Невесты дружно прыснули смехом, а юрист продолжила:

— …мужья Линду и Энтони, чтобы быть с ним в горе и радости, богатстве и бедности, болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Согласна! — Хором ответили Инга и Миранда и рассмеялись.

— Правом данным мне правительством штата Калифорния объявляю вас мужьями и женами! Можете поцеловаться!

Энтони повернулся к Миранде и нежно поцеловал её. Линда залихватски схватила Ингу, развернула её и в позе со знаменитого плаката с моряком поцеловала свою жену.

— Эй, молодожены! — произнесла Линда, когда смогла отлипнуть от Инги. — Успокойтесь! Нас ждут три дня и два люкса в самом дорогом отеле Лас Вегаса!

— А дети? — Взволновано спросил Энтони.

— Не переживайте, — вступила в разговор мисс Ламейер. — Я присмотрю за малышами.

— Поехали кутить! — закричала Линда и потянула Ингу к выходу.

Энтони остановился у коляски и посмотрел на своих малышей.

— Энтони, я ревную, — тихо прошептала Миранда.

— Не ревнуй, — улыбнулся Энтони. — Миссис Крафт.

— Эй, не вы чего?! — закричала Линда.

— Идем! — весело произнесла Миранда и потянула Энтони к выходу. К выходу в семейную жизнь.

* * *

Отель выглядел как новенький. Величие и помпезность 20 годов подходила и современному Лос-Анджелесу. Детище Криса Хоу будто вернулось из прошлого, заявляя гордо и смело окружающим о том, что красота и утонченность будет всегда в моде.

"Кристабель" так назвал Крис Хоу свой возрожденный из небытия отель. Сейчас он завтракал в своем личном номере в обществе Скарлетт. Девушка сидела за столом напротив Криса, в винтажном кресле, одетая в пеньюар в стиле тех времен. Она специально раздобыла его под стиль номера Криса.

Крис взял телефон и набрал номер Рейчел.

— Хватит, откладывать открытие, — сказал он Скарлетт. — Съездишь сегодня к Лоуренсам?

— Конечно, — ответила Скарлетт, отпивая кофе.

Рейчел взяла трубку не сразу. Крису пришлось три раза набрать номер сестры.

— Привет, Крис! — наконец она взяла трубку.

— Доброе утро, Рейч. Через три дня открытие отеля "Кристабель". Я хочу видеть тебя и Лоуренсов на открытие. Элизабет Лоуренс как захочет, но вы с Браем мои любимые гости.

— Да, мы с Браем будем. Про Лиз и Марию ничего не могу говорить. Ты звонил маме и папе?

— Нет.

— Почему?

— Еще не успел.

— Крис…

— Рейчел, если честно я не хочу звонить папе. Ему не интересно все это. Я не буду его уговаривать, унижаться перед ним. Выслушивает его сухие ледяные фразы лишенные всякого смысла.

— Я сама позвоню. И сегодня к тебе приеду. Жди. А пока у меня еще есть дела.

Рейчел положила трубку, и тут же набрала номер отца. Она знала, что если промедлит хоть секунду ее решительность и уверенность испарится.

— Да! — услышала она в трубке жесткий голос отца.

— Папа, это я Рейчел.

В комнате стало будто бы жарче. Рейчел открыла окно.

— Папа, — продолжила она. — В пятницу на этой неделе открытие отеля «Кристабель», нашего с Крисом отеля. Я хочу, чтобы ты и мама приехали на открытие. Для вас есть специальный номер. Крис обо всем позаботился.

Это было правдой, Крис велел сделать личный номер и для родителей.

— У меня много дел, Рейчел, — сухо ответил Даррелл. — Триумф каприза Криса сможете отметить без меня.

— Не в том дело сможем или нет! — резко прозвучал голос Рейчел. — Хватит отталкивать меня и Криса. Ты не думал, что наступит момент, когда ты обо всем этом пожалеешь, но будет слишком поздно. Крис все это делает чтобы произвести впечатление на тебя, чтобы доказать тебе, что он что-то может. Он в этом не признается даже под пытками, но это так. Вы с ним ведете себя как два эгоистичных придурка. Вы оба закрылись своей броней уверенности, холода и сволочизма. И ты думаешь, что это хорошо? Ты думаешь, что это правильно? Мы твои дети. И ты нам нужен, хоть ты и не лучший в мире отец. Но ты был когда-то другим. И мы тебя любим, и маму. Пожалуйста, папа, будь хоть ты старше и умнее Криса. Приезжайте на открытие. В пятницу в три часа дня. Отель "Кристабель".

Рейчел перевела дыхание:

— Ты знаешь, что умер Роберт Лоуренс?

— Да. Передай мои соболезнования семье.

— Спасибо. Подумай над тем, что я сказала и прими решение. До свидания. Привет маме.

Рейчел положила трубку, и устало вздохнула. Она была в шоке от самой себя. Она почти все высказала отцу. Но он даже не отреагировал. Ноль эмоций. Иногда Рейчел казалось, что отец нечто приближенное к киборгу. Ни чувств, ни эмоций. Как ему удается прятать их так глубоко? Как можно быть таким непробиваемым!

Ей пора ехать на Warner Brothers. А потом на студию Лоуренсов, пока Фарнольд не свернул съемки из-за ее участия в сериале. Рейчел все-таки удалось убедить его, что ее участие в популярном сериале пойдет только на пользу студии, и проектам с ее участием. Это как реклама. Сериал смотрят миллионы людей по обе стороны Атлантики. И все же она обещала каждый день приезжать на родную студию, чтобы Фарнольд был спокоен, что она не перебежала в чужой лагерь.

***

— Выглядишь ты шикарно, — сказал Крис, вошедшей в его номер сестре. Он надел пиджак и окинул взглядом свое отражение, улыбнулся сам себе.

— Ты тоже выглядишь хорошо, — ответила Рейчел. — Гости уже собрались и все наслаждаются праздником жизни.

— Скоро наш выход на сцену. Ты готова?

— Да.

— Как твой муж и свекровь? Они пришли?

— Удивишься, но да. Элизабет Лоуренс пришла. Она уйдет сразу же после твоего выступления.

— Твоя неуравнобешеная подружка здесь или сидит дома? — криво улыбнулся Крис.

Рейчел закатила глаза:

— Сидит дома.

— Значит все отлично. Кстати, ты…

— Что?

— Ничего.

— Нервничаешь?

— Нет. А ты?

— Я привыкла к сцене.

— Тогда пошли. Представим «Кристабель»!

Они спустились в холл отеля. Приглашения всем Крис подписывал лично. На это ушло много времени, но результат того стоил.

— Приветствую, вас, дамы и господа в отеле "Кристабель"! — обратился он к гостям. Рейчел знала, что речь Крис продумал заранее, и знала, что он блестяще сыграет непринужденную импровизацию.

Крис вкратце описал стиль отеля, и то, как ему пришла идея отреставрировать здание и дать ему новую жизнь. Это была красивая и благородная история. Отчасти это так и было, если не брать во внимание желание Криса самоутвердится, создать свою историю успеха.

В конце своей речи Крис не забыл поблагодарить архитекторов, рабочих, своего юриста Эндрю Смита и специалиста по истории XX века Скарлетт МакЭвой. По тому, как назвал Крис дизайнера отеля было ясно, что Скарлетт не просто дизайнер для хозяина отеля, да и сама она отнеслась к проекту с большей отдачей, чем это сделал бы кто-то другой. Последней слова благодарности за поддержку и участие получила Рейчел.

Рейчел взяла слово и поздравила брата с открытием отеля, пожелала "Кристабели" процветания, а ее гостям всегда чувствовать себя уютно и радостно в стенах этого чудесного отеля.

Раздались аплодисменты и в первые ряды гостей продвинулись Даррелл и Одри Хоу.

Слова Рейчел задели его за живое, но по телефону он опять не проявил эмоций. После разговора, у Даррелла началась борьба с самим собой. Он понимал, что сам загнал себя в угол. Но вот надо как-то выйти. Рейчел права, наступит минута, когда он и Крис пожалеют что вели себя как напыщенные эгоистичные болваны. Даррелл должен сделать первый шаг к примирению, кто-то должен быть умнее. Крису еще далеко до того, чтобы идти первому на примирение. Даррелл и сам к этому долго шел.

Одри была удивлена решением мужа лететь в Лос-Анджелес на открытие отеля, но она промолчала, улыбнулась, сказала "ок!", и пошла собирать вещи. На языке вертелось множество вопросов. Что же заставило Даррелла забыть пустую гордость, что с ним такое случилось. Но ей хватило ума ничего не спрашивать. Как бы там ни было, а решение ему далось не просто, и любой вопрос мог все разрушить.