Подняв ноги на откидную часть кузова, я проехала задницей подальше, сколько смогла, утаскивая Зейна за собой. Он опустил меня и навис сверху, подперев свой вес локтем, обнимая второй рукой за талию и притягивая меня ближе.

Не прекращая целовать, он закинул мою ногу на себя. Его рука скользнула вверх по моему бедру, задирая шёлковую ткань платья. Голод наполнял моё тело. Мне нужно было больше. Прикосновение его тёплых рук к моей прохладной коже послало ещё один взрыв ощущений прямиком к моему центру. Я содрогнулась в ответ, и Зейн издал стон, который вибрацией срикошетил от моих губ.

Я стала нервно возиться с его ремнём, пока мои руки дрожали, когда я вытягивала его из петли, и быстро спустила штаны по его бёдрам. Мне нужно было снова его почувствовать. Почувствовать былую связь с ним на том уровне, который пробуждал во мне больше силы, чем когда-либо. Нужно было почувствовать себя свободной, целостной, и снова взять под контроль свою жизнь.

Зейн перекатился на меня и принялся оставлять горячие, несдержанные поцелуи, начиная с челюсти, продолжая на шее и спускаясь к груди. Он приподнял меня достаточно, чтобы снять с меня свитер и стянуть шлейки платья по плечам. Я откинулась на дно пикапа, выгнула спину и застонала, когда он исследовал моё тело ртом.

Зейн застонал в ответ, когда я приподняла бёдра, чтобы потереться об него.

Он посмотрел на меня в поисках одобрения, но я не могла ответить словами. Жар в моём взгляде дал ему согласие, которое он искал. Я обняла его талию ногами, и Зейн вошёл в меня одним беспрепятственным движением, наполняя меня, заставляя корчиться и стонать в ответ. В его глазах царил пронзительный взгляд, и в них я узнала прежний огонь.

Зейн был пропавшим кусочком моего сердца, и вновь быть с ним укрепляло веру в это.

Впервые за годы я не переживала ни о чём и ни о ком больше. Моё тело, разум и душа стали одним единым с его, и я почувствовала всё, что и он — любовь, желание, страсть, и сильнейшую потребность быть ближе, чем прежде. Этот момент, в открытом кузове грузовика, значил многое для нас обоих.

Зейн упал на меня, мы оба еле справлялись с дыханием, и радовались тому, что произошло. Его голая кожа напротив моей, ощущение, смешанное с прохладным горным воздухом, заставило меня содрогнуться. Момент был подобен эйфории — нечто, чего я снова и снова жаждала годами.

Зейн потянулся вверх, схватил ближайший плед и накинул на нас. Он нервно хохотнул и посмотрел мне в глаза.

— Я люблю тебя, Чесни, — выпалил он, застигая меня врасплох. — Чёрт возьми, я до сих пор влюблён в тебя. Так сильно, что от этого больно. Я даже не знаю, как справиться с этим сейчас. Я хочу, чтобы ты сказала, что для нас ещё не поздно, — он закрыл глаза и вздохнул. Я знала, что ему нелегко дались эти слова.

Я моргнула, глядя на него. Моё горло сжалось от эмоций, так что с трудом сглотнула, пытаясь переварить то, что он только что сказал.

Зейн продолжал.

— Я не ожидал, что это произойдёт сегодня, — он выдохнул и ласкал мою щёку, пока говорил: — Но не жалею об этом. Даже рад. Всё, что мне пришлось пережить, чтобы получить этот момент, осталось в воспоминаниях. Я думал о нашем последнем поцелуе в Англии и проигрывал его в голове снова и снова.

Тело покалывало, пока я слушала его. Я так много лет жаждала снова услышать эти слова.

Он любит меня. До сих пор влюблён в меня. Но я должна рассказать ему правду. Я не могу больше скрывать.

— Зейн, я…

— Подожди, пока я не растерял храбрость. Я не закончил, — ответил он.

Как вижу, до сих пор немного властный.

— Ладно, — я почти не узнала собственный голос. Он звучал так слабо.

В его взгляде я увидела сосредоточенность.

— Меня убивало знание о том, что тебя не будет здесь, когда я приеду. Я был молодым и глупым тогда, думал лишь о себе, и облажался, — в его голосе звучало столько сожаления, что я чувствовала его.

Я приподнялась на локте и повернулась к нему лицом.

Зейн продолжил:

— Если ты согласишься дать нам второй шанс, я обещаю, что докажу тебе, что я изменился, и могу быть тем мужчиной, которого ты заслуживаешь.

Мысли в голове были похожи на сущий беспорядок, и я пыталась обдумать, что он только что сказал. Всё происходило слишком быстро. Воспоминание прошлого, знание того, что я скрывала от него, и вопрос, есть ли будущее для нас как пары, параллельно с попытками обуздать эмоциональный и физический кайф, под которым я находилась.

Зейн продолжил с осторожностью.

— Я знаю, что чувства до сих пор ранят, но, когда мы поцеловались, я мог сказать, что ты твои чувства ко мне ещё не остыли, — Зейн с трудом сглотнул, и его глаза умоляли меня, пока он говорил: — Я не заслуживаю второго шанса, и знаю это, но теперь я здесь. Позволь мне доказать, что я могу быть мужчиной, который будет бороться за тебя.

Он был прав. Я не могу отрицать того, что так и не прекратила любить его. Часть меня всегда держалась за надежду, что в какой-то момент он вернётся в мою жизнь.

— Ты на самом деле это почувствовал, Зейн. Я всегда была не в силах спрятать чувства от тебя. Я до сих пор полностью влюблена в тебя. Нет смысла отрицать это. Я любила тебя тогда, и люблю сейчас, — ответила я, пытаясь перевести дыхание, когда на меня снизошло облегчение. Я так долго сдерживала эти чувства. Признать их вслух было глотком свежего воздуха.

Зейн выдохнул поле того, как задерживал дыхание, и улыбнулся. Притянул меня к груди крепкими руками, пока я рыдала в его рубашку. Нежно укачивал меня, держал, когда я услышала его шёпот.

— У тебя такая красивая душа, Чесни. Я не смог бы найти никого лучше тебя, чтобы полюбить.

В моей душе не было ничего красивого. Если бы он только знал, что я от него скрывала, то, уверена, его восприятие изменилось бы.

Наконец-то, успокоив свои нервы, я отстранилась, чтобы посмотреть на него.

— Я не до конца уверена, куда это приведёт, но я люблю тебя больше, чем достаточно, чтобы захотеть узнать.

Зейн уставился на меня глазами глубокого, кристально-синего цвета, занимаясь любовью с моей душой. Он смотрел на меня с чистым восторгом.

Оставив нежный поцелуй на моих губах, Зейн перекатился на бок. Я закинула руку и ногу на его тело, и он крепко прижал меня. Мы смотрели, как ярко светят звёзды в небе и лежали там, пока наше дыхание вновь обретало свой ровный ритм.

— Я люблю тебя, — произнесла я, целуя его в грудь. — Спасибо, что вернулся ко мне.

— Я тоже люблю тебя, — Зейн оставив поцелуй у меня на макушке.

Я опёрлась на локоть рядом с ним.

— Можно увидеть тебя снова завтра? — спросила я, подтягивая платье выше.

Завтра. Мне нужно объясниться завтра.

Он улыбнутся.

— Конечно, и послезавтра, и после послезавтра, — ответил он, целуя моё плечо после каждого слова.

Он снова опустил меня на спину и оставил дорожку поцелуев от шеи к ключице, вызывая покалывание в теле. Если он не остановится, можно будет объявлять второй раунд.

— Я не хочу, чтобы ты уезжал, — выпалила я, осознавая, что ему всё ещё нужно отбыть вторую часть командировки прежде, чем он сможет вернуться и осесть.

Зейн нахмурился.

— Давай не будем думать об этом сейчас, ладно? — он прижался пальцами под моим подбородком. — С нами всё будет хорошо. Что бы ни было предначертано, случится. Никаких сожалений, так ведь?

Я кивнула.

— Так. — Я уселась, опираясь спиной на кабину. — Я знаю, что становится поздно, но я не хочу оставлять тебя сегодня.

— Мы увидимся завтра, так рано, как захочешь, — ответил он, передавая мне мои трусики с другой стороны кузова.

Я пробежала пальцами по его волосам, надеясь хотя бы наполовину придать им человеческий вид.

— Ты такая красивая, — сказал он, заставляя меня краснеть.

Зейн поцеловал меня в последний раз с такой настойчивостью, что моё сердце увеличилось в размере. Даже спустя столько лет, это чувствовалось правильно. Моё сердце знало правду, и мне нужно было позволить себе поверить в неё, но только когда я открою ему свой секрет.