— Любовь без физического контакта? — насмешливо поинтересовалась Лилит. — Это, разве что, любовь ребёнка! Не вижу в ней никакой радости и смысла. Да и, вообще, в любви смысла не вижу. Бесполезная вещь.

Лилит не видела смысла в любви, а я не видела смысла с ней спорить. Каждый, всё равно, останется при своём. Я всё ещё помнила свою любовь к Каю. Я ощущала её в своём сердце. И бесполезной вещью я её не считала. И также я чувствовала любовь Кэтэрины к неизвестному мужчине. Нежную, тёплую, пусть и невинную или даже наивную. Мне нравились эти эмоции. Я знала, что они могут принести боль. Но, я бы многое отдала, чтобы это чувство — любовь, вновь, пришло. И также, я понимала, что это — бесполезные мечты. Да и ненужные. Только мешающие в этом мире. И я помнила, что обещала себе в самом начале, как оказалась в мире демонов: «Пусть остатки моего чувства под названием «любовь» достанутся только моему ребёнку». А потому, я постаралась тут же отвлечься от подобных мыслей:

— А где хоть кто-нибудь? Драйк, Рейф?.. — я огляделась, но в поле моего зрения был лишь Блэк, спящий на кровати.

— Ушли, каждый, по своим делам, — ответила Лилит. — Да и не нужны они нам сейчас, в нашей женской компании. А теперь, давай поговорим. Вот, скажи-ка мне, Милена, ты знаешь, как сексуально удовлетворить демона?

— Эм… — я была, мягко говоря, ошарашена вопросом демонессы. — В каком смысле — как? Секс — он везде секс. Наверное…

— Значит, не знаешь. Вообще, у демонов сексуальный аппетит гораздо выше человеческого. Сверх сила, бессмертие, неуязвимость, магия… Всё это даёт несколько необычных… побочных эффектов. Думаю, это ты уже должна была понять.

Я задумалась. Сравнивать, особо, мне было не с чем. У меня был только один мужчина-человек — Кай. И он мне казался, довольно-таки, ненасытным в сексуальном плане. Но, если сравнивать его с демонами… Им он проигрывал.

— Да, это я понимаю. Но… мне не совсем понятен твой вопрос…

— Для удовлетворения демона есть два варианта. Это либо боль и страдания партнёра в процессе, что приведёт к относительно быстрому сексу. Либо… либо долгий-долгий секс. Что из этих двух вариантов для тебя предпочтительнее?

Я совершенно перестала хоть что-то понимать. К чему был этот разговор? То, что демоны любят чужую боль, я знала. Секс тоже исключением не был. Нежности в нём не было и в помине. Мягко говоря. Два варианта? Никогда их не было. Я вспомнила секс с Люцифером, с Аббадоном, Абигором… Для меня, почти всегда, всё оборачивалось болью, страхом, истязанием… Был бы у меня выбор, я бы, с удовольствием, предпочла мы второй вариант, но… как-то меня ни разу об этом спрашивали. Все эти умозаключения я, тут же, донесла до Лилит. На что она ответила:

— А почему кто-то должен спрашивать тебя об этом? Почему ты сама не сделаешь так, чтобы, вместо боли и страха, все просто получили обоюдное удовольствие?

— Я могу получать удовольствие от этого. Как в случае с Люцифером, Асмодеем… И что?

— Да, удовольствие ты получать можешь, Милена. Но, проблема в том, что ты ненавидишь это удовольствие. Ты ненавидишь саму себя, когда тебя доводят до оргазма. Думаю, ты ненавидишь себя даже тогда, когда используешь эмоции своего человека. Ты всё ещё цепляешься за свои принципы, не позволяя себе получить истинное наслаждение. Ты ограничиваешь себя. Не можешь отпустить. Демоны это видят и чувствуют. Им это нравится. Им нравится это чувство — ненависть и плевать, к кому оно обращено. Зачастую, ты сама, своим поведением, провоцируешь их на то, что они делают с тобой. Ненависть, страх… В тебе этого слишком много.

— То есть, ты хочешь сказать, что если я перестану ненавидеть и бояться, то никакого желания мучить меня, у демона не возникнет?

— Желание — мучить — у демона, в принципе, неистребимо, — усмехнулась Лилит. — Но, если сможешь изменить ситуацию… Если сможешь заставить демона посмотреть на тебя по другому, а не как на жертву… Желание — долго не отпускать тебя от себя, пересилит желание — мучить. Ты же хочешь этого? Кстати говоря, могу тебе сказать, драконы, в этом плане, не слишком отличаются от нас — демонов.

— Но, Ферокс… — начала я.

— Твой супруг тебя жалеет. Он жалеет твоё хрупкое тело, не давая себе полной свободы.

— Ферокс жалеет меня? Чушь собачья! — буркнула я.

— Скорее всего, он не знает границ твоих физических возможностей, — продолжала Лилит, как ни в чём не бывало. — Всё-таки, ты — на половину человек. И поэтому, он боится непоправимо навредить тебе.

— Слишком неправдоподобная версия, — фыркнула я. — По такой причине Ферокс жалеть меня не станет.

— Почему же? Ты должна родить дракону ребёнка, верно? А раз так, он не хочет рисковать тем, что твой слабый получеловеческий организм не выдержит таких… нагрузок, и ты можешь потерять возможность иметь детей.

— Вот это больше похоже на правду, — задумчиво произнесла я, понимая, что такая причина, на самом деле, звучит правдоподобно — меня повелителю драконов не жаль, а вот потерять возможность обзавестись наследником, он боится.

— Ты можешь этим воспользоваться, Милена.

— Воспользоваться?

— Да. Дай ему то, что он так сильно жаждет. Дай ему сбросить с себя контроль. Дай ему свободу. И повелитель драконов будет тебе, несказанно, благодарен. Ты даже представить себе не можешь, сколько у него уходит сил на то, чтобы не сорваться.

— Ты хочешь, чтобы я… дала ему свободу? Но, ты же сама сказала, что он не хочет рисковать. Что мой слабый получеловеческий организм не выдержит. А если это, на самом деле, так?

Лилит рассмеялась:

— Уверяю тебя, Милена, всё с тобой будет в порядке! Ферокс — перестраховщик, как сказали бы люди. Убеди его в том, что это не так. Что ты не так слаба, как кажется.

— Но, зачем мне это делать?

— Довольный и удовлетворённый мужчина — это ласковый и податливый мужчина. В таком состоянии их можно уговорить на многое. Ты должна научиться, Милена, пользоваться тем, что у тебя есть. Научиться использовать то, что у тебя есть. И не ненавидеть себя за это. Ещё, я хотела поговорить с тобой по поводу Аббадона. Ты сильно боишься его… Чересчур сильно. Твой страх перед ним видно невооружённым глазом. И я не понимаю — почему? Ведь, ты знаешь, что он не может лишить тебя жизни, даже если очень захочет. Кроме того, он является твоим покровителем.

— Наверное, потому, что знаю его гораздо дольше, чем остальных, — пожав плечами, ответила я. — Он хотел забрать мою душу; он, один раз, оторвал, с мясом, моё крыло; он хотел меня изнасиловать… Есть, от чего, бояться. Да, я знаю, что другие, отнюдь, не лучше его, но… просто к Аббадону у меня особое отношение, — как смогла, объяснила я (хотя, по сути, даже самой себе я не могла объяснить до конца, почему именно он вызывал у меня такой ужас).

— Это, конечно, правильно, что всем следует бояться и уважать Верховных демонов, — задумчиво протянула демонесса разврата. — Но, всё же, Аббадон твой покровитель. Покровитель, который тебе нужен. А Верховные демоны не так уж часто соглашаются оказать кому-то поддержку.

— Он может сделать со мной всё, что угодно, кроме моего убийства. Ему нравиться мучить меня, ему нравиться видеть мои страдания, ему нравиться ломать меня и видеть мой страх.

— И ему нравится заниматься с тобой сексом, — закончила за меня Лилит.

— Я бы не сказала, что ему нравится именно это, — покачала я головой. — Просто Аббадон знает, как я этого не хочу. И ты же сама никогда не будешь спать с ним, Лилит. Верно? Ты… тоже его боишься?

— Нет, я его не боюсь. Дело в том, что, после секса с демоном бездны, слишком долго приходиться залечивать раны. Да и, к тому же, он не позволял мне занимать активную позицию. А я этого очень не люблю. Поэтому, мы не сошлись. Но у тебя с ним, Милена, особый случай. Он не так уж сильно и ранит тебя при сексе.

— Не так уж сильно? — возмутилась я. — Помнишь меня после бала Люцифера? Ты меня видела уже после того, как Люцифер напоил меня своей кровью и часть ран зажила. А до этого… переломы, синяки, глубокие царапины, порезы… Да, Аббадон не один развлекался со мной тогда, но, наиболее серьёзные раны, нанёс именно он.