— Не так стар… — задумчиво повторил режиссер. — Даже ваш сын уже женится…

— Что? — Недоуменно переспросил Дуайт. — Ты чего, Фарнольд? — Он по-дружески обнял режиссера за плечи.

— Мне тридцать пять, — опустошив очередной стакан, опустил голову Джеймс. — А чего я достиг? А? НИ-ЧЕ-ГО!

— Стой, попридержи коней. Ты один из лучших режиссеров нашей студии. Это уже достижение.

— А на личном фронте?

— А что на личном фронте, Казанова? — Послышался насмешливый вопрос из-за спины. Обернувшись, оба увидели стоящую за ними Донну. Сегодня она была в обтягивающих джинсах и в блузке с жабо. Ну, прям секретарша из фильма. Хотя, для этого мира реальность и кино едины.

— Ладно, я пойду. — Сказал Дуайт и отошел от парочки. Хотя, парочкой их можно было назвать с натяжкой. Он труслив в амурных делах, а она, хоть и догадалась о его чувствах, держит его на расстоянии. То ли считает, что мужчина должен делать первый шаг, то ли просто он ей не симпатичен. Кто его знает.

— Виски будешь? — Указав пальцем на стакан, выпалил Фарнольд. Ну, что первое пришло на ум.

Донна лишь покачала головой.

Дуайт оставил Фарнольда не только из-за появления Донны, в клубе появились Томми с Мэриенн. И Дуайт, как человек преклонного возраста, решил оставить за «главного» Томми и откланяться.

— Мистер Браун! — Поздоровалась с Дуайтом Мэриэнн.

— Здравствуй, дочь, — Дуайт по-отцовски поцеловал Мериэнн в щеку и пожал руку Томми.

— Ты уже уходишь, папа? — Спросил Томми.

— Да, что мне тут делать? Фарнольд уже порядком налакался, и я оставил его на Донну. А остальным мое общество не интересно. Как и мне их.

— Хорошо, как скажешь.

Дуайт со спокойной душой покинул клуб.

— Ты чего так напился? — Поинтересовалась Донна у Фарнольда. Они спокойно сидели у барной стойки. Девушка решила принять предложение выпить.

— Да так. Просто…

— Просто не напиваются, — делая глоток, произнесла девушка.

— А я напился. — Ответил Фарнольд.

— Нет, ну скажи? — Улыбнулась Донна.

— Понимаешь, — начал Джеймс, — я многого достиг в своей жизни, да. Я преуспевающий режиссер на престижной киностудии, я занимаюсь тем, ик… ой… занимаюсь любимым делом и получаю за это большие деньги.

Донна с улыбкой и интересом слушала пьяную болтовню режиссера.

— Это, конечно, хорошо, но в личной жизни у меня полное… полный…

— Полная? — С иронией спросила Донна.

— Ха-ха, — саркастически парировал режиссер. — Ну, ты меня поняла, ик… ой…

— Так в чем проблема? Познакомься с девушкой. Эм, — девушка покрутила головой, осматривая помещение. — Вон, смотри, Аманда Миллер. Хорошая девушка, правда, не везет в работе и любви. В работе попадаются только эпизодические роли, а в личной жизни одни козлы.

Фарнольд скептически осмотрел Аманду.

— Не, я не парнокопытное.

— Ну… — протянула Донна, скептически осмотрев Аманду. — А что тебе, собственно, не нравится? Нет, конечно, не секс-бомба, но все при ней. Да и личиком ничего.

— Вот и спи с ней, — парировал Фарнольд. Донна в ответ громко рассмеялась.

— Я не лесбиянка, меня девочки не заводят.

— А я лесбиянка, меня заводят, — пьяным голосом произнес Фарнольд. Донна снова залилась смехом.

— А я думала, что когда мужику баба нравиться, это называется гетеро. А оно вон как оказывается. Ну, ты насмешил. Слушай, завязывай с выпивкой. Пойди, освежись. — Девушка помогла режиссеру отойти от барной стойки и дойти до уборной.

— Дальше сам, иначе другие мальчики нас не так поймут, — шутя, ответила она, глядя как Джеймс, не твердой походкой скрывался за дверями туалета.

Божественное чувство — холодная вода отрезвляющей струей стекает по голове. Постояв несколько минут под водой, Фарнольд решил, что этого мало и прибегнул к более радикальным методам. Хоть и менее приятные ощущения, но результат лучше. Умывшись и полоснув рот от остатков отрезвления, Джеймс вышел к улыбающейся Донне.

«Ну и нафига я так напился?» — Мелькнула мысль в голове.

— Уже лучше? — Поинтересовалась девушка.

— Угу, — промычал в ответ режиссер.

Донна снова рассмеялась. Её звонкий смех так радовал его сердце.

— Продолжим наш разговор про ориентации? — С улыбкой спросила она.

— Донна, слушай, я… — запинаясь, начал Фарнольд. Видимо не весь алкоголь вышел из его организма. Шальная мысль, что если не сейчас, то уже никогда занозой засела в его мозгу. Мысль то засела, а вот врожденная робость не прошла. А дозы оставшегося алкоголя было мало для преодоления этого барьера.

— Фарнольд, успокой свои… феромоны, я и так все знаю. — Спокойно ответила Донна. Джеймс только и смог, что уронить челюсть на пол.

— Как? — Хриплым голосом спросил он.

— Обычно, — ответила девушка. И кокетливо улыбнувшись, добавила, — знаешь, а мне нравиться, что ты меня ревнуешь. Только ты… это, губу не раскатывай.

— Не приемлешь служебных романов? — Спросил режиссер.

— Нет, — задумчиво ответила девушка, — просто еще не разобралась, что чувствую к тебе: не любовь точно, но… — резко изменив тон, выпалила, — слушай, имей совесть!

— Что? — недоуменно переспросил Фарнольд.

— То! Давай, сменим тему. — Краснея и отводя взгляд, проговорила Донна. — Мне просто нравиться, как ты меня ревнуешь и все!

Теперь настало время Фарнольда заливаться смехом.

— Хорошо, сменим тему. — Успокоившись, ответил он. — Пойдем, если успеем, ты еще сможешь напиться.

— Я не ставлю себе такой цели, в отличие от некоторых.

Они дружно рассмеялись.

***

Мария неспешно поздоровалась со всеми, с кем сочла нужным. Заняв удачную позицию у окна, она с интересом слушала те обрывки разговора Диего и Рейчел, которые могла уловить во всеобщей толпе и шумихе. Да-а… Братец влип. Барышня, похоже, сама не знает, чего хочет. Ну, ничего. Это поправимо. Услышав все необходимое, Мария решила найти Деррека и выполнить вторую часть своего небольшого плана. Произвести впечатление было чем: широкие черные брюки-клеш от бедра из легкой струящейся ткани, черная блузка с полностью открытой спиной и проймой-американкой, жемчужное ожерелье, серьги к нему, почти сотня тончайших серебряных браслетов-колец на одной руке и жемчужина на серебряном шнуре на другой, высокий хвост из завитых легкими локонами волос, ярко-алая помада и лак ей в тон. Несколько небольших жемчужин блестели в копне шикарных локонов и высокие тонкие шпильки классических «лодочек» дополняли образ.

Деррек увидел Марию первым. Он даже немного поперхнулся коктейлем, моментально, впрочем, забытым. На миг потеряв девушку из виду, Деррек даже не сильно удивился, когда увидел ее прямо перед собой. Мария всегда умела незаметно появляться и исчезать.

— Закажи мне выпить! — без лишних предисловий начала Мария. Банальные «привет-пока» интересовали ее мало, — как тебе новая страсть моего дорогого братца?

— Ну, она ничего, но по сравнению с тобой серовата, — Деррек действительно так считал. Девушка вполне могла бы гордиться таким комплиментом, все-таки Рейчел выглядела восхитительно.

— То есть ты сравниваешь меня с какой-то приезжей… — несколько стервозно начала Мария, с удовольствием наблюдая за смущением парня. Она вообще любила казуистику, — расслабься! Я прикалываюсь, — прервала она его оправдания.

***

— Пошли, познакомлю тебя с Филисити! — Диего взял Рейчел за руку и повел сквозь толпу в сторону Филисити и их друзей. Дженна уже познакомилась с девушкой Диего сама, они уже о чем-то увлеченно болтали.

— Филисити, это Рейчел Хоу! — представил ее Диего.

— Приятно познакомится! — улыбнулась Рейчел.

— Мне тоже! Диего рассказывал про тебя.

— Вот как! И что же он про меня наговорил? — с легкой усмешкой спросила Рейчел.

— Что ты из Нью-Йорка и знакома с семьями, которые делали историю Америки.

— Диего преувеличивает, — рассмеялась Рейчел.

— Немного, — лукаво улыбнулся Диего и обнял Филисити.