Александр пристально наблюдал за Викторией. “Ожидает мою реакцию”, - подумала она.

Подруги, наконец, подошли. Каждая из них, по очереди, обняла и поцеловала ее в щеку. Улыбки с их лиц не спадали. Только у Кристины был какой-то сконфуженный вид. Она не знала как себя лучше вести и все отводила в сторону взгляд. Зато у Элины было все просто. Она как всегда спрятала свои истинные мысли и эмоции за маской тошнотворной учтивости и ехидной улыбки. Прочитать по ее каменному лицу, о чем она думает, было невозможно. Но вот язвительные карие глаза вновь выдавали всю ее сущность. Она с ног до головы осмотрела Викторию и осталась весьма недовольна ее сияющим, радостным и преуспевающим видом. Этого Виктория и добивалась.

- Дорогая, замечательно выглядишь, - негромко проговорила Элина своим певучим голосом. - Сто лет тебя не видела! Где столько времени пропадала?

Викторию почти удивила ее наглость. Впрочем, она и предполагала, что Элина будет вести себя как ни в чем не бывало, избегая скользких и неприятных тем.

- В Париже, - с обворожительной улыбкой ответила Виктория. Но в душе у нее все кипело, нужно было то и дело себя перебарывать, что бы не выдать истинных чувств. - Ты тоже выглядишь потрясающе.

- А, Париж...Свадьба в Версале, я слышала..., - завистливо протянула Элина, обжигая ехидными глазами Викторию, и в то же время мельком поглядывая на Александра. - Идея сада верно оттуда?

- Именно. Стоило нам баснословных денег.

Ни один мускул не дрогнул на лице Элины и только ярче засверкали глаза.

Виктория решила пойти в атаку. Она помнила, как Сережа говорил ей о том, что намерен жениться на Элине, более того, она знала наверняка, что шикарная свадьба, собравшая весь великосветский Питер, состоялась. Но она достоверно знала и то, что уже состоялся и шумный развод.

- Где же твой муж? - невинно поинтересовалась она. - Он с тобой пришел? Что-то его не видно.

На лице Элины мелькнула тень, но она быстро собралась и вежливая улыбка вновь расцвела на ее тонких губах.

- Мы развелись. Понятия не имею, где он теперь находится, - невозмутимо, даже как-то нарочито равнодушно, сказала она.

Виктория искусно изобразила на лице удивление.

- Вот как? А я и не знала! - воскликнула она, в душе радуясь и ликуя. Значит, не сумела она все-таки удержать Сережу, которого так нагло увела у нее, Виктории!

- Какой прекрасный у вас дом! - с завистью в голосе проговорила Элина, меняя тему разговора, очевидно ей неприятную.

Теперь ее темные глаза сверлили огромный дом. Виктория физически ощущала, как она рассматривает на нем каждую деталь, каждую башенку, каждый сантиметр. По глазам ее читалось, что она оценивает в уме стоимость, лихорадочно прикидывает сколько денег ушло, что бы все это построить.

До сих пор молчавшая Кристина, наконец, пришла в себя, собралась с духом и непринужденно заметила:

- Викусик, уже не терпится увидеть дом изнутри! Ты нам покажешь все?

Она, как и Элина, избрала прежнюю дружескую манеру общения.

Виктория натянуто улыбнулась.

- Ну, конечно. Сейчас вам покажу мою гардеробную - самую главную комнату во всем доме. Затем все остальное. Пойдемте.

Кристина заулыбалась шире, поддакивая, мол, это и правда главная комната для девушек, и они двинулись через сад к дому. Официанты сновали туда-сюда с подносами. Виктория с удивлением заметила, что и Александр направился вместе с ними. Он с интересом слушал всю эту театральную сцену, и теперь ему видно было интересно, что же будет дальше. А может, он просто боялся, что она, Виктория, все-таки не выдержит и устроит скандал и поэтому решил не оставлять их одних. Но это было явно лишним, так как Виктория и не думала о скандале. Это противоречило ее задумке. Выставлять себя истеричной дурой она не собиралась.

Они вошли в огромную, светлую комнату, оформленную в ярких красно-оранжевых тонах, сплошь уставленную нескончаемыми полочками и шкафчиками из красного дерева с обувью и сумочками, с многочисленной брендовой одеждой и другими аксессуарами. На стенах весели картины с изображением Парижа. Тут и там виднелись его неповторимые пейзажи: весенняя Эйфелева башня, величественный Лувр, прекрасный неподражаемый Версаль, масштабная Триумфальная арка и снова Эйфелева башня во всех ракурсах и времени суток. Возле окна красовался белоснежный, отделанный мрамором туалетный столик, с огромным позолоченным зеркалом. Столик был заставлен всевозможной косметикой и парфюмерией.

Кристина с восхищением все это разглядывала. Элина завистливо стреляла кругом глазами и молчала.

- Великолепно! - подытожила Кристина. - Прямо на шоппинг захотелось. Викуся, обязательно летим на неделю моды в Париж!

- Я только за, ты же знаешь, - улыбнулась Виктория.

Она подошла к полочке с сумками и вытащила оттуда только недавно приобретенную, ярко красного цвета сумку с золотистым замочком посередине. Затем указала на еще с десяток подобных, только других цветов.

- Сумки Биркин от Хермес, - пояснила она, хотя подруги уже и так все поняли. - Всегда мечтала о такой полной коллекции.

- Боже, как их много! - восторгалась Кристина. - Всех цветов! Я тоже хочу себе такую коллекцию! Это же сколько денег верно стоит?!

Виктория кивнула.

- Стоимость космическая. Но не будем обсуждать точную сумму при моем муже. Более всего меня расстраивало, что нужно так долго их ждать.

Виктория кокетливо посмотрела на Александра и, встретив его осуждающий взгляд, очаровательно ему улыбнулась.

Но он все равно не вытерпел и вставил свои пять копеек в разговор:

- Можно поинтересоваться из-за чего самые обычные на вид сумки стоят бешеных денег и очереди? Мне как-то непонятно.

- Да они ведь из кожи настоящего крокодила, а в замочек вставлен бриллиант! - возмущенно объяснила Виктория непонятливому на ее взгляд мужу. - Потому-то так дорого стоят и так долго нужно ждать! Их делают на заказ. Но они того стоят - что денег, что ожидания. Тем более, сумки эти определяют статус человека, который их имеет, это не просто обычная дорогостоящая вещь. Можешь позволить себе иметь такие сумки - значит можешь позволить себе все.

Александр скептически оглядел сумку.

- Ах, вот оно в чем дело, - ироничным тоном протянул он. - Я-то думал, за что же такие деньги дерут. Оказывается, за то, что каких-то вымирающего вида животных изрезали на сумку и теперь впаривают, как бы так помягче выразиться - зажравшимся богатством и деньгами дамочкам. Нет, у меня не укладывается в голове как можно выложить за этот мертвый кусок кожи столько денег, да еще ждать очереди! Что станет с обществом в ближайшем будущем, когда вместо того, что бы помогать больным, к примеру, люди тратят бешеные деньги на коллекции сумок. Лучше бы больным детям помогли.

Элина живо закивала.

- Как я с вами согласна! - фальшиво проворковала она. - И я не пойму этого. Сама за благотворительность! Планирую построить клинику с новейшим оборудованием, как за границей, для лечения детей больных раком. Просто обожаю детей. Они такие милые! Каждый месяц регулярно посещаю один из детских домов, снабжаю их игрушками, конфетами, одеждой и конечно - провожу время. Обожаю вместе с ними рисовать. Какие они все бедненькие - сиротки эти! Прямо душа за них болит. Благотворительность это моя стихия. Дети - наша радость и свет. И сама планирую когда-то родить не меньше трех. Для чего еще жить, как не для детей? Они весь наш смысл в жизни.

Виктория метнула на обоих уничтожающий взгляд. Тоже еще нашлась святая! Да что она из себя строит? Можно подумать сама не тратит бешеные деньги на гардероб! Она, Виктория, знает таких мнимых святош. Обожает детей, хочет родить троих? Ха, ха, ха! Да она, эта подлая лицемерка, их ненавидит. А рожать боится до полусмерти, потому что склонна к полноте и страшно переживает, что поправится после родов. Все эти красивые высказывания о детях явно из какой-то книги выдрала! И какая еще клиника для больных детей? Ерунда! А этот и вообще вздумал ее отчитывать! Она искренне не понимала, почему именно она, Виктория, должна думать о каких-то больных. Никто же о ней не думает. Да, их можно пожалеть, но не более. О больных должно заботиться государство. Причем здесь она вообще? Почему ей ставят в упрек то, что она живет в свое собственное удовольствие? Да всю эту благотворительность придумали для повышения собственной значимости, самооценки, словом - для себя, дабы ощущать себя хорошим, для собственного чувства удовлетворения, а вовсе не из благородных побуждений к ближнему. А еще ее называют лицемеркой!