Сергей искал работу. Поначалу он еще пытался сравнивать и отбирать себе вакансию получше, коими были увешаны работные доски родовых домов. Через две недели безуспешных попыток найти хоть какую-то работу, после очередного отказа, он даже приуныл.

 - Спасибо, вы нам не годны!

 -Но почему, вы можете сказать? Я уже обошел с десяток мест и ни в одном меня не приняли на работу. Даже при наличии ваканций! - юноша даже разозлился.

 Мужчина на это только скупо улыбнулся:

 - Весьма сожалею, молодой человек, но увы. В наши правила, знаете ли, не входит принятие на рабочие места пришлых людей. Со стороны. Будь вы родовитым, по рекомендации иль по поручительству кого-то из рода, вы нам подошли бы. А так, юноша...сожалею. Ничем не могу помочь. Дам совет. Если за вами никого, возвращайтесь туда, откуда прибыли.

 Эйлетским (майским) вечером, сидя в одиночестве в темноте акведука на набережной водоотводного канала на окраине города, куда я в последнее время приходил ночевать, слушал шум плескающейся воды с перестуком колес периодически грохочущих паровозов и вагонов. Сюда я часто приходил в последнее время. Здесь, у воды, воздух был значительно чище, чем в центре города, и можно было сносно дышать. Я, запивая вытащенный из сидора свежий хлеб молоком, размышлял о дальнейшем. Здесь мне никто не мешал. Ни нищие, ни борзые мальчики и парни, коих хватало на нижних уровнях, готовых с легкостью отобрать еду и самое ценное у слабого прохожего. Не раз в процессе поиска работы за эти две недели приходилось отбиваться. Хорошо хоть, знание приемов самообороны часто позволяло выходить из схваток победителем. Ну или хотя отбиться и успеть сбежать самому, пока противники не очухались. Пару раз после уличных драк пришлось штопать недавно купленные вещи, мысленно говоря спасибо маминой науке. Пришлось и свой парострел вынимать. Умник один был. Перемотанным веревкой парострелом угрожал. На испуг брал. И похоже неисправным. Когда я достал свой, тот утек. Только подметки сверкали. Грабитель, блин.

 Заходил в редакцию газет "Имперский паромотор" и 'Салонъ'. По странному обстоятельству редакции обоих газет находились в одном доме, в одном подъезде и даже на одном этаже, только в разных помещениях. На просьбу позвать Олега Бойко, в одной редакции сообщили, что он в отпуске, а в другой, что он недавно направлен в командировку по окружающим столицу земствам, сопровождая представительную комиссию обер-полицмейстера Нового Петерсборга. Ч-черт, что за невезуха?!

 Деньги в кармане заканчивались, оставалось лишь несколько рублей. В первые дни, при наличии денег в кармане, я весьма опрометчиво позволял себе номер в доходном доме, с завтраком и ужином в трактире. Рассчитывая вот-вот вскоре устроиться на работу и как-то перекантоваться до первой получки. Такой план оказался ошибкой. Работы все не было, а наличные деньги заканчивались. И в последние пару дней для экономии денег он ночевал здесь же, под акведуком. Хоть и укрывался теплей, но по ночам на улице было еще холодно. Иногда мелькали мысли, может и вправду вернуться обратно в Старо-Петерсборг. Сдамся, чего уж там.

 К набережной канала подъехали два паромобиля. Дорогой и несколько изящный, явно представительский и здоровый, грубый и массивный, явно охраны. Я усмехнулся. Как ТАМ. Крузер с охраной позади мерседеса. Открылись двери. Издалека было видно, как из салона охраны вытащили какого-то мужчину в дорогом костюме и сбросили его по наклонной отмостке водоотводного канала. После в воду зашвырнули нечто маленькое. Оно плюхнулось в воду и сразу утопло. Тело мужчины скатилось вниз, не до конца, лишь частью туловища частично погрузившись в воду. Охранник, крепкий амбал, полез к нему по наклонной, в желании спихнуть тело дальше.

 -Оставь. Без магоамулета все равно скоро сдохнет.

 Визитеры сели обратно и через несколько секунд паромобили почихали дальше, скрывшись из виду. Убедившись, что гости точно уехали, Сергей быстро побежал из укрытия к сброшенному в канал мужчине. Дорогой костюм был порван, а сам мужчина избит. Вытащив тело из воды и убедившись, что мужчина еще дышит, я потащил его под акведук.

 -Интересно, за что они его так?

 Мужчина открыл глаза и хрипло произнес:

 - Оставь меня! Ты мне не ничем подсобишь. Без амулета я подохну через час. Видишь, выдули меня почти что. Подняться не смогу. Можно б и за помощью, но ...все равно мне конец придет. Не поспеешь. Камень нужен.

 - Какой еще камень?!

 - Любой! - хрипло ответил мужчина - Альмандин, агат, кха, гиацинт, горный хрусталь! Любой сил даст. Не вылечит сразу, кха, но восстановит быстрее. С недельку -другую полежал бы...и отомстил...и-эх, кха-кха...мечты идиота! Суки! - он гневно обратился к кому-то -Надо ж такое удумать! Кха...Пред-датели! Супротив пошли! ...Малый, прошу, оставь меня...

 Пришлось взяться за сидор и вытащить из него одну трубку с насаженным на нее красным камнем. Поднес камень к лицу мужчины:

 - Такой камень пойдет?

 - Ух, кха-кха...-покраснел и закашлялся мужчина - кха, отколева...у тебя, кха, да, кха, гранат, малый, кха, пойдет! Приложи просто, кха, к телу. И кха, нужно отлежа... в этот момент захрипевший мужчина отключился.

 Испугавшись того, что собеседник вот-вот тут же и помрет, юноша судорожно снял камень с креплений бреарлевской трубки и быстро положил его на лоб мужчины. Сергею показалось, что камень даже немного засветился. Он перетащил мужчину к своей импровизированной спальне. Скатал валик из своей одежды под голову мужчины, накрыл его найденным недавно куском парусины и улегся сам. Ночью мужчина пару раз просыпался, прося пить и нервно ворочал головой, сбрасывая с себя гранат. Сергей, сам просыпаясь от стона, заботливо поправлял камень и давал напиться холодным молоком.

 Утром, проснувшись, Сергей растер глаза. Мужчина был еще бледен, но состояние было значительно лучше. Он не спал и лежа неподвижно, рассматривал парня.

 -Никогда не думал, что буду почивать под мостом на набережной. Впрочем, вчерашнего я тоже не думал. Давай знакомиться! Отяев Василий Палыч.

 Уязвленный словами мужчины, Сергей обиженно пробурчал:

 -Ну нет у меня денег на номер, Василий Палыч. В кармане последние три целковых. Сергеем зовут. Сергей Конов.

 -Не нужно, Сергей! Я уж понял. Не в моем состоянии оскорбляться и выбирать. Но лежать с камнем мне долго. Надо, молодой человек, выбираться отсель. Посмотри, в кармане сюртука у меня должны быть деньги...

 Вскоре к акведуку подъехала пролетка, с которой соскочил Сергей. Василий Павлович обрадовался тому факту, что парень, взяв деньги, не бросил его. Юноша даже оскорбился от такой мысли. Совсем того, что-ли?! Возница помог погрузить в пролетку обездвиженное тело мужчины. По совету Василия Павловича возница отвез их в один из домов на окраине.

 - Полюбовница у меня тут. Нельзя мне сейчас домой, шум еще поднимется. Добьют. И тебя заодно погубят.

 Подъехав к дому любовницы, возница вызвал из дома молодую хозяйку. Услышав кто приехал, та заревела и кинулась в пролетку, ухватив и вжавшись в неподвижного мужчину и осыпая того поцелуями:

 -Ну полно ж тебе, милая! Живой пока. Помирать не собираюсь.

 Целую неделю я был на харчах в доме любовницы Отяева. Один момент хотел было откланяться, мол пора и честь знать, чему любовница была явно рада и даже, не сдержавшись, проговорилась, но Василий Павлович ей и ему запретил даже думать об этом.

 -Цыть, дура! Софья, не смей мне! Я ж ему жистью обязан, а ты...

 Мужчине явно становилось лучше, появлялась подвижность в теле. Он уже мог двигать конечностями в постели, но ходить еще не мог. Естественно, гранат был с ним. Дождавшись, когда его полюбовница уйдет по бабским делам, чтобы не было посторонних ушей, Василий Павлович призвал меня к себе и принялся вести сокровенный разговор:

 - Сереж, коль мы одни, ничего не хочешь поведать, а? Кто ты, что ты, откуда? Как тут оказался? И где же я тебя видел?

 Я смутился, а мужчина тем временем продолжал: