Итак, нужно со всем тщанием хранить и соблюдать все, чтобы сообщать это и другим, - потому что от нас требуется приращение и этого серебра. Будем же внимательно принимать его, чтобы мы могли сообщать это серебро и другим, - потому что каждый, если захочет, имеет возможность учить. Ты не можешь назидать столь великую церковь; но можешь вразумить свою жену. Ты не можешь беседовать с таким множеством людей; но можешь научить своего сына. Ты не можешь предлагать слова учения такому народу; но можешь исправить своего раба. Такое собрание учеников не превышает и твоих сил; такая мера учения не превосходит твоего разумения; но вы еще удобнее, нежели мы, можете исправлять всех их. Я беседую с вами однажды или иногда дважды в неделю; а ты постоянно в своем доме имеешь учеников: жену, детей, рабов - и вечером, и за трапезою, и во весь день можешь исправлять их. Кроме того, такое врачевание бывает и удобнее. Я, беседуя среди такого множества людей, не знаю, какая тревожит вас душевная страсть; поэтому и бываю принужден в каждом поучении предлагать все врачества; а вам нет нужды поступать так, но с меньшим трудом вам можно произвести большее исправление; вы хорошо знаете грехи живущих вместе с вами, и потому можете произвести скорейшее исцеление.

3. Итак, возлюбленные, не будем нерадеть о живущих вместе с нами, потому что величайшее наказание и невыразимое мучение предстоит тем, которые нерадят о своих домашних. "Если же кто", говорит апостол, "о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного" (1Тим.5:8). Видишь ли, как Павел поражает тех, которые нерадят о своих домашних? И весьма справедливо, потому что кто нерадит о своих, тот будет ли заботиться о чужих? Знаю, что я часто внушал вам это; но никогда не перестану повторять это внушение, хотя я сам уже не подлежу ответственности за беспечность других. "Посему надлежало тебе" сказал Господь, "отдать серебро мое торгующим" и больше ничего не требовал. Я же отдал серебро, и потому не подлежу никакой ответственности; но хотя я невинен и свободен от наказания в этом отношении, однако, как будто виновный и подлежащий наказанию, страшусь и трепещу за ваше спасение.

Итак, пусть никто не слушает духовных бесед без внимания и с нерадением. Я не без причины и не напрасно делаю длинные вступления, но для того, чтобы сказанное лучше удерживалось в вашей памяти, чтобы вы не уходили домой, произведши только шум и рукоплескания тщетно и напрасно, потому что я не забочусь о ваших похвалах, но пекусь о вашем спасении. Подвизающиеся на зрелище, в награду за это, получают похвалу от народа; а мы не для этого выходим сюда, но для того, чтобы получить назначенную за это награду от Господа. Для того мы постоянно и внушаем вам это, чтобы сказанное проникло до глубины души вашей. Как из растений те, которые пустили корни в глубину, не колеблются от порывов ветра, так и мысли, чем глубже лежат в душе, тем труднее колеблются от влияния обстоятельств. Скажи мне, возлюбленный: если бы ты увидел своего сына томящимся от голода, то оставил ли бы его без внимания и не перенес ли бы все, чтобы утолить его голод? Если же ты не оставил бы без внимания того, кто алчет хлеба, то неужели можешь пренебрегать тем, кто томится голодом божественного учения? Как мог бы ты тогда достойно называться отцом? Этот голод тем тяжелее того, чем важнейшею оканчивается смертью, почему здесь нужно употреблять и больше старания. "Воспитывайте", говорит апостол, "их (детей) в учении и наставлении Господнем" (Еф.6:4). Вот самая лучшая забота отцов; вот истинное попечение родителей; там я признаю естественное родство, где оказывают большее попечение о духовном. Впрочем, довольно сказано для вступления; теперь нужно и уплатить долг. Для того я и вел большую и длинную речь об этом, чтобы вы приняли предлагаемое со всем тщанием. Какой же тот долг, которым мы прежде остались должными? Может быть, вы забыли об этом? В таком случае нам нужно напомнить вам и наперед прочитать расписку, по которой мы прежде сделали уплату, и сказать, что было уплачено, чтобы из уплаченного видеть, что еще остается уплатить. Что же уплачено прежде? Тогда я сказал, кто писатель книги Деяний, кто сочинитель этого слова, или лучше, не сочинитель этого слова, а служитель, потому что не сам он произвел сказанное, но он послужил сказанному. Сказал я и о самих Деяниях, и что значит название Деяний; сказал и об имени апостолов; теперь нужно сказать, почему отцы наши установили читать книгу Деяний в Пятидесятницу. Вы, может быть, помните, что мы тогда обещали сказать и об этом. Не напрасно, в самом деле, и не без причины отцы назначили нам это время, но сделали так по некоторой мудрой причине; не для того, чтобы подчинить нашу свободу необходимости, но чтобы, снисходя к скудости немощных, возвести их к богатству познания. А что они действительно для этого соблюдали времена, не себя самих подчиняя необходимости соблюдения, но, стараясь снизойти к немощным, послушай что говорит Павел: "наблюдаете дни, месяцы, времена и годы. Боюсь за вас, не напрасно ли я трудился у вас" (Гал.4:10,11). А ты сам разве не соблюдал дней, времен и годов? Что же? Если мы видим, что тот, кто запрещает соблюдать дни, месяцы, времена и годы, сам соблюдал их, что скажем мы, отвечай мне? То ли, что он противоречит сам себе и опровергает сам себя? Да не будет; но то, что он, желая исправить слабость соблюдающих времена, сам снисходит к ним таким соблюдением. Так поступают и врачи: пищу, подаваемую больным, они сами отведывают прежде, не потому, чтобы сами нуждались в этой пище, но стараясь исцелить немощь их. Так поступал и Павел: не имея никакой нужды в соблюдении времен, он соблюдал времена, чтобы соблюдающих избавить от немощи этого соблюдения. Когда же Павел соблюдал времена? Слушайте со вниманием, увещеваю вас. "В следующий день", говорится в Писании, "прибыли в Милит, ибо Павлу рассудилось миновать Ефес, чтобы не замедлить ему в Асии; потому что он поспешал, если можно, в день Пятидесятницы быть в Иерусалиме" (Деян.20:15,16).

Видишь ли, как тот, который говорит: "для чего наблюдаете дни, месяцы, времена и годы?" (Гал.4:9-10) сам соблюдал день Пятидесятницы?

4. И не только день он соблюдал, но и место, потому что он спешил не только прибыть ко дню Пятидесятницы, но и провести его в Иерусалиме. Что делаешь ты, блаженный Павел? Иерусалим разрушен, святое святых опустошено по определению Божию, прежние учреждения прекратились, сам ты взываешь к Галатам: вы надеющиеся оправдаться "законом, отпали от благодати" (Гал.5:4); для чего же ты опять ведешь нас в рабство закону? Не маловажное дело узнать, не противоречит ли Павел сам себе. И не дни только соблюдал Павел, но соблюдал и другие заповеди закона; а между тем он взывает к Галатам: "Вот, я, Павел, говорю вам: если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа" (Гал.5:2).

Так, тот самый Павел, который говорит: "если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа", сам обрезал, как известно, Тимофея. Нашел, говорится в Писании, Павел в Листрах некоторого юношу, "которого мать была Иудеянка уверовавшая, а отец Еллин, и обрезал его", потому что не хотел посылать необрезанного учителем (Деян.16:1-3). Что делаешь ты, блаженный Павел? Словом уничтожаешь обрезание, а делом снова поддерживаешь его? Не поддерживаю, говорит он, но уничтожаю его делами. Тимофей был сын жены иудейской верной, а отцом имел эллина, из рода необрезанных. Но так как Павел намеревался послать его учителем к иудеям, то не хотел посылать его необрезанным, чтобы с самого начала не заградить дверей учению. Таким образом, пролагая путь к уничтожению обрезания и открывая путь учению Тимофея, он совершил над ним обрезание, чтобы уничтожить обрезание. Поэтому он и говорит: "для Иудеев я был как Иудей" (1Кор.9:20). Не для того Павел сказал это, чтобы быть иудеем, а чтобы убедить остававшихся иудеями не быть больше иудеями. Потому он и обрезал Тимофея, чтобы уничтожить обрезание. Итак, обрезанием он воспользовался против обрезания. И Тимофей принял обрезание для того, чтобы он мог быть принят иудеями, и чтобы, пришедши мало-помалу отклонить их от соблюдения обрезания. Видишь ли, для чего Павел соблюдал и пятидесятницу и обрезание? Хотите ли, я покажу вам, как он соблюдал и другие постановления закона? Слушайте внимательно. Пришел он некогда в Иерусалим, и апостолы, увидев его, сказали ему: "видишь брат" Павел, "сколько тысяч уверовавших Иудеев" сошедшихся: "и все они ревнители закона. А о тебе наслышались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям. Итак что же? Сделай же, что мы скажем тебе: есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет. Взяв их, очистись с ними, и возьми на себя издержки на жертву за них, чтобы остригли себе голову, и узнают все, что слышанное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь соблюдать закон" (Деян.21:20-24). Видите ли удивительное снисхождение? Он соблюдает времена, чтобы уничтожить соблюдете времен; совершает обрезание, чтобы прекратить обрезание; приносит жертву, чтобы уничтожить жертвоприношение. А что действительно для этого он так поступал, послушай его самого: "для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести" (1Кор. 9:20,19). А поступал так Павел, подражая своему Господу. Как Тот, "будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба" (Флп.2:6,7); так и этот быв свободен от всех, поработил себя всем, чтобы приобрести всех. Господь, принявши наше естество, сделался рабом, чтобы рабов сделать свободными: "наклонил Он небеса и сошел" (Пс. 17:10), чтобы пребывающих долу возвести на небо. "Наклонил небеса"; не сказано: оставил небеса и сошел, но "наклонил", чтобы для тебя сделать более легким восход на небеса. Ему по возможности подражал и Павел, почему и говорил: "подражайте мне, как я Христу" (1Кор.4:16). А как ты, блаженный Павел, сделался подражателем Христу? Как? Так, что я ни в чем не ищу своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись, и "будучи свободен от всех, я всем поработил себя". Подлинно, нет ничего лучше этого порабощения, потому что оно доставляет свободу другим. Павел был духовный рыбарь: "Я сделаю вас", сказал Господь, "ловцами человеков" (Мф.4:19), потому он и поступал так. И рыболовы, увидев, что рыба хватается за уду, не тотчас вытаскивают ее, но, ослабив, отпускают ее на некоторое расстояние, ожидая, пока крюк хорошо вонзится, чтобы таким образом вернее вытащить добычу; так поступали тогда и апостолы: они закидывали словесную уду учения в душу иудеев; эти напрасно противодействовали, держась обрезания, праздников, соблюдения времен, жертвоприношений, стрижений и прочего тому подобного; апостолы всюду следовали за ними и не отступали. Ты, говорит, требуешь обрезания, я не противлюсь, но последую тебе; ты хочешь жертвоприношения, я приношу жертву; ты желаешь, чтобы я, оставивши твой образ жизни, остригся, я готов исполнить это требование; ты повелеваешь мне соблюдать Пятидесятницу, и в этом я не противоречу; куда бы ты ни повел меня, я следую и уступаю, ожидая, пока уда слова углубится в тебя так, чтобы вернее можно было отвлечь весь народ ваш от древнего служения и образа жизни; для этого я и пришел из Ефеса в Иерусалим. Видишь ли, сколько Павел уступал в словесной ловле рыб? Видишь ли, как апостолы соблюдали времена, соглашались на обрезание, и участвовали в жертвоприношениях не для того, чтобы возвратиться к древнему образу жизни, но чтобы привязанных к образам привести к истине? Сидящий на высоте, если постоянно будет оставаться на высоте, то никогда не может поднять лежащего внизу; но должно наперед тому спуститься, чтобы потом возвысился этот. Поэтому и апостолы нисходили с высоты евангельского образа жизни, чтобы возвести иудеев от низости иудейского образа жизни на эту высоту.