- Постойте, Билль! То есть, месье Элвис Билль, - Бродсон внезапно вскочил и перегородил дорогу путнику. - Куда же Вы торопитесь? У нас так не принято. Порядочные люди всегда могут договориться. А мы ещё с вами даже не познакомились. Кофе не попили. Присядьте. Я расскажу вам немного о нашем замечательном аукционе. Покажу каталоги.

       - И то верно! Загрызи скунс кобылу соседа! - "король рок-н-ролла" сразу же согласился. Его "Величество" вернулось в свое кресло. Самозабвенно тряхнуло "патлатой" головой. Поправило парик. - И что это я, в самом деле! Хорошего коньяка "Камю де люкс" не попробовал? Сигару "Тринидад дипломатик" до сих пор не выкурил? Как будто нахожусь не в швейцарском филиале Сотбис? А в третьесортной забегаловке - "Пьяная лошадь матушки Сары"! Ух, отвались мои копыта! Нехорошо гостеприимного хозяина обижать! Уговорили, остаюсь!

       Бродсон связался с секретарем по внутренней связи. - Линда, принеси мне из бара хорошего, дорогого коньяка. И коробку сигар из серии "Гранд Корона".

       Хозяин кабинета дождался, когда его помощница доставит обещанный заказ. Разлил коньяк по бокалам и продолжил разговор.

       - Знаете, Элвис Билль Аарон Пресли! Вы, мне сразу понравилась. Чувствуется деловая хватка. Такие люди как вы - это будущее Америки. Настоящие волки предпринимательства. Для вас я готов на всё. Давайте я куплю все ваши сувениры за тридцать. Нет... Не серьезная цена... - За пятьдесят евро.

       Интриган нехотя вытащил бумажник и достал из него цветастую купюру с цифрой 50.

       - Да разразись всё коровьим помётом! - обладатель бесценных сокровищ медленно начал подыматься с места. - Я много раз говорил Жану... Что деньги нужно бросать не в речку - а в океан! Там воды гораздо больше и глубже. И желания будут исполняются быстрее!

       - Хорошо! - остановил деревенского простачка Бродсон. - Последняя цена - сто евро. И... бесплатный пригласительный билет на наш очередной аукцион в Лондоне в vip-ложу.

       - Послушайте Кларк! - гость внезапно заговорил на прекрасном французском. Он деловито достал двумя пальцами с внутреннего кармана визитку и положил её на стол. - Давайте поговорим серьезно. На этой карточке номер моей кредитной карты. Я прекрасно знаю, сколько стоит эта монета. Вы убедились, что она настоящая и в прекрасном состоянии. Я хочу за нее десять тысяч евро. Оценивая её в эту сумму, я хорошо понимаю, что впоследствии продадите её гораздо дороже. Более того! Если вы сейчас переведете деньги на мой счет, то я готов дать на реализацию ещё пару монет. Они по цене не уступят первой.

       Странник внезапно выпрямился. Подвинул кресло, на котором сидел ближе к столу. Прищурившись, посмотрел на хозяина кабинета.

       - В дальнейшем я планирую установить с вами деловые отношения. Если вы настоящий коллекционер раритетных вещей - то вы согласитесь на мои условия и будете со мной сотрудничать.

       - И поверьте! - Рязанцев поднял вверх мешочек с деньгами и потряс им. - У меня этого добра - много. Я могу составить для вас обширный список вещей, которые произведут фурор на любом аукционе.

       Странный посетитель откинулся в кресле и стал ждать реакции на свою речь. Однако нумизмат молчал и удивленно хлопал глазами.

       - А то... Вонючее седло грязного Гарри! - гость снова перешел на американский акцент и начал дурачиться. - Придется всё в сельский пруд выкинуть, Сколько мы с братом туда этого добра пошвыряли... - и не сосчитать!

       - Хорошо, - согласился Бродсон. Давайте монеты и номер вашей кредитки.

       Через несколько минут в сотовом телефоне путника пискнула смс-ка. Платеж поступил на карту.

       В кубрике расположенном в носовой части шлюпа было сумрачно. Посередине форпика под действием качки сильно скрипели две массивные бушпритные колонны - битенги. На ржавой цепи растянутой между ними болтался старый фонарь. Он с трудом освещал силуэты двоих матросов расположившихся недалеко друг от друга. Длинные, темные тени предметов от качки корабля зловеще двигались и создавали антураж темницы. Уединившиеся моряки, не обращали внимания на игру света. Они недовольно о чем-то переговаривались.

       - Дьявольская отрыжка акулы! Разрази молния эту посудину! - раздраженно возмущался Нолан Крейг по прозвищу "Железный лом".

       Матрос недовольно сжимал и разжимал мозолистые ладони будто ему не терпелось схватить за горло издевавшегося над ним ирландца..

       - Я порву этого Хейли на куски, как только выйдем в море. Я скормлю его печень морскому нарвалу! - возмущенный пират с силой ударил по сундуку, на котором сидел. - Нет! "Хождение по доске" или повешенье негодяя на фок-рее - это для него слишком мягкие пытки. Он должен мучатся. Много мучиться! И страдать... - корсар сильно топнул ногой. - Сто чертей на сковородке! Чтоб его разорвало на части! Чтоб его черное сердце вечно грызли акулы! Я... - Флибустьер страшно развел пальцы на руке и стал напряженно их сжимать. - Я познакомлю его с "Капитанской дочкой"... Вот наказание, которое он заслуживает за свои злодеяния.

       - Не ругайся в кубрике, Нол, - тощий Бью Бэнкс старался сдерживать своего друга от раздражения и обиды. Черты лица и фигура пирата были правильны, но слишком резки и угловаты. Он точно весь состоял из одних костей, выпирающих из под одежды. Мускулы, которых на его долю было отпущено немало, не округляли тела, а напротив, придавали ему угловатость. Широкий ремень туго охватывал потертую кожаную безрукавку и делал его похожим на отощавшую крысу. За спокойствие и рассудительность среди корсаров он заслужил кличку "Тощий проныра".

       - Ты же знаешь! - Бью напомнил товарищу новые правила. - Сейчас за бранные слова штрафуют. Я, конечно, никому не скажу, но ты сейчас ругаешься как пьяный сапожник. А боцман Кокинс только и ждет, чтобы с кого-нибудь поболее содрать монет.

       - Гнил... Гной... Свежая селезенка каракатицы! - по-прежнему не мог успокоиться Крейг. В его глазах отразились красные блики от света фонаря. Щеки надулись. На лбу проступили глубокие морщины. - Я больше не могу терпеть его издевательств! Почему мы сидим в порту? До сих пор как... как... - палубные крыс... мыш... тараканы! Где золото? Драгоценности? Где обещанный поход за сокровищами? - недовольный флибустьер замахал руками. - А вместо славного плаванья - какие-то поверья и отговорки? Мы, что? - Должны верить каждой дурр... доброй примете?

       Дебошир внезапно замолчал и пытливо прислушался. Кругом всё стонало и скрипело, деревянные крепления легонько трещали, кряхтели, визжали и жаловались на тысячу ладов. На стенах каюты от качки раскачивались клеёнчатые морские штаны, куртки и чьи-то драные сапоги.

       - Когда я шел сюда наниматься, я думал, что нас ждет плаванье к несметным богатствам конкистадоров - Кампече, или смелый поход к золотым рудникам Маракайбо. Были мыслишки, что, меня ожидает смелый налет на Панаму, как сто лет назад это сделал прославленный Дрейк. А сейчас, что я вижу?

       "Железный лом" резко вскочил с места и больно ударился плечом в двухъярусную койку. - Черт бы вас всех подрал! - Громом заорал морской разбойник. Потирая ушибленное место, он рассерженный сел обратно на сундук. - Вот скажи, Проныра, - Нолан обратился к тощему соседу. - Почему мы не вышли в море три дня назад?