Глава 29

Что главное в попытке пройти куда-то незамеченной?

Правильно, делать вид, что крайне занята и идешь по важному, даже, скорее, неотложному делу. Это придает любому существу невидимости больше, чем самая стойкая иллюзия.

Кстати, можно было попросить Сэйя поспособствовать в искусстве полностью незаметного перемещения, уж он-то точно знает надежных специалистов, но тут сразу два возражения.

Во-первых, это почти такой закон – если нужно что-то сделать незаметно, произойдет это так, что узнают все те, кому оно испокон века было не нужно. Да и иллюзии имеют неприятное свойство развеиваться в самый неподходящий момент. Спасибо, обстоятельства нашего знакомства с несостоявшимся женихом я запомнила надолго. И сделала вывод. Например – если хочешь сделать что-то хорошо, сделай сам, а если не умеешь – тем хуже для тебя.

Во-вторых, моё отсутствие как раз должны заметить. Как и то, куда я иду. Просто не придать особого значения.

Ну да, княжна же уснуть не сможет, если глубоко за полночь не погуляет в саду. Сейчас жалеть, что своевременно не озаботилась такой полезной привычкой, было уже поздновато.

Именно поэтому, отослав служанок спать, я отправилась в беседку. Но, естественно, перед этим переоделась. Потому что сил терпеть парадный наряд уже почти не было, да и сам корсаж, стоящий колом от драгоценностей, мог бы стать существенным препятствием на пути того, кто покусится на жизнь княжны. А постановка должна быть выполнена не просто хорошо, а убедительно. И если не получится сделать всё достоверно, никакие актерские таланты не помогут.

Слуги всё ещё сновали по коридорам, устраняя последствия прошедшего бала, так что я вполне уверенно и безбоязненно прошла к выходу в сад. Если у кого-то и возникли вопросы по поводу причины, заставившей меня отправиться куда-то в столь поздний час, он оставил их при себе, чем изрядно облегчил мне жизнь.

К сожалению, это было первым и последним везением, так что расслабляться все же не стоило.

Пока я медленно шла сквозь тускло подсвеченные заросли короткой живой изгороди, окончательно поняла одну вещь. Это не просто попытка повернуть всё в нужную сторону, а провокация. И мы на неё поддаемся. Я уверена, демоны прекрасно осведомлены о том, что драконы обращаются в случае смертельной опасности вне зависимости от того хотят они этого или нет. Но вот известна ли причина, по которой ни один потомок Тилиры не повернется спиной к тому, кому не доверяет? То есть – почти к любому. Как и то, что, если опасность действительно сильна, даже приказ Повелителя не поможет? Но есть один способ убить дракона так, чтобы тот не успел ничего сделать. Для этого доверенное лицо должно стоять прямо за спиной жертвы. И способ этот – не перерезание горла...

Закончив про себя эту мысль, я так же беззвучно выругалась и перешла на медленную рысь. Смысла в этом не особо углядишь – осмотреть труп я смогу только в присутствии Сэйя, но и тянуть дальше уже бессмысленно.

То, что в записке называлось “беседкой” представляло собой довольно монументальное здание из потемневших от старости толстых бревен, увитых вездесущим плющом, и от зала приемов отличалось разве что чуть более скромными размерами. В остальном же очень похоже, даже окна застеклены, что вызывало недоумение. В настоящий момент ставни плотно закрывали проемы, так что рассмотреть внутреннее убранство было невозможно.

Рядом никого не было, что не удивительно – инсценировать нападение на члена правящей фамилии в расширенном кругу действующих лиц всё же слишком нагло.

В отличие от окон, дверь была чуть приоткрыта, но царящая за ней густая темнота не особо вдохновляла на попытку проникновения. Даже с учетом ночного зрения, поскольку оттенки серого справлялись с маскировкой возможных врагов ничуть не хуже, чем самая непроницаемая чернота.

Поскольку отправляться вслед за так некстати умершим послом мне совершенно не хотелось, я вполне комфортно расположилась у входа, чутко прислушиваясь и оглядываясь. И только поэтому сдержалась от непроизвольного визга, заметив краем глаза выскочившего из беседки Сэйя. Но когти сами собой выросли, пробив неброские темные перчатки.

Вот ведь, одни убытки казне от этих визитеров...

- Почему ты не заходишь? – верный нашей легенде, демон с явной нежностью обнял меня за талию и наклонился к самому уху.

- Потому что жду, когда ты меня встретишь, – я в ответ возложила ладони на его плечи и со всей возможной лаской посмотрела на своего любовника. – Идём?

- Нет, – в ответ на молчаливое предложение пояснить Сэй наклонился ещё ниже и быстро зашептал. – Там особо негде спрятаться, и если на тебя нападут через какое-то время после того, как мы войдем, это будет подозрительно, – дождавшись моего кивка, он продолжил. – Как только получишь царапину, сразу беги, а я обернусь и сделаю так, чтобы никто не догадался, как именно он умер.

- А отсутствие крови? – эта мысль не давала мне покоя уже несколько часов. Ладно, если правильно оторвать голову, там уже никто особо не станет присматриваться к горлу трупа, но брызги просто обязаны остаться, иначе все напрасно.

- За это не беспокойся, кровь будет. Но тебе нужно унести пузырь из-под неё.

Да уж, совать под одежду всякую дрянь удовольствие небольшое, но улики необходимо скрыть максимально хорошо, поэтому я движением ресниц показала, что поняла:

- Насколько хорошо ты сдерживаешься в частичной трансформации?

Этот вопрос ещё более насущный, чем “кровавые” подробности. Если учесть, что Сэй принадлежит к семье, стоящей, если не во главе аристократии, то весьма к этому близко, его умение держать себя в руках высоко. Но это в теории. А мне как-то крайне не хотелось узнавать неприятные подробности прямо во время уже начавшегося действия.

- Неплохо. Но придется уходить в полную, иначе повреждения не объяснить.

Я вторично выругалась про себя, но уже намного более грубо.

Демоны в боевой ипостаси – прекрасные воины. Можно сказать, почти непревзойденные (если, конечно, их противник не обратившийся дракон), вот только эффект опьянения кровью никто не отменял. А меня придется, хоть и легко, но ранить. Поэтому шанс стать той, на кого бросится Сэй, довольно велик. Даже, если быть более честной – непомерно велик. Мертвый противник его не прельстит, а вот вполне живой, да ещё и истекающий кровью – вполне...

Так что бежать придется очень быстро, иначе ничто мирское меня волновать не будет уже прискорбно скоро.

- Сколько времени на подготовку? – я попыталась успокоить дыхание, чтобы сосредоточиться на предстоящем деле, но помогало слабо. Даже легкие поглаживания демона по моей спине больше раздражали, чем придавали уверенности.

- Не больше минуты. Готова?

Я глубоко вздохнула и улыбнулась максимально маняще и кокетливо. Кто бы за нами не наблюдал, они должны быть уверены, что это просто встреча возлюбленных, решивших согрешить подальше от чутких глаз и ушей.

Труп лежал неаккуратным комком возле низкой софы, потому заметила я его не сразу. Да и особо не присматривалась. Не из-за неприязни или слабого желудка, просто он свое уже отыграл, а нам нужно сосредоточиться на более важных проблемах.

- Его отсутствие заметили? – все же присела на корточки и, стянув перчатку, быстро мазнула кончиками пальцев по затылку. А потом быстренько вытерла руку об одежду трупа. Ему уже без разницы, а мне придется объяснять, в какой момент умудрилась испачкаться. – Я имею в виду – начали искать?

- Если и да, то к нам пока не обращались. Тебе нравятся мертвые драконы? – Сэй, искоса посматривая на меня, щедро окропил пол и стены беседки чем-то темным. Судя по мгновенно сгустившемуся специфическому запаху – той самой кровью, о которой мы говорили раньше.

- Мне вообще нравятся трупы. От них гораздо проще избавиться, чем от живых. И они молчат.

Демон ничего не ответил, только красноречиво хмыкнул, но мою правоту не оспорил. Хотя от этого конкретного усопшего проблемы были, да ещё какие, и все же винить его смысла нет – не думаю, что мечтой всей его жизни было вот так бесславно погибнуть в неподходящий момент, до невозможности осложнив дипломатические отношения двух народов. Даже и не двух – если начнет война, она заденет всех. Это не местная стычка за право косить луг между двумя деревеньками, боюсь, после нынешнего конфликта мир прежним уже не станет. И хотя об этом рано говорить и, уж тем более – загадывать, думать о том, каким он, этот мир, будет позже, стоит уже сейчас.

Все же я обманула Сэйя, труп кое-что мне поведал. Пусть и не по собственной воле, да и даром поднятия мертвых я не обладаю. Как впрочем, и кто-либо вообще – старые бабкины сказки о неупокоенных, бродящих среди живых, не более, чем выдумка, придуманная для запугивания детей. Слишком много сил нужно будет вложить в труп, чтобы заставить его хотя бы пошевелиться. Не говоря уже о том, что это не разовый аттракцион – поток должен быть непрерывным, а магическое истощение при этом будет постигнуто через несколько минут. И стоит ли оно того – так рисковать, если для имеющего дар мага гораздо проще воспользоваться новой, живой кандидатурой в добровольные помощники?

Итак, на палец ниже линии роста волос была ранка. Маленькая, почти незаметная царапина треугольной формы. Уверена, попробуй я измерить её глубину, окажется, что она уходит в шею достаточно, чтобы пройти между позвонками и войти сзади в мозг. Горло перерезали чуть позже, чтобы очевидная смертельная рана не давала терзать умы на тему причины смерти. Ну, и особо не рассматривать труп – и так ведь понятно, от чего он умер.

“Последняя милость”.

Вид казни для тех, кого нельзя пощадить, но Повелитель решил проявить доброту и умертвить мгновенно. Мало кому известно, что у моего отца, как и его предшественников, была способность на несколько секунд отсрочить обращение любого подданного, пусть даже и в самой плохой ситуации. Например, если этого подданного живым рвут на куски. Да, нужен плотный, едва ли не физический контакт, но это возможно. Потому и не существует в Сандории публичных казней для драконов. В глазах подданных правитель должен быть строг и непреклонен, но все же справедлив и милостив. А такое зрелище вполне способно пошатнуть эти постулаты.