— Ах, да, да, да… — Томми стал в спешке искать кольца по карманам и нашел их.

— Отлично! — Произнес священник. — Поехали по новой! Властью данной мне Богом, объявляю вас мужем и женой. Обменивайтесь кольцами и можете снова поцеловаться!

С улыбкой, проделав всю эту операцию, молодожены поцеловались.

Прогулки по паркам, шикарный ужин в ресторане на крыше одного из лучших отелей страны. Первую брачную ночь молодожены должны провести в роскоши и шике. Предоставив новобрачных друг другу, Мария, Брайан и Деррек отправились гулять по ночному Вегасу. Деррек не отходил от Марии ни на шаг, Брайан шутил в перерывах от приступов мечтательности, Мария наслаждалась обществом брата и друга. Устав от каблуков, она скинула туфли, отдала их Дерреку и с громким смехом понеслась по мостовой. Молодые люди с трудом держались на одном уровне с ней. Весь вечер оставлял четкое ощущение закрытой за спиной двери. Замок защелкнулся, ключ от прошлого не существует. Путь назад отрезан.

Когда тебе десять весь мир кажется непознанной загадкой. Ты радуешься жизни в полной беззаботности. Самые близкие для тебя люди всегда рядом, но… в один «прекрасный» момент все это рушится. Вместо родительских улыбок траурная процессия, плачущий дедушка, который потерял единственного сына и невестку. Разговоры взрослых о каком-то пьяном водителе и бедных Карле и Арнольде. И тяжелое осознание того, что родители больше не придут. Как объяснить маленькому мальчику, что его мама и папа погибли. По нелепой случайности. Вышли бы они из ресторана на десять, нет, даже на минуту позже, такси бы уехало без них. Да, тогда погиб кто-то другой, но кого это волнует? Правильно, твое горе не волнует никого. Горе вообще никого никогда не волнует, пока не коснется самого человека. Тогда и мир противен, и люди как куклы, надевшие свои маски: все говорят формальные слова соболезнования. Тебе они не нужны, тебе нужны мама с папой и все. Но… дедушка плачет, а мамина подруга объясняет, что мамы больше нет. Она говорит про ангелов, что забрали родителей на небеса, что мама с папой всегда будут наблюдать за тобой с небес и радоваться за тебя. В десять лет поверишь и не в такие сказки…

Когда тебе пятнадцать весь мир кажется тебе врагом. Все против тебя. Дед со своими устаревшими взглядами не понимает тебя. Сверстники… у них свои заботы. Парни пытаются накачать первые мускулы, девушки ярче накраситься. И все хотят поскорее расстаться с девственностью.

Её звали Инга. Редкое имя для города ангелов. Она не была звездой в школе, просто девушка. Так же как и Энтони, её воспитывали дедушка с бабушкой. Мать Инги скончалась при родах, а отца она никогда не знала.

После занятий она любила посидеть в библиотеке. Там и случился первый раз. Странно, переспать с девушкой первый раз в таком месте. Не в отцовском гараже, не на вечеринке, после пары бутылок пива и виски, а в библиотеке. Прямо возле стеллажей с книгами. Вроде, это был отдел с какой-то научной лабуденью. Здесь кроме библиотекаря и заядлых ботаников никто и не появляются. И если встреча с первым грозила серьезными неприятностями, то вторые только могли узнать, что процесс размножения может проходить не только посредством пестиков и тычинок.

Энтони расстелил свою джинсовою куртку и помог Инге устроиться на ней. Девушка нервничала, но он не заставлял её. Она сама этого захотела. Они просто сдружились. Сначала это была просто совместная работа над проектом, потом дружеские прогулки после школы. С каждым днем прогулки становились дольше, разговоры все откровенней. И… он нежно расстегивал пуговицы её блузки. Парень сам нервничал, ведь для него это тоже был первый раз. Как и любой подросток, он умудрялся доставать кассеты с взрослыми фильмами и в теории знал как «это» происходит. Но игра актеров на экране и собственные переживания — разные вещи. Ей было больно и Энтони винил за это себя. Он и сейчас помнил её окровавленные трусики, слезы и её шепот «Прости…» За что он должен её прощать?

После этого они неделю не общались. Потом, найдя в той же библиотеке, книгу об анатомии и разузнав все, смогли помириться. Инга была его первой настоящей любовью и первой партнершей. Их отношения длились до окончания школы, потом бабушка отправила её в колледж в Нью-Йорк и все. Клятва верности в аэропорту, улетающий борт.

Первое время они перезванивались, но со временем все свелось к банальному поздравлению по праздникам. Она окончила колледж, перевезла бабушку с дедушкой в Нью-Йорк и оставила город ангелов лишь в памяти. У неё престижная работа и о семье она не задумывается, а он… он пошел по стопам дедушки и стал дворецким. Работа такова, что на личную жизнь времени нет.

Энтони часто вспоминает Ингу. Странно, не так ли. Первый сексуальный опыт на почве гормонального перестроения организма в пубертатный период. Но именно эта девушка запала ему в душу. Он спал и с проститутками, в дни, когда ему давался выходной. И с дочкой садовника Лоуренсов, миловидной Мирандой Свифт. Но именно девушка по имени Инга была в мыслях молодого человека. Мария? Нет, никогда! Хозяйская дочь, это табу! Это объяснил ему еще дед.

— Это Мария, дочка Лоуренсов! Она нечета тебе! — Немного сурово, Джеймс Крафт наставлял внука.

— Она красива и… — размышлял в слух Энтони.

— Она хозяйка! — Сурово перебил его дед. — Учти, Энтони, Лоуренсы дали нам многое. Они дали мне работу, помогли, когда погибли твои родители, мы должны быть благодарны им. Возможно, когда-то и тебе придется работать на них, поэтому…

— Да, да! — Улыбаясь, Энтони приподнял руки, показывая, что прекрасно понимает слова деда и ничего дурного не имел ввиду.

Тогда он сделал это из уважения к деду и его «устарелым» принципам. Сейчас же он сам себя одергивает от мысли каких-либо отношений с Марией. Как и любой молодой человек, он испытывает к ней некоторую симпатию. Но такой мезальянс никому не нужен. А из-за похоти потерять престижное место работы — верх глупости. К тому же, Мария слишком стервозна для него, другое дело Инга. Но она далека. Вот и приходиться обходиться, как говорит сам Энтони, подручными средствами.

***

Родители. Их Энтони только помнил. Вечно молодые, жизнерадостные. С каждым годом их не хватает все больше. По сути, он один. Родители погибли, дедушка тоже ушел в мир иной. Даже Инга покинула его. Нет, он не винил никого в этом. Вообще, странно, когда люди начинают винить кого-то в происходящем. Ну, кто виноват, что в такси, в котором ехали родители, врезался пьяный водитель? Он легко мог врезаться в другую машину, столб или вообще ни во что не врезаться. Кто виноват, что сердце деда не выдержало второго инфаркта? Врачи? Абсурд! Они превосходно выполнили свою работу, боролись за его жизнь до последнего. Кто виноват в том, что Инга вернулась к родителям? Никто, она хотела этого и все! Поэтому искать виновных дело гиблое.

Интересно, как бы повернулась его жизнь, не погибни родители в тот злополучный вечер? Кем бы он стал? Уж точно не дворецким! Наверное, уехал бы с Ингой в Нью-Йорк. Начал карьеру каким-нибудь клерком в мелкой и никому не нужной конторе. Возможно, женился бы на Инге, создал семью. И никогда бы не вернулся в Лос-Анджелес. Но этот город не отпускал его. Энтони иногда посещает родителей и дедушку на кладбище. Три могилы находятся рядом. Молодая и улыбающаяся мама, немного строгий папа и дедушка, с лицом постаревшего отца. Тогда он дал волю чувствам. Энтони впервые увидел слезы мужчины. Теперь и сам он льет их, придя на кладбище. Они, наверное, гордятся им. В свои двадцать с небольшим стать дворецким семьи Лоуренсов и верно служить им. Служить… сколько раз ему предлагали не маленькие деньги за банальный шпионаж. Просто следить за хозяевами и рассказывать этим «акулам» подробности и сплетни. Смешно. Энтони никогда до этого не опустится. Во-первых, Лоуренсы приютили его, а могли просто выкинуть. Во-вторых, это не этично по отношению к работодателю. А в-третьих, какие они «акулы»? Так, пескари трусливые — не более.