— Слезь и дай мне своё оружие, — глаза Абигора были прикованы к косе, а обо мне он, как будто, забыл.

Я слезла с его колен и протянула ему свою косу. Демон войны, сразу же, содрал ткань, прежде чем я успела сказать ему, что это, вообще-то, опасно. Ведь, я прекрасно помнила желание косы убивать. Но, как ни странно, в руках Абигора коса, если можно так сказать, не подавала признаков жизни. Сам же Абигор, с неподдельным удивлением, её рассматривал.

— Странный образ у твоего оружия, — наконец, произнёс он. — Коса… Насколько мне известно, она была только у Самаэля.

— Да, мне это говорили. Так, ты мне поможешь?

— Зачем тебе моя помощь? Рано или поздно, ты найдёшь способ подчинить её. Или будешь убита ею, — добавил мужчина.

— На «рано или поздно» у меня нет времени. Она нужна мне будет через пару дней, в светлом лесу.

— Хочешь опробовать её в светлых эльфах?

— Именно.

— Что ж… это должно быть интересно. Хорошо, я помогу тебе. Для начала, попробуй сама взять её в руки.

Я не понимала, зачем это нужно Абигору, но я послушалась. Я взяла косу в руки. И, как только я это сделала, коса ожила. Она стала не то, что тёплой, когда я взяла её в первый раз — горячей! И её желание убить меня и её ненависть ко мне, казалось, достигла своего апогея. Я сильно испугалась, и когда лезвие чуть не отсекло мне голову, отбросила косу, как можно, дальше.

— Проблема мне понятна, — заявил Абигор и встал.

Он подошёл к, лежащей на полу, косе, подобрал её… Даже не держа её сейчас в руках, я почувствовала её агрессию и злость, направленную на Абигора. «В этот раз она и его попытается ранить» — подумала я тогда.

— Тихо! — рыкнул Абигор на косу и она, как будто, испугалась.

Да, я явно это почувствовала. Коса испугалась одного слова Верховного демона. Как собачонка, которая прижала уши и хвост, испугавшись грозного окрика хозяина. «Мне бы так» — с завистью подумала я.

— Идём, — Абигор повернулся к двери.

— Куда?

— Увидишь.

По дворцу Абигора мы шли, довольно, долго. Я даже успела, слегка, устать. Я шла за Абигором, который шёл впереди, поигрывая моей косой. Нет, я, конечно, понимала, что по его телосложению, моё оружие, действительно, выглядело почти игрушечным, но не до такой же степени! Он, как будто, с простой палкой играл! Мне стало даже как-то… обидно. А коса боялась. Она боялась демона войны, как мышь кошку.

Наконец, мы остановились у одной двери. Верховный демон открыл её, подозвал меня к себе. Я зашла, заглянула в комнату, которая была за дверью, но… ничего не увидела потому, что там было темно и отсутствовали какие-либо источники света.

— Ну, и зачем мы… — начала я, но договорить не успела.

Абигор втолкнул меня в помещение и, судя по звуку, бросил за мной косу. А затем, дверь захлопнулась, оставив меня в полной темноте. Наедине с косой.

— Какого чёрта, Абигор?! — я замолотила руками по двери. — Открой дверь!

— Я выпущу тебя через двенадцать часов, — ответил Абигор. — А за это время постарайся наладить свои отношения с твоим же собственным оружием.

— Ты с ума сошёл?! — закричала я. — Да эта коса меня прирежет за это время!

— Вот, поэтому ты должна очень хорошо постараться наладить с ней отношения. Либо ты это сделаешь, либо умрёшь. Кстати говоря, помещение, в котором ты оказалась, размером, всего, два на два метра. Так что, ты не сможешь отбросить своё оружие подальше. Можно даже сказать, что вы будете вынуждены находиться там, практически, в обнимку.

— Да ты меня, чуть ли, не в гроб засунул! — в моём голосе послышались истерические нотки — было очень страшно оказаться, практически, в коробке, один на один с тем, что жаждет тебя убить.

— Перестань бояться своего оружия, Милена, — сказал демон войны. — Чем сильнее ты его боишься, тем больше шансов, что оно тебя убьёт. Твоя коса чувствует страх и неуверенность. Поэтому она и творит, что ей заблагорассудится. Хозяин не должен испытывать страха. Он не может быть неуверенным. И вспомни, Милена, что эта коса была сделана именно для тебя. Она твоя и ничья больше. Поэтому, ты должна показать этой косе, кто здесь главный. Если же нет… Через двенадцать часов я заберу отсюда твой труп, — и я услышала его удаляющиеся шаги.

Стукнув ещё раз по двери, я повернулась к ней спиной. Глаза ещё не привыкли к темноте и, где именно лежит коса, я не видела. И от этого становилось ещё страшнее. Затея Абигора мне показалась полным безумием. Мне казалось, что у меня есть шанс пережить эти двенадцать часов, только если я буду убегать от косы всё это время. А если вспомнить размер этого помещения, то сделать это будет проблематично.

«Чёртов Абигор, — думала я. — Зачем я только к нему обратилась? Это не помощь, а издевательство какое-то! Или затейливый способ отправить меня на тот свет, списав всё на несчастный случай. Мол, сама же напоролась на лезвие косы».

В последнее я, конечно, не верила. Демону войны не нужна была моя смерть. В этом не было никакого смысла. Но, я верила в то, что если, всё-таки, умру здесь, Абигора это не слишком расстроит.

Я шагнула от двери, приняв решение обследовать помещение. Я, наощупь, по стеночке, медленно стала передвигаться. Но, сделав всего несколько шагов, рука наткнулась на угол комнаты. Абигор не солгал — ширина комнаты составляла не больше двух метров. Я сделала ещё один шаг и… наткнулась ногой на металлическое древко. Попытка шарахнуться в сторону привела только к тому, что я больно стукнулась о стену. Проклянув про себя и Абигор и эту каморку, в которую он меня запихнул, я замерла на месте, не двигаясь, чтобы, ненароком, вновь не натолкнуться на косу.

«Но, так долго стоять на месте не получится. Я же не смогу на все двенадцать часов замереть столбом!».

Пока я об этом думала, коса, видимо, решила, что надо действовать. Не знаю — как, но она оказалась, впритык, с моей правой ногой, по которой она меня и полоснула. Я заорала от дикой боли. Затем, через несколько секунд, немного придя в себя, я, пинком здоровой ноги, отшвырнула косу. Почувствовав себя, более или менее, в безопасности, я зажала рану рукой, ожидая, пока она не начнёт затягиваться. Рана оказалась довольно глубокой (кровь, сначала, текла очень обильно), но заживать она у меня стала быстро. Как бы там ни было, а получать раны было неприятно. К тому же, я не была уверена в том, что не могу, банально, истечь кровью, если ран будет слишком много. А вариант избежать этого был только один — подчинить себе оружие. Второго варианта просто не существовало.

«Как там говорил Абигор? Перестать бояться собственного оружия? Проще сказать, чем сделать».

Мои глаза, к тому времени, уже привыкли к темноте, и я могла разглядеть тускло блестящее лезвие, в одном метре от меня. Это было, всё равно, что оказаться в одной комнате с гремучей змеёй. Ощущения, по крайней мере, были примерно такими же. Было неизвестно — в какой момент коса может решить напасть снова. А то, что она, вполне, может двигаться самостоятельно, я уже уяснила.

«Первым делом, надо попытаться успокоиться, — подумала я про себя. — Паника и страх, действительно, делают только хуже. И не только в том плане, что мой страх чувствует коса, а в том, что я не могу здраво мыслить, поддаваясь страху».

Я вспомнила, как боролась со страхом, когда Лилит отправила меня на оргию. Да, ситуация сейчас была совершенно иной, но что мне мешало использовать тот же способ, что и тогда? Тогда, я заменила страх на, своего рода, интерес и мысль о том, что демон, который был тогда со мной, не более чем собака. Косу тоже можно было легко ассоциировать с собакой — злобной, агрессивной, не желающей слушать своего хозяина, но собакой. Только вот интерес к ней вызвать у себя было невозможно. И тогда, я решила использовать ту эмоцию, которую я испытывала, когда в первый раз пыталась подчинить себе косу — злость.

— Ты будешь слушаться меня, тварь! — вслух сказала я, через голос пытаясь передать всю ту злость, что я испытывала. — Ты мне подчинишься! Обязательно! Абигор прав — ты была сделана для меня! Исключительно ради меня и благодаря мне ты появилась на этом свете! И только я имею право управлять тобой! Слышишь?!