— Нет, не надо их звать! — замотала я головой. — Я и без них справлюсь!

— Тогда, действуй и больше не разочаровывай меня, Милена.

Я, в первые, за всё время, слышала в голосе Лилит угрозу. Меня это, несколько, напугало, хотя, я и не знала, что она сделает, если я не справлюсь. Просто уйдёт и не вернётся? Или сделает что-то ещё? Проверять мне этого не хотелось.

Я наклонилась к Лилит и сама её поцеловала, надеясь, таким образом, отвлечь демонессу от негативных эмоций, вызванных моим неумением. Видимо, у меня это получилось, так как Лилит, тут же, откликнулась на поцелуй. Не прерываясь, я, одной рукой, сжала сосок на её груди, второй погладила участок, ниже живота. При этом я пыталась понять, где же Лилит получает удовольствие больше всего. Оторвавшись от её губ, я раздвинула её ноги, вклинилась коленями между ними. Опустившись ниже, наклонила голову к её животу, провела по нему языком, оставляя влажную полосу от пупка Верховной демонессы до низа живота.

— Вот, теперь ты мне нравишься, Милена, — сказала Лилит. — Ты делаешь успехи. На этом, это задание можно закончить.

— Закончить?! — с изумлением подняла я голову. — Но, я же ещё не…

— Не нашла мои эрогенные зоны? Ты их и не найдёшь, если я этого не захочу! — засмеялась девушка.

— То есть?

— Я — демонесса разврата и одна из моих способностей — это выбирать свои чувствительные точки. Я контролирую их и могу изменять. В один день эрогенной зоной может быть всё моё тело, а в другой день, лишь, маленький участок за ушком.

— Но, тогда зачем ты хотела, чтобы я это сделала?

— Я тебе уже говорила, что я учу тебя. И у тебя что-то начинает получаться. Кстати, вопрос на засыпку, так сказать. Как ты думаешь, кто доминирует при сексе — тот, кто сверху или тот, кто снизу? — спросила меня Лилит.

— Конечно, тот, кто сверху, — не задумываясь, ответила я.

— Ответ неверный. Сядь на меня, как раньше, — приказала демонесса.

Я села. Лилит сжала мои бёдра, положила свою руку мне на затылок, заставляя наклониться. Её язык мягко провёл по моим губам, по шее… Её пальцы сильнее сжали бёдра, она начала медленно двигаться.

— Ну, чувствуешь себя доминирующей? — чуть хрипло, произнесла Лилит.

— Нет.

— Как же так? Ты же находишься сверху, — с наигранным удивлением поинтересовалась Верховная демонесса. — Разве, нет?

— Да.

— Тогда, ответь, почему ты не правишь сейчас положением?

— Ты сильнее меня? — предположила я.

— Не только, — покачала головой демонесса. — Как видишь, сейчас я не использую никакую силу, в которой я тебя превосхожу — ни магическую, ни физическую. Однако, я, всё равно, в данный момент, занимаю главенствующую позицию. Почему? Всё очень просто. Я себя так ставлю и не более того. Снизу я или сверху — неважно. Я сама выбираю, каким будет следующее действие. Я так хочу.

— Но, я не могу себе такого позволить, — запротестовала я. — Я не могу делать то, что я хочу. Даже в сексе.

— Это ты так думаешь, Милена. Ты сама себя так поставила.

— Нет! Это не так! Я не ставила себя таким образом! Это всё из-за этого! — я коснулась «оков неволи», которые, я знала, никто не увидит, без моего желания, а я сейчас хотела, чтобы Лилит их увидела. — Ты же знаешь, что это, Лилит?

— «Оковы неволи».

— Если ты знаешь, что это, то ты знаешь, что они делают, верно? Теперь, ты понимаешь, почему я ничего не могу себе позволить?

— И кто же является хозяевами этих «оков»? — не стала отвечать Лилит на мой вопрос.

— Ферокс и Люцифер. Как видишь, у меня никогда не будет возможности избавиться от этих ошейников. Ведь, снять их может, лишь, тот, кто их надел или тот, кто сильнее того, кто их надел. А я не могу себе представить никого, сильнее Люцифера или Ферокса. А сами они, уж точно, никогда их не снимут.

— С последним соглашусь. Но, ведь «оковы неволи» используют только тогда, когда их хозяевам что-то не нравится. А если им понравится, то почему нет? Помнишь ту демонессу, которую мы видели сегодня в борделе и что я тебе о ней сегодня говорила? И последнее. Ты сама сказала, что Ферокс заинтересовался тем, что ты делала.

— Это — да, но… Ты не представляешь, как давят эти ошейники на шею. Ты не знаешь, какую боль они причиняют только за то, что я о чём-то не о том подумала. Мне страшно даже подумать о том, что этим двоим что-то придёт не по вкусу. Потому, что если им что-то не понравится, они могут навредить не только мне, но и моему… — я осеклась. — Впрочем, неважно. В общем, то, чему я учусь у тебя, Лилит, я хочу использовать на других, но, ни в коем случае, не на Фероксе или Люцифере.

— Используй моё обучение, как хочешь и на ком хочешь, Милена. Но, я могу сказать тебе, что, в конце концов, ты захочешь поэкспериментировать с Люцифером и Фероксом и я считаю, что результат тебя приятно удивит.

— Сильно в этом сомневаюсь.

Я тяжело вздохнула и села рядом с Лилит. Почему-то, сейчас я вспомнила все те несчастья, что свалились на меня. Нет, я и до этого о них не забывала, но… у меня просто не было возможности заострять на этом внимание. А сейчас, когда я просто сидела на кровати, когда я никуда не должна была идти, когда меня никто не хотел… Настроение стало ещё более паршивым, чем, если бы тогда, когда меня кто-нибудь имел. Сейчас мне не на что было отвлечься. Меня просто поглощали мои же собственные мысли — мысли о смерти Кая, о гибели «Шисуны», о Фероксе и Люцифере… обо всём том, что случилось за столь короткое время. От мыслей обо всём этом хотелось удавиться.

Внезапно, я почувствовала, как Лилит зашевелилась на кровати. Судя по звуку, она села.

— Я знаю, что эмоциям людей требуется выход и, отнюдь, не такой, какой используют демоны. Когда демону требуется выплеснуть свои эмоции, он использует насилие — убивает кого-то, калечит, насилует, пытает… У людей с этим сложнее, а ты считала себя человеком слишком долго. Думаю, скоро ты научишься вести себя, как демон, а пока… — Лилит, неожиданно, приобняла меня, притянула к себе. — А пока, избавляйся от стресса, как тебе будет угодно.

Я, сначала, растерялась от такого неожиданного поведения Лилит, а потом… потом я сделала то, что не позволила себе с Блэком — разревелась навзрыд! Жуть, как странно, правда? Дать себе волю с демонессой разврата и проституции, которую я и знала-то всего ничего? Может, это и так, но это ощущение кого-то рядом, кто не собирается применять к тебе насилие; того, кто просто обнимает тебя и прижимает к себе… всё это дало трещину в моём самообладании и я не смогла удержать себя в руках. Я плакала и не могла остановиться. А Лилит молча прижимала меня к своей груди. И тогда и сейчас, я понимаю, что Верховной демонессе, вовсе, не было меня жаль. Ей просто было нужно, чтобы стресс, копившийся во мне всё это время, вышел наружу и, в дальнейшем, не мешал ни мне, ни ей. Но, даже осознавая это, я была благодарна ей за то, что она тогда позволила мне просто порыдать.

Глава 17.

— Милена, просыпайся, — меня разбудил женский голос и сочный поцелуй в губы.

Открыв глаза, я увидела перед собой лицо Лилит.

— А? Что? Уже утро? — сонно пробормотала я, вглядываясь в черноту окна (по небу в мире демонов невозможно было понять — день или ночь).

— Почти день, — ответила Лилит.

«Интересно, во сколько мы вчера заснули?» — подумала я, но вспомнить так и не смогла.

Я помнила только, что после того, как я наплакалась вволю и немного успокоилась, Лилит потребовала у моих слуг, чтобы нам в спальню принесли ужин и несколько бутылок вина. По поводу последнего я постаралась возразить, но Лилит и внимания не обратила на это. Потом, после ужина, она заставила меня выпить бокал вина, потом второй, третий… После полностью выпитой бутылки и начатой второй, меня потянуло на разговоры. Я рассказала Лилит почти всю свою жизнь, все свои проблемы, все свои несчастья… Демонесса слушала меня, не перебивая, время от времени, вставляя свои комментарии. Пару раз меня снова тянуло на «поплакать», но быстро успокаиваясь, я продолжала.