Маркиз де Сад

ДИАЛОГ МЕЖДУ СВЯЩЕННИКОМ И УМИРАЮЩИМ

(1782)

СВЯЩЕННИК – В сей последний час, когда с глаз заблудшего человека спадает пелена, и он видит жестокое изображение своих ошибок и недостатков – скажи, сын мой, раскаиваешься ли ты во множестве грехов, в кои ты был повергнут страстями и человеческой слабостью?

УМИРАЮЩИЙ – Да, друг мой, раскаиваюсь.

СВЯЩЕННИК – В таком случае, предайся мукам покаяния, во время того краткого срока, что еще отпущен тебе прежде чем ты узришь Небеса и получи отпущение грехов твоих, запомни – ты можешь обрести его только через Святое Причастие.

УМИРАЮЩИЙ – Я понимаю вас не больше, чем вы понимаете меня.

СВЯЩЕННИК – Как это?

УМИРАЮЩИЙ – Я сказал вам, что раскаиваюсь.

СВЯЩЕННИК – Я слышал, как ты это говорил.

УМИРАЮЩИЙ – Да, но не пытаясь понять.

СВЯЩЕННИК – Объясни.

УМИРАЮЩИЙ – Терпение. Я раскрою перед вами исток. Я сотворен Природой, сотворен с очень жестокими склонностями, с необузданными страстями и оказался на этой Земле с единственной целью – потворствовать им и удовлетворять их; и эти аспекты моей сущности, являющиеся сколь ничтожными, столь и неизбежными, непосредственно базируются на фундаментальных законах Природы или, если вам угодно, являются ничтожными, но неотъемлемыми производными, следующими из ее понятий в отношении меня, все в соответствии с ее законами, я раскаиваюсь лишь в том, что не признавал ее всемогущества в полной мере, как было должно, я сожалею только, что слишком скудно использовал дары (преступления – в вашем понимании и абсолютно нормальные действия – в моем) коими она наградила меня для служения ей; иногда я сопротивлялся ей, в чем теперь раскаиваюсь. Введенный в заблуждение вашими абсурдными доктринами, вооруженный ими, я бросал бессмысленный вызов желаниям, привитым мне намного более сокровенным вдохновением, и в этом я раскаиваюсь, я срывал лишь случайно подвернувшийся цветок, в то время, как мог бы насладиться обильным урожаем плодов – вот причины моих сожалений, сделайте мне одолжение, позвольте не называть другие.

СВЯЩЕННИК – Гляди-ка! Куда твои ложные доводы заведут тебя, к какому пути ты придешь со своей софистикой! Ты приписываешь Творцу, все свои грехи, включая те низменные наклонности, которые сбивают тебя с пути истинного, ах! И не замечаешь, что они являются лишь продуктом испорченной природы, коей ты приписываешь всемогущество?

УМИРАЮЩИЙ – Дружище, мне кажется, что ваша философия столь же ложна, сколь и ваши мысли. Скорее читайте свою молитву или же позвольте мне умереть спокойно. Что вы подразумеваете под Творцом и под испорченной природой?

СВЯЩЕННИК – Творец – властитель вселенной, основание всего, Он есть тот, кто вызвал все, создал все, и тот, который обеспечивает это все Своим всемогуществом.

УМИРАЮЩИЙ – Действительно, значительная фигура. А Теперь скажите мне, почему столь замечательный Господин, коего вы описали, создал такую испорченную природу?

СВЯЩЕННИК – При всем человеческом тщеславии, Господь оставляет людям выбор; какие качества можно обрести в наслаждениях, неужели на Земле мало возможностей для того, чтоб творить добро и противиться злу?

УМИРАЮЩИЙ – Стало быть, ваш бог испортил свою работу преднамеренно, чтобы потом соблазнять или проверять созданное им, значит, он не знал, не предвидел заранее – каков будет результат?

СВЯЩЕННИК – Несомненно, он знал это, но, тем не менее, желал оставить выбор за человеком.

УМИРАЮЩИЙ – И почему же, зная обо всем с самого начала, будучи столь всемогущественным, как вы мне говорите, он не смог заставить свое создание делать правильный выбор?

СВЯЩЕННИК – Никому не дано постигнуть обширные планы Бога относительно человека, кто же сможет изобразить универсальную схему вселенной?

УМИРАЮЩИЙ – Любой, кто упрощает вопросы, друг мой, любой, и, прежде всего, тот, кто избегает преумножения вопросов, чтобы не спутать конечный результат. Какая надобность во второстепенном, когда вы не способны разобраться в первичном; если сама Природа содержит в себе все, что вы приписываете вашему богу, то почему вы ищите кого-то, кто был бы ее повелителем? Причина и объяснение того, что вы не понимаете, является, возможно, наипростейшей вещью в мире. Совершенствуйтесь в материальном – и вы лучше поймете Природу, постигните первоисточник, изгоните ваши предубеждения – и у вас не будет никакой потребности в боге.

СВЯЩЕННИК – Несчастный человек! Я мог бы разгромить тебя не хуже, чем армии социниан, мне нужно сразиться с тобой. Но для меня стало ясно, что ты – атеист, и твое сердце закрыто для подлинных и неисчислимых доказательств существования Творца, которые он являет нам каждый день – больше мне не о чем с тобой говорить. Слепцу не вернешь зрения.

УМИРАЮЩИЙ – Спокойней, друг мой, между двумя понятиями есть разница: тот, кто сам завязывает себе глаза, наверняка, видит меньше чем тот, кто отводит слепоту от своих глаз. Вы сочиняете, нагромождаете, мечтаете, увеличиваете и усложняете – я просеиваю и упрощаю. Вы копите ошибки, налепляете их одну на другую – я сражаюсь с ними всеми. Кто из нас слеп?

СВЯЩЕННИК – Так, значит, ты вообще не веришь в Бога?

УМИРАЮЩИЙ – Нет. И по одной очень простой причине: совершенно невозможно верить в то, чего никто не понимает. Между пониманием и верой должна существовать непосредственная связь; понимание – вот оплот веры, там, где прекращается понимание – умирает и вера, и те, кто, несмотря на это, продолжают говорить, что верят – лгут. Вы – проповедник, я игнорирую веру в бога, которую вы пытаетесь мне навязать, и вы потерпите фиаско, поскольку не можете продемонстрировать мне господа, потому что не в ваших силах приблизить меня к нему, следовательно, вы не понимаете его, а посему не можете привести мне ни одного разумного довода; итог в том, что все, выходящее за рамки понимания является либо иллюзией, либо просто бесполезно, и, поскольку ваш бог хочет быть и тем и другим в первой инстанции, я должен быть безумцем и глупцом, чтобы верить в него. Друг мой, докажите мне, что материя инертна, и тогда я уступлю вашему богу, докажите, что Природа не самодостаточна – тогда я воображу себе, что ею управляет внешняя сила, а до тех пор ничего не ждите от меня, я поклоняюсь лишь доказательствам, а доказательства получаю только через свои ощущения: моя вера не простилается дальше их пределов, и без них она исчезает. Я верю в солнце, потому что вижу его, я считаю его центром всей огнедышащей Природы, его постоянное движение забавит меня, но не поражает. Основание всего – это лишь механическая операция, возможно, столь же простая, как работа электричества, которую мы пока не способны понять. Продолжать дальше? Когда все про вашего бога будет доказано мне – чем я буду вознагражден? Необходимо ли будет по-прежнему делать усилие, по крайней мере, столь же большое, как раньше, чтобы понять причину, по которой трудится ремесленник? Вы вовсе не оказываете мне услуги, проповедуя вашу химеру, вы смутили мой разум, но не просветили его, вместо благодарности, я испытываю негодование. Ваш бог является машиной, которую вы изготовили в угоду страстям, коими вы же и манипулируете, но однажды вы натолкнетесь на мину, которую я обезвредил на своем пути и чувствую от этого удовлетворение; ныне, когда душа моя требует покоя и философских размышлений, вы тревожите меня своими загадками, но ни в чем не убеждаете, теперь душа моя и я сам прибываем в согласии, поскольку так распорядилась Природа и потому, что в ней есть равная потребность как в недостатках, так и в достоинствах; всякий раз, когда ей требовалось направить меня по пути зла, она так и делала, когда ей нужны были мои добрые поступки, она пробуждала во мне желание совершать их, и я делал все точно в соответствии с ее предписаниями. Достаточно лишь взглянуть на нее, чтобы узреть причины непостоянного человеческого поведения, и в ее законах не придется искать никаких иных причин, кроме ее собственных потребностей.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: