в покое. Он полгода не оставлял попыток со мной помириться, но все его подарки уничтожались с помощью моей магии, которая становилась только сильнее, но которую я с трудом контролировала. Когда он становился у меня на пути, я также использовала магию, только не стирала его в пыль, а убирала с дороги. Даудов устал меня ругать за использование дара не по назначению и наказывать, через полтора месяца вообще оставил это без внимания. Теперь я тренировалась не только на обязательных тренировках, но и по собственному желанию. В шесть утра я уже была на поле или в зале, и уходила оттуда после оповещения браслета. Оттачивала своё мастерство до кровавых мозолей. Правда, ножи так и не научилась метать. Архонт даже ругал меня за эти тренировки, а однажды посоветовал заняться личной жизнью, а не проводить всё своё свободное время за учебниками и с оружием. Естественно, его слова остались без ответа и внимания. Даудов, к слову, ни разу не выказал сомнения в нашей легенде. Это было странно, но это уже не мои заботы. Училась я отлично и с легкостью сдавала все зачёты и экзамены, кроме рун, конечно. Они всё ещё давались мне с трудом. Писала доклады за себя и сестру, да и за Милу с Элис тоже. В общем, уходила от суровой реальности, как могла. Подруги давно оставили попытки вывести меня из депрессии и замкнутости. Лия тоже была на грани отчаяния из-за меня. Я снова разочаровалась в людях. Стала холодной и безразличной, и мне так было проще. Проще и лучше, и пусть другие считают иначе. Однажды Равэн сказал мне, что моё сердце стало ещё чернее. И спросил, когда я улыбалась последний раз. Ответила без заминки. Последняя искренняя улыбка осталась на балу На лето все разъехались, остались лишь единицы. Мы были в их числе. Работали в огороде, теплицах, конюшнях. У нас была полная свобода, летом нас не ограничивали правилами, и это было прекрасно! Никаких ограничений, комендантского часа и наказаний. Лёпа теперь жил в сарае. Он вырос до размера телёнка, и мне пришлось его переселять. Ещё он научился летать. Это вызвало у меня искреннюю улыбку и даже смех. Впервые за долгие месяцы я улыбалась и смеялась. Это чувство уже казалось мне чуждым. Лия встречалась с Рэем, даже ездила знакомиться с его семьёй и проводила в их доме выходные. Я была рада за неё, но не поддалась на их уговоры составить компанию и осталась в академии. Там мне было спокойнее и привычнее. Лето быстро подошло к концу. Три месяца пролетели словно одна неделя. Мы готовились к новому учебному году, получили учебники и новую форму. Первый курс метался по коридорам, то и дело кто-то спрашивал дорогу и шарахался от каждого шороха. Неужели и мы были такими же? Студенты толпами прибывали в академию в последний день лета. Было приятно увидеть знакомые лица. По обычаю, когда все прибыли, в столовой был общий сбор, где госпожа Горонович зачитывала студентам напутствующую речь, которую в одно мгновенье заглушил рык дракона-хранителя. Преподавательский состав поспешил к главному входу, приказав студентам оставаться на месте. Надо ли говорить, что никто не выполнил приказ? Толпа студентов помчалась вслед за преподами. Учителя стояли на площади у ступеней, студенты толпились на широкой лестнице и всматривались вдаль. Хранитель, скрипя, бил крыльями, поднимая столп пыли и громко рыча. Рассмотреть что-либо не представлялось возможным из-за сгущавшихся сумерек. Спустя минут пятнадцать мы увидели фигуру женщины. Она шла не спеша по дорожке, волоча за собой чемодан. В свете заходящего солнца её волосы были рыжими, но когда она подошла ближе Мама!!! в один голос крикнули мы и побежали навстречу ей, протискиваясь через толпу и не слыша грозных предупреждений преподавателей. Я не смогла сдержать слёз радости, я была счастлива её видеть. Лия разделяла мои эмоции и рыдала в мамино плечо. Мы так скучали! сказала я за двоих. Я тоже Потому и вернулась. Не смогла без вас больше быть, слёзы скатывались из её зелёных глаз. К нам гордо подошёл архонт, слегка кивнул маме, но не проронил ни слова. Горонович была белее снега, то ли от страха, то ли от шока. Кажется, на горизонте маячат новые проблемы. Мама высвободилась из наших объятий и подошла к директору. Здравствуй, Рогнеда. Тебя искал Совет. Двадцать лет. Я думала, ты мертва. Совету я сдамся завтра, сегодня позволь мне остаться и отдохнуть после тяжелого перехода. Она не дождалась ответа, по-хозяйски пошла вперёд. Студенты расступались перед ней и шептались в спины. Да что там студенты? Преподаватели, отойдя от шока, тоже шептались, выдвигали свои гипотезы, догадки и предположения. То, что я улавливала из их шепотков, было откровенным бредом. На нас все смотрели иначе. Даже архонт бросал взгляды то на нас, то на удаляющуюся маму. Он развернулся и пошёл к выходу из академии, я лишь мельком увидела сиреневые искры, которые выдавали эмоции в глазах архонта. Он скрылся из виду в сумраке. Вскоре Хранитель замолчал, студенты разбрелись, а преподаватели о чём-то оживлённо заспорили, иногда переходя на повышенные тона. Мама ушла, как будто и не приходила. Bashka__7 для Spaces.ru А мы так и стояли, смотря ей в след и не видя ни чего Странный страх сковал моё тело. Беспокойство не давало покоя. Лия сняла барьеры и разделила со мной чувства взявшиеся не понятно откуда. Что-то явно назревает, интуиция, в унисон с сердцем, била тревогу Конец первой книги Виола Ларионова Во власти прошлого (СИ) Когда дорогой тебе человек возвращается это радость, но что приходит после неё? Проблемы. Недопонимание. Слухи. Интриги. Ненависть. Тайны. В общем, новый учебный год не несёт ничего хорошего. Или несёт? 16+ Во власти прошлого. Маэ. Книга 2 Глава 1. Тёплые струи воды ласкают моё тело. Руки упираются в стену, я рассматриваю свои пальцы, а точнее, маленькое колечко на мизинце. Его левая рука накрыла мою, а губы целуют ухо, шею, плечо Стон непроизвольно сорвался с моих губ. Правая рука легла на грудь и нежно её смяла, опустилась вниз по плоскому животу и аккуратно легла между ног. Пальцы ловко прошлись по чувствительной точке, вызывая ещё больше стонов. Ноги подкосились, но мне не дали упасть, бережно поддержав. Мне хотелось большего. От удовольствия я откинулась назад и почувствовала в районе поясницы его желание. Я не маленького роста, но он всё равно был выше. По телу прошли мурашки и это несмотря на теплую, почти горячую, воду Мне хотелось большего, я хотела почувствовать его в себе Я хочу тебя Прошептала я. Он медлить не стал, более того, он именно этого и ждал Движения его были медленными и уверенными, но набирали обороты. Я стонала и просила ещё Он с удовольствием, выполнял мою просьбу и удовлетворял её. Ноги перестали меня держать и с тихим «Да-а» всё кончилось Проснувшись резко села. Тело била мелкая дрожь возбуждения, а сердце бешено колотилось. Чертов иллюзионист! Прошептала я в пустую комнату, свесила ноги с кровати и пошла в ванную комнату. Холодный душ мне был необходим. Щеки пылали, как будто я не во сне, а наяву занималась сексом. Кстати, это был не первый раз, когда мне снился Арон. Оставив всякие попытки со мной поговорить, он являлся ко мне во сне. Я, поначалу не понимала, что эти сны навеяны им. До меня это дошло после его хитрых, лукавых взглядов в столовой, а фраза: «Жаль, что это только сон, но ты всегда можешь меня позвать, и я приду » не оставила сомнений. Война на севере государства утихла, и Арон остался при академии на должности помощника куратора и преподавателя по рунам. Это радости у меня не вызывало, но меня никто не спрашивал. Ну да ладно, пора собираться на занятия. Сегодня первый день на втором курсе. Кстати, форма у нас в этом году новая. Юбка, длиной до щиколоток, блузка и пиджак. Стильно и элегантно. На груди красовалась цифра II второй курс. Форма, бежевые туфли на высокой шпильке прихваченные из дома, но так ни разу не надетые, макияж и волосы, спускающиеся волнами до талии. Мне нравилось отражение в зеркале. Я даже позволила себе сдержанную улыбку. Лия ждала меня у лестницы. Как думаешь, что нас ждёт? Тихо поинтересовалась я. Новый учебный год и больше тренировок у Даудова. С грустной улыбкой ответила сестра. Я не о том. Мама вернулась. Напомнила я. Что нас теперь ждёт? Что её ждёт? Тревога меня не отпускала. В хорошее, я давно перестала верить. Я не знаю Я об этом полночи думала, но давай поговорим с ней? Её это тоже тревожило. Я чувствовала. Она решила сменить тему. Девочек нет. Наверное, они уже ушли. Идём. Подруги действительно были за столиком, и стоило нам подсесть, бросили в нашу сторону косые взгляды. Мы даже не удостоились приветствия. Ну, спрашивайте уже! Не выдержала я, после двадцати минут давящей тишины. Что интересно, эта тишина была во всей столовой, стоило нам только войти. Да, мы стали чужими и на нас смотрели как на Да что ж лукавить? Как на инопланетянок! А так оно и было. Кто вы такие? Выделяя каждое слово, прошептала Элис. Казалось, что все услышали этот вопрос. Мы, такие как вы, просто выросли в другом мире. Мы не знали о вашем мире, пока не проснулись наши способности. Сбивчиво объясняла я. Это многое объясняет Усмехнулась Элис. Давайте, мы вам всё расскажем, но вечером. Сейчас, пора идти на занятия. Вразумляла их Лия. Девочки согласились с этим аргументом и со вздохом встали. Всю дорогу к кабинету они молчали, лишь у самой двери Мила набиралась смелости, чтобы спросить: А вы не будете захватывать наш мир? Что? В один голос спросили мы и расхохотались, понимая всю абсурдность сказанного. Так вот, что вас беспокоит? Спросила я. Это бред. Мы прибыли учиться, а не воевать. Она только что смеялась? Шепотом спросила Элис у Лии. Мне тоже так показалось. В тон ей прошептала Лия. А как иначе? Наша мама вернулась и теперь, можно не врать! Ответила я и, подмигнув, вошла в кабинет. Я слышала, как девушки за спиной радовались за меня. Мне тоже было радостно, но и страх присутствовал. Первым предметом была практика. Кабинет был огромным и пустым. Мебели не было, окон тоже, даже светильников не было. Из ниоткуда появилась