Прищурившись, Виктория видела в окно, как он садился в свой огромный черный Хаммер, в сопровождении своих вышибал. Трус! Как же она ненавидит его в этот момент! Отец пригрел у себя на шее ядовитую змею... сумасшедшую, злую, змею, а самое главное на удивление хитрую, сильную и подлую.

Лихорадочное возбуждение сменилось оцепенением. Она безжизненно легла на диван и зарылась лицом в подушку. Впервые в жизни ее мучила совесть. Это она во всем виновата! Нужно было всегда открыто демонстрировать свое отношение к нему и не позволять даже доли бесполезного флирта. Иначе не пришлось бы отцу открывать ему глаза, а потом страшно расплатиться за ее легкомыслие. Боже, так доиграться! Поделом ей теперь. Только пострадали невинные люди, и она в этом виновата. Если бы она могла раньше предположить, какой это страшный человек! Но откуда ей было знать, что он способен на убийство? За пять минут она накрутила себя так, что сама себе стала казаться исчадием ада.

На следующий день у нее не было сил даже подняться с постели. Наступила такая апатия, что хотелось только умереть. Одиночество убивало. Свою дальнейшую жизнь она не представляла себе. Все кончено. Слезы катились по щекам, заливая лицо. Так пролежала она до следующего утра. Мысли крутились в голове, точно черные пауки - навязчивые, отвратительные, безрадостные.

Зачем ей жить? Все ведь бессмысленно! Она вдруг поднялась с дивана с непоколебимой решимостью. В голову пришла единственно правильная за всю ее жизнь мысль. Она прошла на кухню и взяла со стола нож. В дверь кто-то позвонил, но Виктория не обратила внимания. Зашла в ванную и легонько, но быстро резанула вены на левой руке. Мгновенная, пронзительная боль и на руке выступили яркие капельки крови. Точно в полусне она принялась их бездумно разглядывать.

В дверь настойчиво звонили, а она как зачарованная смотрела на разрезанную руку. Но тут сознание вдруг прояснилось и Виктория опомнилась. Как она могла такое сделать? Она схватила полотенце и замотала руку, но кровь быстро его промочила и текла дальше, не останавливаясь. Виктория испугалась. Боже, что если она действительно умрет? Что делать? Она ведь не хочет на самом деле умирать! Все поправимо, кроме этого. Она погорячилась!

Между тем в дверь уже громко и назойливо стучали кулаком. Затем кто-то повернул ручку, открыл дверь, и она услышала шаги в коридоре.

Виктория замерла за прикрытой дверью ванной.

- Почему дверь не закрываешь? - спросил знакомый насмешливый мужской голос. - Ты где? Почему не встречаешь гостя?

Дверь ванной резко распахнулась, и на пороге появился Александр Римский.

Виктория бездумно на него уставилась, придерживая окровавленную руку с полотенцем.

Выражение его лица резко переменилось. На нем отразился ужас и страх.

- Ты что совсем с ума сошла? Что ты делаешь? - возмущенно и в то же время обеспокоенно крикнул он.

Он схватил ее за руку и размотал полотенце. Кровь все шла, не переставая. Свободной рукой он выхватил из кармана мобильный телефон.

- Куда ты собрался звонить? - спросила Виктория, приходя в себя.

- Куда?! В скорую, конечно! Кровь никак не останавливается.

- Нет, не надо! - крикнула она, вырывая у него руку. - Как ты меня нашел? Зачем вообще сюда явился? Посмеяться надо мной захотел? Что ж полюбуйся, как я сейчас живу.

У Александра вырвался тяжелый вздох. Он отбросил телефон, усадил ее на диван и принялся хлопотать над окровавленной рукой.

Виктория безучастно за ним наблюдала.

- Если бы я не успел вовремя, ты бы убила себя, - сквозь зубы проговорил он. - Дурочка малолетняя!

- Да что ты обо мне знаешь? - начала было она, и вдруг беспомощно разрыдалась.

Лицо его смягчилось, он бережно и нежно перевязал ей запястье.

- Не больно? - мягко спросил он, заглядывая ей в лицо и ласково вытирая слезы.

Виктория покачала головой.

- У тебя видно плохая свертываемость крови. Но рана неглубокая, скоро заживет. Жить будешь.

Александр сел рядом на диван и обнял ее.

Виктория положила голову ему на плечо. Было так хорошо в его теплых и крепких объятиях.

- Хорошо, что ты пришел..., - еле слышно проговорила она.

Виктория хотела ему все рассказать, но Александр перебил ее:

- Я все знаю...

Она вновь зарыдала, уткнувшись лицом ему в грудь. Он нежно гладил ее по волосам. Оба молчали.

Вдруг Виктория отстранилась от него, прекратив плакать.

- Почему ты раньше не пришел? - упрекнула она его. - Почему именно сейчас? Или ты специально выжидал?

Александр закатил глаза и глубоко вздохнул.

- Зачем ты из меня монстра делаешь? Я все это время был за границей, и ничего не знал. Почему ты сама не обратилась ко мне сразу же? Разве я не помог бы!

- На твою помощь я рассчитывала меньше всего, - призналась Виктория. - Откуда мне знать? Если даже те, с кем я выросла, отвернулись от меня в нищете.

- Ты отвратительно разбираешься в людях. Но теперь я здесь, все будет хорошо.

- Что будет хорошо? - в отчаянии закричала Виктория, рывком вскакивая с дивана. - Все просто ужасней некуда! Ты был прав, я не приспособлена к этой жизни, я даже не догадывалась, как это ужасно жить без денег. Я потеряла обоих родителей, по которым невыносимо скучаю. Я страшно отчаялась и запуталась и даже не представляю, как мне жить дальше. Я совершенно не понимаю такую жизнь. Хуже смерти может быть только одиночество в нищете. Лучше бы я умерла! Зачем было меня спасать?

Александр тоже резко поднялся. Лицо его было серьезным и решительным.

- Я и не позволю тебе так жить, - спокойно сказал он. - Это не для тебя. Я все сделаю для твоего счастья. Вика, выходи за меня замуж!

Виктория обомлела. Да как он может издеваться над ней в такой момент?

- Ни за что и никогда не выйду, пусть даже я умру с голода, - заметила она. - Мне не нужна милостыня и подачки от тебя! Сама как-нибудь проживу.

Александр разозлился. Темные глаза его яростно засверкали.

- О какой милостыне ты говоришь? - раздраженно крикнул он. - Ты меня с ума сводишь. Что за невыносимый человек? Как можно не понимать, я ведь люблю тебя!

- Любишь? - изумилась Виктория.

- Конечно, люблю, - теперь уже ласково подтвердил он.

- Я тебе не верю! - твердым тоном заявила она.

- Да что б тебя..., - сказал Александр, окончательно теряя терпение. - Почему же?

- Потому что этого не может быть! Мы почти незнакомы. И вообще...ты мне этого никогда не говорил.

- Ну и что? А теперь говорю. Я люблю тебя и не могу без тебя жить.

Виктория скривилась.

- Оставь эту банальность.

- Ну, хорошо, скажу только, что меня к тебе тянет, будто магнитом. Когда закрываю глаза, то вижу тебя. Со мной еще никогда такого не было. Видимо это и есть любовь.

Виктория скептически на него уставилась. Неужели он правду говорит или это простая насмешка над ней?

- Боже, ну неужели ты думаешь, что из-за обычного сострадания я на ком-нибудь женился бы? - не выдержал Александр. - Зачем, по-твоему, мне было ехать сюда, если бы я не любил тебя?

- Не знаю... позлорадствовать, например. Или поставить на место, посмотреть как я буду унижаться ради денег. Тебе виднее.

- Ты путаешь меня со своим бывшим окружением.

Они помолчали. В ее голове блуждала сумятица из мыслей и чувств. Столько потрясений и откровений навалилось на нее в один момент, что она не знала уже кому и чему верить. Но небывалая серьезность, с какой он говорил, внушала какое-то смутное чувство истинности.

- Так ты действительно меня любишь? - недоверчиво проговорила Виктория, после минутного молчания. - Почему же тогда выделывался и не звонил?

- И не бегал за тобой, унижаясь, как эти идиоты? - насмешливо сказал он. - Ты же любишь всякие там игры, моя лисичка, догадайся сама. Твоя собственная стратегия против тебя же. Неужели ты и впрямь воображаешь, что все эти льстецы действительно тебя любили? Вот это точно банальность. Кстати, куда же разбежались все эти твои идиоты-поклонники? Неужели бросили тебя на произвол судьбы?