Глава 17

Я так часто рассказывал свою историю, что она мне надоела до чертиков и скрежета зубовного. Надеюсь, сейчас я делаю это в последний раз, и следующего любопытного, который попросит меня рассказать, как там все было, я просто пошлю читать этот блог. Ну, или, по заветам майора Виталика, выстрелю ему в голову из дробовика.

Вообще, ситуация была довольно странная. Нас в машине было трое, и я был самым опасным в ней человеком, несмотря на наличие рядом целого майора СВР Виталика с дробовиком и Гарри, мать его за ногу, Бордена, Джеймса Бонда на максимальных настройках.

Который был без оружия, но которого опасался целый майор СВР Виталик с дробовиком.

И я, стало быть, рассказывал.

Я рассказывал, пока мы стояли в мертвой пробке на третьем транспортном кольце. Я рассказывал, когда мы ползли в потоке на вылетной радиальной магистрали. Я рассказывал, когда мы вырвались за МКАД и спидометр "ауди" впервые показал больше ста километров в час. Я рассказывал на проселочной дороге, по которой мы промчались, поднимая клубы пыли.

Виталик периодически хмыкал, хихикал и задавал вопросы. Гарри периодически дополнял, поправлял или рассказывал, как это выглядело с их стороны. И когда Виталик, извинившийся за отсутствие шашлыка и предложивший жарить колбаски на углях, раскочегаривал свой гриль, я, наконец-то, закончил рассказывать.

— Промочи горло, — сказал Виталик, протягивая мне откупоренную бутылку холодного пива.

— Спасибо, — сказал я.

— История, конечно, внушает, — сказал Виталик. — Но давайте уточним кое-что насчет Дока. Значит, вы отстрелили ему руку к хренам?

— Джокер отстрелил, — сказал Гарри.

— Но Доку это не помешало скакать козлом?

— Не помешало.

— А оторванную руку вы всюду, сука, таскали с собой в холодильнике?

— Так и было, — сказал я.

— А потом она отрастила крылья и попыталась улететь?

— Звучит странно, — согласился я.

— Еще как, сука, странно, — сказал Виталик. — А вы ее, значит, пристрелили к хренам?

— А что нам было делать? — спросил Гарри.

— Пристрелили, сука, руку, — повторил Виталик. — С крыльями.

— Звучит так, как будто ты нам не очень веришь, — заметил я.

— Я бывал в Индии, и знаю, что там, очень много легкодоступных и дешевых, сука, наркотиков, — сказал Виталик. — Поэтому одна из рабочих версий гласит, что вы там упарывались к хренам, и часть событий вам померещилась.

— Ах, если бы, — сказал Гарри.

— Фоточки руки есть?

— Только не в тот момент, когда у нее крылья выросли, — сказал Гарри.

— На руку без крыльев я смотреть, сука, не буду, — сказал Виталик. — Что я, рук не видел? У меня у самого две.

Он разодрал упаковку, бросил колбаски на решетку и они зашипели.

— Рука — наименьшая из наших проблем, — сказал Гарри.

— Это точно, — согласился Виталик. — Это ты, сука, верно подметил. Значит, этот ваш Аскет, столь любезно поделившийся в джокером своии, сука, скиллом, утверждал, что Док не похож на обычных, сука, некстов?

— Мы не знаем, насколько этой информации можно доверять, — сказал Гарри. — Аскет был стар и считал, что мир заполнен демонами.

— А разве, сука, не так? — вопросил Виталик. — И вы с одним из них сотрудничали.

— Ты ж сам разведчик и должен понимать истинную ценность оперативной информации, — сказал Гарри.

— Несмотря на то, что Лига Равновесия по всему миру признана террористической, сука, организацией?

— Так уж получилось, — сказал Гарри.

— Вот за это мы вас, англичан, и не любим.

Борден пожал плечами.

— Да плевать, — сказал он.

— И за это тоже, — сказал Виталик. — Ну, допустим, я отдал вам то, за чем вы сюда приперлись. И что бы вы, сука, стали делать дальше? Куда отправились? Какой враг короны мешает вам в первую очередь?

— Это был бы выбор Джокера, не мой, — сказал Гарри.

— И никаких подталкиваний в нужном направлении? Никаких, сука, мягких намеков?

— Корона заинтересована в преодолении кризиса в целом, — сказал Гарри. — Единичные цели не назначены и не интересны.

— Почему я тебе, сука, не верю?

— Потому что ты нас, сука, не любишь.

— Твой русский стал лучше, — констатировал Виталик. — И это меня, сука, тревожит. Для каких это целей ты его подучил?

— Переворот планировали, — сказал Гарри. — Забей.

— Ладно, давайте серьезно, — Виталик снял колбаски с огня, побросал их на большую тарелку и мы переместились в беседку с плетеной мебелью. — Допустим, вы получили здесь, что хотели. Какой, сука, план? Охота на Дока, как я понимаю, отменяется ввиду полной невозможности установить, в какую дыру он заполз?

— Мне бы очень хотелось взять его за жабры и вытрясти информацию, — сказал я. — А потом еще что-нибудь из него вытрясти. Например, душу. Но он может быть, где угодно, и выглядеть, как угодно.

— Допустим, — снова сказал Виталик. — Док лишился поддержки Ми-6. Насколько это его ограничит?

— Думаю, что слегка осложнит жизнь, но не более того, — сказал Гарри. — С финансами у них все нормально, боевиков можно набрать, где угодно, организационные вопросы они могут решать и другими способами.

— Это, сука, печально, — сказал Виталик. — Вы взрастили чудовище, Борден.

— Мы всего лишь помогли ему повзрослеть, — сказал Гарри.

— И это ведь у вас не в первый, сука, раз, — сказал Виталик.

— Возможно, эта стратегия была ошибочной, — признал Гарри.

— Возможно? — уточнил Виталик. — Он вас, сука, использовал, подставил, покрошил ваших агентов, чуть не отправил на тот свет тебя самого, и после этого ты говоришь, что, возможно, это была ошибка?

— В любом случае, принимаю такие решения не я, — сказал Гарри.

— Ну, я так понимаю, ты свое, сука, решение уже принял. И что будет, если ты вернешься к своим, так сказать, со щитом?

— В лучшем случае — почетная отставка, — сказал Гарри.

— А в худшем тебе просто башку, сука, прострелят, — согласился Виталик.

— Не знаю, к чему ты ведешь, но искренне надеюсь, что ты не собираешься меня вербовать, — сказал Гарри. — Давай уважать профессионализм друг друга, или как ты там говорил.

— Тебя, сука, вербовать? Да Боже упаси, — сказал Виталик. — Я просто пытаюсь понять, на что вы, сука, двое авантюристов, рассчитываете.

— Мы собираемся спасти мир, — на полном серьезе заявил Гарри. — А там хоть трава не расти.

— Похвальное, сука, желание, — сказал Виталик. — Но масштаб задачи немного несопоставим с вашими, сука, ресурсами.

— Путь в тысячу ли начинается с одного шага.

— И заканчивается, когда тебя вяжут погранцы.

Колбаски были вкусными и горячими, пиво было вкусным и холодным, хлеб был свежим, зелень хрустела на зубах. Что еще нужно, чтобы достойно провести этот вечер?

Немного уверенности в завтрашнем дне точно бы не помешало.

Но это совсем не такая история.

— Но допустим еще раз, что вы можете неограниченно перемещаться по всему миру, — сказал Виталик. — У вас есть, сука, самолет с бесконечным запасом хода, бесконечное же, сука, оружие, и вы знаете комбинацию клавиш, которой включается godmode. Куда вы полетите в первую очередь? Кто будет первой значимой мишенью? Ветер Джихада, Эль Фуэго, Камнепад, это чудовище гаитянское?

— Ты бы куда полетел? — спросил я.

— А как у тебя с работой по площадям?

— Хреновенько у меня с работой по площадям, — сказал я. — Только единичные мишени.

— Исходя из геополитических, сука, интересов России, я бы первым делом полетел в Китай, — сказал Виталик. — Больно близко к границе они там, сука, копошаться. Но если с работой по площадям хреновенько, то делать тебе там абсолютно нечего. Задавят, сука, массой, к хренам.

— Китайцы на вас не полезут, пока не решат проблему ядерного ответа, — заметил Гарри. — По нашим расчетам, у вас есть еще лет пять-десять, прежде чем государства начнут использовать некстов в своих геополитических играх. Если, конечно, мы столько протянем.

— Вы меня, конечно, оба извините, — сказал Виталик. — Но в угрозу контролеров класса "апокалипсис" я, сука, ни на грош не верю. Кто у нас самый мощный на данный момент суперхрен? Ветер Джихада? Но даже ему до масштабов апокалипсиса еще расти и расти.

— Он и растет, — мрачно сказал я.

— Но он, сука, не внезапен, — сказал Виталик. — На разрушение Израиля у него ушли почти сутки. Да, ракетами в него не попали, но если он будет угрожать всему миру, или хотя бы большей его части, на него не пожалеют и ядерной бомбы, и плевать на экологические последствия. А ядерный взрыв он гарантированно не переживет.

— Но ты же не дурак, и должен понимать, что Ветер Джихада — это только часть проблемы, пусть и самая на данный момент заметная и громкая ее часть, — сказал Гарри. — Вспомни того же вашего Суховея. Он был вполне внезапен, и если приложить его скилл к масштабам Ветра Джихада, то картина станет куда менее оптимистичной.

— Друг мой джокер, а не слишком ли много ты им, сука, рассказал? — мягко поинтересовался Виталик.

— Такая была ситуация, — сказал я.

— Если у тебя в будущем вдруг еще раз возникнет такая ситуация, будь добр, фильтруй, сука, базар.

— Непременно, — пообещал я.

— Количество некстов, достигающих предельно опасного порога будет расти по экспоненте, — сказал Гарри. — Если вы начнете шарашить по каждому ядерной бомбой, то скоро обнаружите, что вас окружает радиоактивная пустыня, по которой бродят недружелюбные нексты-мутанты, а бомбы кончились. Ядерное оружие — это крайний вариант, как всегда и было. И ничего хорошего после его применения все равно не случится.

— Я, сука, так и не понял, вы собираетесь щучить Ветра Джихада или нет?

— Не в первых рядах, — сказал я. — Док говорил, надо прокачаться.

— А, Док, сука, говорил, — понимающе потянул Виталик. — Значит, Ветра вы щучить не будете, Дока вы найти не можете, про Китай я по вышеприведенным причинам вообще молчу. Так какой же, сука, план?

— А какая, сука, разница? — спросил я. — Ты ж сейчас все равно своих позовешь, и начнутся эти вечные фигли-мигли на пару месяцев, а потом, если вдруг мне поверят и примут всерьез, а Гарри не расстреляют или не посадят навечно, цели буду выбирать уже не я. Безопасник как раз по этим правилам играл, и куда это его, сука, в конечном итоге привело? Родина сказала "надо", Безопасник ответил "есть", пошел и умер. Много ли пользы геополитическим, мать их, интересам он своей смертью принес?