- Я тебя не люблю, - беспристрастно, медленно и с расстановкой произнес он эти страшные для Виктории слова, на этот раз заглядывая ей прямо в глаза.

Теперь в его взгляде не видно было ничего, кроме огромной усталости.

Виктория отшатнулась. В ее душе кипели обида, гнев и непомерное отчаяние. Она уже поверила в успех и вот опять поражение. Неужели он и впрямь ее разлюбил? Но как же тогда быть с этой вспышкой, что сейчас произошла между ними? Не может ее обманывать женское чутье! И все же...

Они разошлись в разные стороны. Александр подошел к побледневшей и осунувшейся Элине, непрестанно до этого за ними наблюдавшей.

Виктория пошла куда глаза глядят. Сердце ее бешено колотилось, в голове стучало. Она зашла в какую-то первую попавшуюся ей комнату и, прислонившись к стене, закрыла глаза. Все у нее, Виктории, выходит не так, как ей того хочется! Будто какое-то проклятие нависло над ней и не дает проходу. Черная туча, нависшая над всей ее жизнью и не желающая никак рассеиваться. Что сделалось с ее жизнью? Идиотское прозябание, хоть и в роскоши, но без любви, в которой ей первый раз в жизни отказывают. Раньше она и подумать не могла, что не взаимная любовь такая болезненная штука. Она не задумывалась никогда, как себя чувствовали все ее бесчисленные поклонники, которым она отказывала. Но с другой стороны, очень сложно ведь распознать, где скрывается настоящее чувство, а где только обычная страсть. И парадокс в том, что чем дальше от любви и ближе к одной лишь страсти, тем настойчивее добиваются объект желания. Это перерастает в паранойю. В настоящей же любви ищут взаимность, так как любовь с одной лишь стороны порождает проблемы, несовместимые со счастливой семейной жизнью. Брак с односторонней любовью это мучение для обоих. Стоит ли тогда так упорно бороться за любовь, которая уверяет, что ты ей не нужна?

Дверь в комнату отворилась. Мысль ее оборвалась, она открыла глаза. В комнату входил Дмитрий. Виктория едва заметно вздохнула. Откуда он взялся? Она даже не заметила, что он был на вечеринке. Тем временем он приблизился к ней. Виктория не шелохнулась, только равнодушно смотрела в его жирное лицо с маленькими поросячьими глазками. Эти глазки странно блестели, тонкие губы загадочно улыбались, и шел он как-то нелепо, будто крадучись - из чего Виктория заключила, что он изрядно выпил.

- Что тебе надо? - неприветливо спросила она. - Оставь меня одну.

Дмитрий улыбнулся глуповатой улыбкой пьяного.

- Что ты меня все выгоняешь, а? - промямлил он, медленно ворочая языком. - То намекаешь на чувства ко мне, то гонишь. Мне надоело, слышишь меня?! Надоело!

- Пить нужно меньше, - раздраженно ответила Виктория.

Он стал ей надоедать. Ей хотелось побыть одной, наедине со своими мыслями, а не выслушивать его пьяные упреки.

Но Дмитрий только противно рассмеялся.

- Уйди, прошу тебя, - снизошла до него Виктория и указала на дверь.

Но он отчаянно замахал головой и принялся надвигаться на нее.

- Не на этот раз, - проговорил он, зловеще улыбаясь.

Он прижал ее к стене, навалившись всем своим весом.

- Что ты хочешь от меня? - возмутилась Виктория, поднимая удивленно бровь и отворачиваясь от его поцелуя. - Отпусти меня, ты не имеешь права так себя вести со мной!

- Ты не захотела за меня замуж, что ж, как хочешь, - прохрипел он. - Столько раз врала и кормила обещаниями! Значит, теперь поговорим по-другому. Наконец-то я возьму свое!

Он прижал ее руки к стене и стал покрывать неуклюжими, но наглыми и грубыми поцелуями. В лицо ей дыхнуло перегаром. Виктория начала задыхаться. Она принялась вырываться, кусаться, кричать, но все было тщетно. Казалось, алкоголь придал его огромному весу еще больше силы. Он выворачивал ей руки, пытался закрыть рот рукой, хотя крик все равно бы не услышали из-за громкой музыки в гостиной. Он бы и взял обязательно свое, если бы дверь, которую он забыл закрыть на защелку, вдруг с шумом не открылась.

На пороге стоял Александр. Вид у него был взбешенный, глаза метали молнии.

- Отпусти ее! - крикнул он, оттаскивая от нее пьяного Дмитрия.

Виктория перевела дух.

Дмитрий неуклюже упал в кресло.

- Мы же договаривались, - тихо промямлил он, но Александр его толкнул.

Но Виктория все равно успела разобрать слова.

- О чем это вы договаривались? - возмущенно спросила она, переводя взгляд с одного на другого.

- Ни о чем, - спокойно ответил Александр. - Вика, иди домой.

- Да как же вы мне все надоели! - со злостью крикнула она и выбежала из комнаты.

Очутившись дома в полном и гнетущем одиночестве, она отчаялась еще сильнее. Опять какие-то договоры за ее спиной, паутина лжи, интриги, игра. Боже, как она когда-то любила всякие игры! И как она ненавидела их теперь!

Мартини не помогало забыться и она в припадке бешенства разбила все бутылки об пол. Было единственное средство, которое расслабляло наверняка. Ничего, она немного покурит и станет легче. Всего немножко, а затем завяжет. Она достала из своих запасов травку. Но не успела она сделать и одной затяжки, как в тишине и безмолвии огромного дома послышались шаги. Виктория подумала, что это зашел Артур и не стала ничего прятать. Ей все равно. Она давно взрослая и сама за себя решает что и как ей делать.

Но в спальню вошел Александр. Виктория не сдвинулась с места под его пристальным взглядом.

- Я так и знал, что ты наркоманка, - строго сказал он. - Давай сюда эту гадость!

Он попытался вырвать у нее из рук наркотик, но Виктория ловко увернулась.

- Не отдам, уйди отсюда! - закричала она. - Кто ты вообще такой, что бы указывать мне, что делать?! Ты мне даже больше не муж!

- Я сказал, давай сюда, дура! - выкрикнул он, теряя терпение.

Он прижал ее к кровати и выхватил сигарету. Затем смыл наркотик в унитаз.

- Где еще запасы? - спросил он, больно сжимая ей руку. - Говори! Я всю эту гадость уничтожу! Если у тебя самой не хватает ума не калечить свое здоровье, то об этом позабочусь я.

Виктория молчала, нагло и насмешливо уставившись на него.

- Ну, так где? - настаивал он. - Говори же! Я теряю терпение! Все равно ведь найду. Клянусь, ты меня разозлила. С этого дня не получишь от меня ни копейки просто так. Все необходимое тебе будут доставлять, но на руках у тебя не будет ни гроша, карточку я заблокирую. Давай, говори!

Виктория хранила полное молчание. Лишь испепеляла его взглядом.

- Вижу, придется продать твою виллу в Ницце, - начал он. - Можешь так не улыбаться, я вполне серьезно! Документы оформлены на меня. Я когда-то тебе ее подарил, теперь и заберу.

На этот раз Виктория поверила. Как никогда вид у него был непреклонный и решительный.

- Да нет у меня больше! - наконец сказала она, вырывая руку, на которой остались следы от пальцев. - Можешь все здесь проверить. Это была последняя сигарета. Между прочим, ты не имеешь права отбирать назад подарки! Как это мелочно!

Александр насмешливо улыбнулся.

- Знали бы твои родители, какого избалованного, самовлюбленного и корыстного монстра они вырастили.

- А ты вздумал меня воспитывать? Поздновато. И не приплетай сюда моих бедных родителей! В нашем мире все такие. Я побывала в нищете и ничего хорошего там не увидела. Кругом все злые, готовы за деньги на все. Ничего не напоминает? Сильно ли отличаемся мы, избалованные богачи, от неизбалованных и вечно нуждающихся нищих монстров? Все одинаковы! Так что, уж лучше я буду такой, какая есть. Меня уже не переделать. Я живой человек, а не картонная вывеска.

- С тобой остаются не лучшие качества, дорогая моя. Ты вредная, капризная, эгоистичная, упрямая и...

- И что? - спокойно перебила Виктория. - Зачем ты тогда пришел сюда, ко мне? Так шуруй же к своей идеальной лицемерной жене! Вот только она не лучше меня, уж будь уверен.

Темные глаза Александра гневно засверкали. Страсть и любовь в нем боролись с явным желанием ее, Викторию, удавить.

Он подошел к ней вплотную.