Глава 27

Глава 27

Если и были какие-то капли жалости к молодому балбесу, то после этих слов тут же испарились. Прижав меня к боку ливора, он переместил мою затянутую в защитную перчатку ладонь к себе на пах, пытаясь быстрее закончить дело. До слуха доносились его тихие, хриплые стоны. Переживая нахлынувшее от разрядки удовольствие, пес тяжело дышал, полностью утратив контроль над ситуацией. Я нежно погладила тонкую шею, еще не успевшего заматереть парня, нащупала упрямо бьющуюся жилку и дрогнувшей лишь на мгновение рукой чиркнула «чешуйкой». В шлем ударила упругая струя крови. Парень оттолкнул меня, схватился за горло, захрипел, закашлял, булькая кровью, и медленно осел в дорожную пыль.

Мысленно поблагодарила тиена, желавшего обезопасить свою землянку и показавшего нам с Керолл, как активируются лезвия-чешуйки на защитных перчатках.

Оглянувшись в поисках свидетелей, бегло обвела взглядом ближайшие окрестности и облегченно вздохнула, не обнаружив ушедших на разведку псов и Гархара. Сердце кольнуло опасение за пропавшую парочку влюбленных. Секунду разглядывала рыжеватого шатена со скуластым, широким лицом, плоской седловиной носа и тяжелым подбородком, поросшим тонким пушком. На меня смотрели быстро стекленеющие знакомые желтовато-зеленые глаза Денгара. Кунц вполне мог быть его сыном. Но Денгар признавал за своих лишь беловолосых щенков с даром телепата.

Жалости к убитому не было, лишь брезгливость и немного сожаления, что пришлось второй раз стать убийцей. Правду говорят, что после первого раза все проще. Может дело в том, что он враг и моральный урод, который переспав со мной, не моргнув глазом, тут же разделает на бифштексы. А потом из шкуры сошьет жилетку.

— Руки подняла, — раздался чуть приглушенный незнакомый голос за спиной, и меж лопаток уткнулось узкое дуло лучевого оружия. — Не поворачивайся. Это ты его?

С выраженной хрипотцей, низкий голос принадлежал зрелому мужчине. Я подняла ладони, гадая, с кем еще довелось встретиться. Неужели кафарийские рейнджеры? Только их отряды мы не встречали в Мертвой зоне. И чего они назвали ее Мертвой? Вон сколько народу шастает.

— Он сам, — уверенно произнесла, продемонстрировав пустые ладони. — Чем бы я его достала? Кто вы?

— Ты землянка, — не спросил, а утверждающе произнес мужчина. — Как та другая? Откуда вы?

Другая? Мужчина знает про Керолл? Может она тоже в плену?

Страх за блондинку затопил мозг паникой. Подавила желание врезать ногой и локтем и сбежать. Обезоружить его я вряд ли смогу, а получить луч в спину вполне. Костюм защитит, но только секунд десять, потом лазер меня поджарит как куренка. Даже если вырвусь, не факт, что добегу до ближайших руин.

— Техас, Америка, — коротко представилась, замирая от догадки. — Ты тоже землянин? Но откуда ты здесь? Давно?

Я хотела развернуться и посмотреть на пленившего меня мужчину, но в позвоночник недвусмысленно упиралось пистолетное дуло.

— Эрленд Лиран из Норвегии, из Бергена. По первой специальности археолог. Участвовал в раскопках храма Кафы в Техасе. Меня и еще троих перетащили сюда псы-людоеды. Мы были в плену несколько месяцев…

Пока мужчина представлялся, повернулась, разглядывая жадно земляка, краем сознания пытаясь вспомнить, откуда знаю его имя. Пистолетное дуло грозило в десяти сантиметрах от меня. Не доверяя, он все еще держал меня на мушке.

— Ты сбежал? — я перебила говорящего, с изумлением уставившись на него во все глаза.

— Нет. Они поставили условия, а мы с Бьерном выполнили, — нехотя признался блондин.

— Какие условия?

Норвежец опустил оружие, спрятав за кожаный ремень, ощупывая взглядом мою фигуру.

Странно, прячет оружие, видимо, мутантов не боится?

— Создать вирус, — на меня зыркнул выжидающе-злой взгляд. — Дальше объяснять или ты в курсе?

— Так ты тот самый хакер, который это все… — я прервала речь и обвела рукой пространство вокруг.

Не скрывая потрясения, разглядывала стоящего передо мной виновника стольких бед, к которым примешивалась немалая толика моих. Смутное узнавание шевельнулось в голове при виде невысокой плотной фигуры, легкого золотистого загара, не скрывшего три глубокие борозды морщин на лбу, светлых с проседью, связанных в низкий хвост волос, бледно-голубых глаз, с лучиками морщинок, в которых светился нехороший огонек, мягкой линии губ и скул, упрямого подбородка с ямочкой.

Равнодушно мазнув взглядом по окровавленному трупу пса, норвежец, одетый в свободный серый комбинезон, заправленный в высокие ботинки, и потрепанную куртку с несколькими нашивками на рукавах, тяжело сел, уперев спину в мятый бок ливора. На широком ремне посверкивали металлической отделкой кожаные ножны — явный трофей.

Он уставился на отчетливо темнеющие, словно изгрызенные неведомым существом, сосульки кафарийских руин. Смотрел и словно не видел, погрузившись глубоко в себя. Опустившись перед ним на колени, невольно вслушалась в пугающую тишину, разглядывая город, над которым иногда кружили пугающие крылатые тени мутантов. Подумалось о гонтике, где-то там прокладывающем путь к заветной «Колыбели». Мысленно попросила у Кафы для него удачи. Неожиданно раздавшиеся слова заставили вздрогнуть.

— Сначала все было нормально. Псы казались хоть и дикими, но дружелюбными. Досыта накормили мясом. Правда, увели куда-то девушек. Знал бы я тогда, что это за мясо и что уготовили нашим девчонкам… — мужчина замолчал, по лицу пробежала тень, темные от загара пальцы жались в кулаки. — Нас с Бьерном брали в рейды в горы и на территорию соседней Кафарии. Сколько радости было, когда псы показали разбитый ливор. Чужие технологии, превосходящие земные. Мы с Бьерном были на седьмом небе от счастья. Даже смогли починить кое-что. Бьерн, безмозглый идиот, пристрастился к выпивке и разболтал псам, что мог бы легко завалить их систему охраны, чтобы проникать на территорию и охотиться. Помощник главного жреца оказался далеко не первобытным безмозглым дикарем. Он смекнул, что Бьерн не пустой бахвал, и мы разбираемся в электронике не хуже кафарийцев и предложил сделку. Бьерн выполняет свою угрозу, а торре исполняет наше любое желание. Конечно, мы мечтали вернуться домой. Да и Бьерну было интересно сходить на ту сторону. Все же Кафария — это не примитивная Сухала.

Блондин замолк, широкой ладонью провел по лицу, словно стирая тяжелые воспоминания. Я молчала, присев на пятки, понимая, что мужчина давно хотел выговориться.

— На основе программ, на ливоре, мы разработали и запустили вирус. Бьерн надеялся повредить систему охраны внешней границы. Он и представить не мог, что рухнет вся система.

Блондин застонал, опустил голову и закрыл лицо руками, вновь переживая моменты раскаяния.