В дом родителей Мэгги. Она сказала, я могу остаться у них. Раньше она ночевала то дома, то в общежитии, а теперь переедет к родителям. — Он встал. — Я был у них несколько раз. Дом довольно большой. Будет здорово, знаешь? Хоть отдохну от политики колледжа.

— Угу. — Я не могла подобрать слов. От происходящего голова шла кругом.

Он спал с чужой девушкой. Ее парень был братом члена его братства, а Кевин вел себя так, словно жертвой был он. Мой дерьмометр зашкаливал — как, наверное, и кровяное давление.

Поэтому я и отреагировала лаконичным «угу».

На его лбу залегла морщинка.

— Спасибо тебе.

— За что?

Он обвел жестом комнату.

— За то, что пришла сюда. Проверила, как я. — Его взгляд стал мягким, как тон и улыбка. — За заботу.

Мое сердце встрепенулось. Вот он, тот Кевин, по которому я сохла годами и с которым три с половиной месяца назад переспала. Я нахмурилась. Брат. Он был моим сводным братом. С этими раздражающими чувствами стоило бы завязать.

— О, без проблем, — хрипло сказала я, чувствуя, как затягивается черная дыра моих чувств к нему. Почему меня это так пугало? — Услышав о драке, я хотела убедиться, что ты в порядке.

— Это все херня. Маркус спалил нас вчера, разразился скандал, но без драки. Мэгги уехала с ним, и до самого позднего вечера все было тихо. Я сидел у себя, когда в дом ворвался Маркус. Мэгги его бросила, и Маркус не смог вынести, что я заполучил девчонку прямо из-под него.

— Он ударил тебя?

— Нет, только приложил о стену и наорал. А когда все уже успокоилось, объявился Кейден. Не знаю, что случилось, но как только он переступил порог, Маркус слетел с катушек. Стал вопить что-то про какую-то лошадь, и видок у них был такой, словно они вот-вот сцепятся. Я оказался не в том месте и не в то время. Они все ругались, а потом…

— Стали драться?

— …а потом Кейден ни с того, ни с сего развернулся и двинул мне по лицу. Хотя я ничего не делал. Просто стоял там и смотрел.

Кевин заговорил быстрее, громче.

— Я ответил ему. Попал прямо в рожу. Уверен, этому говнюку пришлось поехать в больницу. Если бы мне так сильно врезали, я бы точно поехал.

Пока мы говорили, его синяки еще сильней потемнели.

— А мои так называемые «братья» встали на его сторону. — Он вскочил на ноги и ткнул себя в грудь. — Ублюдки сказали мне убираться из комнаты! Мне! Хотя первым ударил он!

Чувствуя себя очень неловко, я поерзала на кровати и, вытащив из-под себя руки, прижала их к одеялу.

— Что случилось потом? — У меня пересохло во рту.

Он махнул в сторону двери.

— Я пришел сюда и позвонил Мэгги. Она приехала за мной, и я переночевал у нее. Я только вернулся. Даже не знал, что парни в курсе, что я здесь. — Он оглядел меня. — Это они сказали тебе, где я?

— Парень, которого я спросила, не знал.

Он, закатив глаза, выругался.

— Видишь, они всегда будут на стороне Кейдена. Словно он святой. Тошнит уже от всего этого. Кстати! — Судя по тому, как он сфокусировал взгляд на мне, его посетила какая-то идея. — Ты не занята на выходных?

Перед тем, как ответить, я отвела глаза.

— А что?

— Парни идут на футбол, и пока их не будет, я хочу забрать оставшиеся вещи. Мне пригодится любая помощь.

Я потеряла дар речи. И смогла выдавить только:

— Серьезно?

Хотя нет, погодите. Еще я добавила «ха».

— Мэгги сказала, что спросит у своих друзей. А я позвоню нашим родителям. Твой отец наверняка согласится приехать, чтобы помочь. — Он окинул взглядом коробку и открыл вторую дверь шкафа. — У меня немного вещей. Стол, кровать и комод останутся здесь. Так что, может, помощь твоего отца мне и не понадобится. С другой стороны, вы же девушки. Таскать коробки будет для вас тяжело. Давай ты все-таки спросишь отца?

Я недоверчиво выгнула бровь.

— Ты хочешь, чтобы я позвонила ему и попросила проделать четырехчасовой путь на машине, чтобы помочь тебе перенести какие-то коробки?

— Заодно вы бы смогли провести время вдвоем. Уверен, он с радостью пригласит тебя поужинать.

Тут у меня челюсть отвисла.

— Он может и переночевать здесь, — продолжил Кевин. — Правда, ему придется снять номер в отеле — мне неудобно спрашивать у Мэгги, можно ли ему остановиться в доме ее родителей. Это будет неправильно.

Он был… Я даже не знала, каким. Уж точно не тактичным, не чутким и не разумным. Пока он говорил, я злилась все сильнее и сильнее. Пора было убираться отсюда, пока я не взорвалась и не сказала нечто такое, о чем потом пожалею.

Встав, я указала на дверь.

— Я пойду. Просто хотела проверить, как ты. Вижу, что по-прежнему жив.

Я хотела уйти, но он поймал меня за руку и притянул в объятия. Я напряглась, но он, похоже, и не заметив этого, уткнулся лицом в мою шею.

— Спасибо, что зашла. Это для меня много значит, честное слово.

Он отодвинулся, однако рук не убрал, а потом улыбнулся.

— Мне жаль, что я воспринимал тебя как должное. Правда.

Я ненавидела себя за то, что его слова с ноткой искренности снова заставили мое сердце перевернуться.

Я стала пятиться, и ему пришлось меня отпустить.

— Пока, Кевин.

Он помахал мне.

— Пока. Не забудь позвонить отцу. Спасибо!

Последнее слово он выкрикнул, потому что я уже бежала по коридору. Захлопнув за собой дверь в подвал, я прижалась к ней.

Закрыла глаза и выругалась. Вот же черт.

— Так все-таки у тебя есть к нему чувства?

Я узнала голос Кейдена, и мое сердце застыло.

Глава 14

Кейден выглядел восхитительно.

Это было первое, о чем я подумала, пока стояла там, не представляя, что же сказать. Оттолкнувшись от двери в подвал, я попыталась заговорить, но мои челюсти почему-то отказались работать.

В руке он держал пиво, его джинсы низко сидели на бедрах, а из-под простой облегающей белой футболки выглядывали татуировки — и бог ты мой, что это был за вид. Я отчетливо видела каждую мышцу его скульптурного пресса. Они играли под тканью, когда он подносил пиво ко рту.

Я облизнула губы. Вот черт.

А затем до меня дошло, что вызванный Кевином раздражающий трепет исчез.

Кейден едко хохотнул, обходя меня.

— Я думал, ты хотя бы соврешь, но нет. Нужно отдать тебе должное, Штольц — ты, как обычно, честна. — Проходя мимо, он взглянул на меня и чуть усмехнулся. — Спасибо за это.

— Подожди. — Я выскочила следом за ним через заднюю дверь. — Ты о чем?

Мы пересекли двор, и я проследовала за ним во что-то типа гаража, переделанного в мини-квартиру. Слева была вешалка для одежды, прямо — ванная. Сама же комната была разделена на зоны. В первой находилась гостиная с диваном перед большим экраном для проектора, а у дальней стены была кухня. Пока я стояла, осматриваясь, Кейден поставил пиво на стойку и скрылся в примыкающей к ванной спальне. Не закрыв дверь, он стянул с себя футболку.

Мое сердце заколотилось.

Матерь божья… Меня накрыло желанием, которого я еще никогда не испытывала. Мне следовало отвернуться, но силу воли будто парализовало. Я обнаружила, что рассматриваю его всего, даже мышцы, уходящие в джинсы, которые, когда он опустил руки, сползли еще ниже, чем были.

Меня охватило первобытное вожделение, и когда Кейден поднял голову и посмотрел на меня, он это увидел. Он замер, и его глаза потемнели в ответ. А затем его чертова ухмылка вернулась на место, и он пошел мне навстречу.

Мое сердце подпрыгнуло к горлу.

Неужели сейчас он коснется меня… но нет. Он прошел мимо, чуть задев мою руку, и спросил, дразня дыханием мое ухо:

— Хочешь пива?

А затем отошел от меня на безопасное расстояние.

За спиной открылся холодильник. Я не пошевелилась. Секунду я стояла спиной к нему и пыталась взять себя в руки. Проведя дрожащими пальцами по волосам, я тихо выругалась.

С Кевином я всегда контролировала себя. Всегда. Может, я и бредила, внушив себе, что он тоже отчасти влюблен в меня, однако контроль никогда не теряла.

Но вид Кейдена с голым торсом едва не заставил мои трусики увлажниться. В буквальном смысле этого слова.

Я рвано вздохнула.

— Я знаю, что я горяч, но притормози-ка немного.

Мне было ужасно неловко, но я заставила себя развернуться. Он протягивал мне банку пива, а на его губах играла вызывающая, самоуверенная усмешка.

— Это называется рефлекторной реакцией, — добавил он.

Я взяла пиво и почти поддалась искушению прижать холодную банку к лицу.

— О чем ты?

— Я не знаю, что именно Мэтьюс сделал тебе, но он явно разбил твое сердце.

Мое вожделение поутихло… вроде как…

— По шкале от одного до десяти, где десять — это вопиющая, бросающаяся в глаза очевидность, где ты разместишь меня?

Он мгновение изучал меня.

— На восьми.

Я шумно вдохнула.

— Серьезно?

Он сел на диван и закинул ногу на столик. Я примостилась в другом конце — боком, чтобы видеть его.

— Лишь из-за первой встречи. Если б я тебя тогда не увидел, то и не догадался бы.

— Правда? — Дышать стало чуть легче.

— Я привлекаю тебя, потому что сделал больно тому, кто тебя ранил.

Я с сомнением уставилась на него.

— Или нет? — прищурился он.

— Ты вообще знаешь, как выглядишь? — выпалила я .

Его рука с пивом замерла на полпути ко рту, он распахнул глаза, а потом покачал головой. Усмешка превратилась в улыбку.

— Зачем ты растрачиваешь себя на него?

— Что?

Он поставил пиво на столик и, спустив ногу на пол, наклонился вперед.

— Давай начистоту. Вчера я взял тебя к Диего. Ты подняла мне настроение, тогда как обычно я оставался бы зол и шпилил какую-нибудь девчонку, на которую мне было бы наплевать. Так что отныне никакого дерьма между нами не будет. Поняла?