Никто не спорил с хозяйкой дома, когда Клэр повела Тони по коридору. Когда они дошли до комнаты, Клэр вошла, планируя показать ему всё вокруг. Звук закрывшейся двери удивил её. Она обернулась посмотреть на Тони и увидела его выражение лица; глубокое желание, которое она думала навсегда исчезло, - возбудило её. Жар обездвижил; она не могла шагнуть к нему или найти силы уйти. Её единственным вариантом было смотреть в эти чёрные бархатные глубины. На секунды или дни Клэр потерялась в его глазах. Чёрный проникновенный взгляд больше не наполнял её страхом; вместо этого он манил жаждой. Через мгновение её обняли его сильные руки, и их губы соединились.

И вновь, её мир перестал принадлежать ей. Он не забрал его – наоборот, Клэр уступила охотно. Не контроль над островом или деньгами – это на самом деле было неважным. То, что принадлежало Тони, может, даже до того, как она узнала его, было её сердцем и душой. Когда их тела соприкоснулись, её увеличившаяся грудь прижалась к его груди, его руки ласкали её кожу; Клэр была полностью и бесповоротно потеряна. Любая мысль о жизни за пределами комнаты растворилась, когда запах его одеколона и вкус поцелуя привнесли живительную силу. В конце концов его глубокий баритон проник в их мирок, каждое слово, каждый слог был насыщен желанием.

- Боже, я скучал по тебе. Я думал, что уже больше никогда не буду обнимать тебя вот так.

Клэр не смогла ответить вслух. И не только потому, что её рот был занят — что на самом деле было так – нет, она не могла ответить, потому что всепоглощающее ощущение облегчения, которое омыло её, забрало способность говорить. Оно высушило её и вознесло подпитываемый гормонами эмоциональный фон на новый и пугающий уровень. Слёзы полились из глаз, когда она оторвалась от поцелуя и прижалась лицом к его широкой груди. Когда её плечи начали подрагивать от всхлипов, которые она не смогла сдержать, Тони отвёл её к софе. Страстное выражение его лица превратилось в вопрошающее: - Ты хочешь, чтобы я ушёл? Ты этого хочешь?

Клэр покачала головой и вытерла глаза:

- Нет! Я не хочу, чтобы ты уходил. Сейчас происходит именно то, чего я хочу… - Она всхлипнула, - Я не могу поверить, что ты на самом деле здесь. Когда ты повесил трубку…

Тони встал на колени перед ней, печаль в его глазах была разительным противоречием той страсти, которую она видела секунды назад: - Я был неправ. Было трудно со всем справиться.

Она услышала отзвук сдержанности в его голосе, пока он пытался подавить свой шок и злость.

- У меня всё было распланировано; как я собирался раздобыть денег и найти тебя. - Тон его голоса повышался с каждой фразой. Он покачал головой, - Я говорил тебе, что ты единственный человек в этом мире, который мог держать меня в тонусе. Я и подумать не мог, что ты доберёшься до счетов раньше меня. Я был ошарашен! Когда я увидел подпись Мэри Роулз, интуиция подсказала мне, что что-то не так! Я всё ещё не был уверен, пока не позвонил на тот номер…

Он выдохнул и подождал. Наконец, он взял её ручки, обхватил их своими и обуздал свой нрав: - Я даже не был уверен, что это ты. Я не мог понять, каким образом, ты смогла получить доступ – а потом, когда я услышал твой голос...

Вспышка злости растаяла в печали, которой Клэр не смогла дать определение. Она никогда не слышала столько боли в его голосе. Всем сердцем ей хотелось сделать его мир лучше; однако, она не смогла бы забрать у него это чувство предательства – сначала с её стороны, а потом и со стороны Кэтрин. Ему нужно было высказать всё, о чём он думал. Слёзы заполнили её глаза, но Клэр не отводила взгляда. Даже с болью, которую она видела, его чёрные глаза делали её мир целостным.

Он продолжил:

- И дело не в том, что я не хотел тебе верить, но поверить тебе - значило признать, что Кэтрин обманула...

Его голова склонилась к коленям Клэр.

Когда он не заговорил, Клэр провела пальцами по его волосам и подождала.

Подавив эмоции, Тони поднял голову и снова посмотрел ей в глаза. Чернота раскаяния соответствовала тоске, которую она слышала в тоне.

- Я подверг тебя опасности, - произнёс Тони. - С тех пор, как Роуч объяснил мне всё, я мог думать только об этом. Я забрал тебя из Калифорнии и поместил в самое худшее место, которое можно было придумать. Скажи мне, что понимала, что я не знал! Я никогда в жизни – никогда даже мысли не допускал – что она способна причинить вред тебе или мне… - Он прикоснулся к животу Клэр и погладил его, заставив Клэр улыбнуться, - Или нашему ребёнку.

Ребёнок толкнул руку Тони, и глаза Тони открылись шире:

- Неужели я только что это почувствовал?

Клэр кивнула.

- Удивительно!

На мгновение их волнение и радость затмили тень, вызванную именем Кэтрин.

Несмотря на покрасневшие глаза и залитые слезами щёки, Клэр хихикнула: - Я молилась, чтобы ты успел почувствовать, как наша кроха двигается и пинается. Думаю, у нас растёт футболист.

Тони сел прямее и наклонил голову. Когда их носы соприкоснулись, он сказал:

- Пусть так и будет!

Нежно вытирая её щеки тыльной стороной ладони, Тони провёл губами по её губам.

- Мы оба совершали ошибки, слишком много, чтобы сосчитать, но эта маленькая жизнь у тебя внутри – не ошибка. Он или она не Роулз и не Николс. Этот ребёнок Роулингс! Я много достиг в жизни, но в сравнении с этой маленькой жизнью, всё бледнеет. Вне всякого сомнения, этот ребёнок моё, нет, наше самое великое достижение. Я не заслуживаю, чтобы ты или этот невинный ребёнок были в моей жизни. Спасибо, что смогла уберечь себя и малыша. Роуч рассказал, какой напуганной ты была. Если бы только я был дома…

Клэр прервала его:

- Нет, Тони. Неужели ты не видишь? Всё было спланировано таким образом, чтобы тебя не было дома. Никого из нас не нужно винить за то, что произошло.

Его кивок заставил качнуться и её голову. Его слова вышли едва различимым шёпотом:

- Именно за это…

Пальцы Клэр коснулись его губ:

- Остановись, пожалуйста. Я знаю, что нам о многом нужно поговорить. У нас у обоих есть вопросы, и, я надеюсь, что найдутся и ответы, но прямо сейчас и сегодня, не могли бы мы просто посвятить время только нам?

Тони поцеловал кончики её пальцев, которые только минуту назад заглушили его слова.

- Ты права. Кроме того, нас ждут Мадлен и Френсис.

Клэр встала, однако Тони отказался выпускать её руку из своей. Встав ближе, он посмотрел на неё с высоты своего роста и произнёс:

- Мне нужно знать одну вещь.

Подняв глаза, Клэр увидела потребность в его тёмном взгляде, и её сердцебиение ускорилось:

- Что? Что тебе нужно знать?

- Это изменило наши отношения? Я имею в виду, мы всё ещё помолвлены?

Клэр усмехнулась:

- Нам определённо о многом нужно поговорить; несмотря на это, если малышу суждено быть Роулингсом, а не Николс, я полагаю, у нас в запасе несколько месяцев, чтобы привести нас к браку. - Её глаза сверкнули. Она сделала паузу, - Если это именно то, чего ты всё ещё хочешь?

- То есть, тот факт, что я был мудаком и бросил трубку, не заставил тебя передумать?

- Понимаешь, я привыкла к тому, что ты мудак. А вот факт, что ты признаёшь это, — это что-то новое, и эта та самая причина, по которой я не поменяла своего решения.

Тони притянул Клэр ближе и обнял.

- Итак, как насчёт того, чтобы я поработал над тем, чтобы не быть мудаком, а ты — чтобы приструнить свой дерзкий язычок?

Клэр встала на носочки и поцеловала его в шею. Знакомое рычание зазвенело у неё в ушах подобно музыке.

- У меня создалось впечатление, что тебе нравится мой язычок.

Его губы захватили её в поцелуе. Без колебания она ответила ему с тем же неистовством. Когда сила поцелуя ослабла, их взгляды встретились, его глаза сверкнули, и он ответил: - О, да, без сомнения. Я люблю твой язычок, твои глаза, твою шею и каждую часть твоего тела; однако, некоторые вещи, которые ты творишь своим чудесным ртом, мне нравятся больше, чем другие.

- В самом деле? - подразнила она, прихватив губами кожу на его шее.

Тони схватил её за плечи.

- Ты планируешь вернуться к ужину? Я спрашиваю потому, что, если ты не остановишься, этого не произойдёт.

Клэр улыбнулась. Это было правдой; им многое нужно обсудить и многое выяснить; тем не менее, она чувствовала себя полной надежды. В эту самую минуту она понимала, что ужин мог и не состояться. Если бы она продолжила дразнить, тогда они могли быть голыми и в кровати через секунду; но, всё-таки, ей нужна еда. Где-то на задворках сознания она услышала его совет:

- Думаю, тебе стоит поесть. Тебе нужны силы.

Улыбнувшись, она ответила:

- Я хочу на ужин, и нас, наверное, ждут.

Указав в направлении одной из дверей, Клэр сказала:

- Ванная там. Я умоюсь. Боюсь, зарёванная, я выгляжу не очень.

- Ты, моя дорогая, ни при каких обстоятельствах не можешь выглядеть не очень. Ты ослепительная!

- Что, правда?

Клэр многозначительно улыбнулась Тони.

- Дай мне минутку. - Она поцеловала его в щёку. - После ужина мы вернёмся сюда, и ты сможешь напомнить мне, какие из действий моего языка тебе нравились больше всего.

И снова он притянул её ближе для еще одного объятия.

- Это свидание. Я действительно надеюсь, что Мадлен не приготовила двенадцать блюд.

Как только Клэр была готова, Тони зашел в ванную, а Клэр заглянула в шкаф. Она нашла коробку, оставленную пару дней назад, ту самую, в которой были сотовые телефоны, и поставила её на пол. Встав на колени, она заглянула внутрь. На дне лежала её длинная золотая цепочка с обручальным кольцом. Ещё несколько дней назад, она держала его поближе к сердцу. После разговора с Тони она приняла решение, что у неё больше нет причин его носить. Не без сожаления она запрятала его в контейнер.

Теперь всё изменилось. Клэр сняла кольцо с цепочки и надела на безымянный палец левой руки. Ощутив его присутствие, Клэр выдохнула и подняла глаза. В дверном проёме стоял Тони, его тёмные глаза следили за Клэр. По хаотично вздымающейся груди под рубашкой она поняла, что он всё видел.