В этот момент будто переключили предохранитель, и я почувствовала смелость сделать всё. Дёрнула ремень его штанов и бросила туда же, куда полетел галстук. Быть такой смелой — ненормально для меня, но мне это нравилось, и Зейн заставлял меня чувствовать себя сильной, словно я могла сделать всё.

Я скользнула штанами по его мускулистым ногам, и он вышел из них. Я повернулась за презервативом на прикроватном столике, но, когда развернулась назад, он уже снял с себя боксеры.

— Уже не терпится? — промурлыкала я.

Ого. Что, чёрт возьми, в меня вселилось?

Сердце бешено мчалось, когда я толкнула его на кровать. Он наблюдал, пока я разрывала пакетик и раскатывала презерватив по его длине. Я оседлала его бёдра и устроилась на нём. Моё тело задрожало в ответ, когда я опустилась на его член. Песня Stainеd «Tangled Up In You» заполнила комнату и помогла мне выбрать ритм. Я раскачивала бёдрами, поглощая эйфорический кайф, под которым находилась, и под слова песни «забери мою боль» я переключила внимание на песню. Зейн забирал мою боль, исцелял меня, даже не зная этого.

Я была сверху на нём, полностью голая, и впервые мне не было некомфортно. Ни одно плохое воспоминание не проникло в мои мысли. Ни одного преследования из моего прошлого. Я была полностью раскрытой, и Зейн всё равно заставлял меня чувствовать себя уютно. Мне больше не нужно было прятать своё тело от него. Грудь сжималась от откровения, и слёзы наполняли глаза.

Зейн застонал и ухватился за мои бока, притягивая крепче к себе и приподнимая мои бёдра для каждого толчка. Я развратно застонала, закрыла глаза, откинула голову назад и продолжила чувствовать его под собой. Моё сердце было настолько наполнено, что я думала, оно разорвётся в груди. Ничего в мире больше не значило, кроме него.

Слияние с Зейном физически было опьяняющим. Дело не только в сексе с ним. Когда мы вместе, ощущение такое, словно наши души переплетались воедино, а его прикосновение воспламеняло меня каждый божий раз.

Я упала на него, с трудом дыша. Голова покоилась на его груди, а сердце выбивало бешеный ритм под моей щекой. Никто низ нас ничего не говорил. Нам и не нужно было. Наши отношения сдвинулись, и мы оба знали это. Всё обретало серьёзность.

Я скатилась с него и устроилась под рукой рядышком.

Наконец-то я решила прервать молчание.

— Спасибо за сегодняшний день. И за последние несколько месяцев вообще-то, — я приподнялась, чтобы посмотреть на него. Синие глаза под прикрытыми веками сверлили меня взглядом. — Могу сказать, что ты на самом деле пытался открыться мне, и я знаю, что это было нелегко.

Зейн смотрел на меня сквозь тяжёлые ресницы, а затем повернулся ко мне лицом. Смятение показалось на его лице, он разомкнул губы, когда коснулся моей щеки ладонью.

— Что ты делаешь со мной, светлячок? — глядя на искренность в синих глазах, я не заметила его слёзы. Это была та сторона Зейна, которую я видела не часто. — Нет, это было не легко, но ты того стоишь. — Он наклонился ближе и обрушил свои губы на меня.

Зейн отстранился на мгновение, словно хотел сказать что-то ещё, но прежде, чем заговорил, он должен был узнать, что чувствовала.

Я коснулась рукой его груди и сделала глубокий вдох.

— Зейн, я начинаю влюбляться… сильно. Я пыталась уважать твоё решение не торопиться, и сделала это, но мои чувства растут сильнее с каждым днём. — Я хотела большего с Зейном. Но три слова, которые я так жаждала услышать, ещё не были произнесены.

— Я испытываю очень сильную лю... симпатию к тебе, — заикнулась я, не желая выставить себя идиоткой.

Он моргнул.

— Ну, а я нет, Чесни, — ответил он, от чего я замерла, не уверенная, как реагировать.

Зейн перекатился на меня. Сердце в его груди гулко билось, и пульс мчался под кожей на шее. Капельки пота скатились со лба, и он слегка задрожал.

Зейн нервно прочистил горло, и продолжил:

— Я не испытываю просто глубокую симпатию к тебе… Я люблю тебя, и устал бороться с этим. — Он провёл пальцем по моим волосам. — Я влюблён в тебя, Чесни Уорд. Я честно не думал, что это когда-либо случится со мной снова. Вообще когда-либо, — он сделал секундную паузу и провёл большим пальцем по моей щеке. Зейн выглядел таким ранимым и напуганным.

Я лежала под ним в шоке. Желудок переворачивало от ожидания.

Это был сон? Или он правда только что сказал, что любит меня?

Прежде, чем я смогла ответить, он поцеловал меня. Так много эмоций и мыслей забегало по моему телу и в голове.

Что, если его снова перебросят по службе?

Что, если Микайла или другая женщина вернётся в его жизнь?

Что, если ему станет скучно со мной?

Могла ли я доверять ему в том, что он не разобьёт моё сердце?

Готова ли я была на самом деле открыться перед ним полностью?

И мой наибольший страх — что, если он сказал сейчас эти слова только потому, что я хотела их услышать?

Я ждала, что Зейн признается мне в любви, и теперь, когда он это сделал, я не была уверена, что чувствовать по этому поводу.

После его большого признания он не упомянул тот факт, что я ничего не сказала в ответ. Я хотела, правда, хотела, но слова не выходили. Пока мы лежали там, Зейн посмотрел мне в глаза и улыбнулся. Только в этот раз улыбка была другая. Впервые с тех пор, как мы встретились, эта улыбка коснулась глаз.

Я вдохнула с опаской, но в сердце знала, что тоже любила его, и решила сказать ему об этом.

— Зейн, я…

Зазвонил его телефон, прервав меня, и Зейн быстро схватил его с прикроватного столика. Он выбрался из кровати, натянул чёрные шорты и вышел из комнаты, чтобы ответить на звонок. Я села у кожаного изголовья кровати и притянула простыни к груди, пытаясь решить, что я скажу ему, когда он вернётся, поскольку момент был разрушен.

Его высокая тёмная фигура заполнила дверной проём, когда он положил трубку.

— Чесни, мне так жаль, детка, но мне нужно съездить на работу. — Он прищурил глаза. Зейн, знал, что сейчас совсем не подходящее время, но у него не было выбора. Ему нужно было идти. — Я высажу тебя у твоего общежития по пути.

Я утешительно улыбнулась.

— Всё в порядке. Я понимаю.

Он обхватил мою голову руками и поцеловали в лоб.

— Я правда ненавижу это, — ответил он, прижимаясь своим лбом к моему.

— Я знаю, но ничего не поделаешь, так ведь?

Зейн нахмурился и вздохнул.

— Так.

Оставив на моих губах быстрый поцелуй, он ушёл в ванную. Я взяла сумку со столика и натянула короткие штаны и бледно-розовую майку.

Одевшись, я вошла в ванную, и нашла Зейна в штанах его униформы и рубашке. Подкравшись сзади, я медленно обняла его талию руками, нежно проводя по груди и рёбрам. Я принялась оставлять маленькие поцелуйчики на его спине, и его мышцы напряглись от предвкушения.

— Чесни, — прорычал он.

— Что? — спросила я невинно. Ладно, может у меня были другие планы.

— Ты знаешь, что, — ответил он, развернувшись. На его лице плясала игривость.

— Прости, не могу сдержаться, — я надула губы, хлопая ресницами при взгляде на него.

Он развернул меня так, что теперь я упиралась в раковину спиной и поднял меня на столешницу. Разместившись между моими ногами и обхватив моё лицо обеими руками, Зейн поцеловал с той настойчивостью, которую я любила больше всего. Стягивая майку через голову, он бросил её на пол и начал исследовать моё тело ртом.

— Зейн, сейчас же верни мою одежду на место! — сказала я, от чего он замер.

— Серьёзно?

— Нет, не серьёзно. Просто шучу. Продолжай, — хихикнула я, когда он приподнял меня со столешницы и сдёрнул с меня штаны.

— Чесни Уорд, ты меня убиваешь, — прорычал он, входя в меня просто там, на краю столешницы в ванной.

Зейн высадил меня у моего общежития за рекордное время. По какой бы причине его не вызвали, ему нужно было быть на месте в течении часа.