Я все еще, вроде как, ненавижу его за то, что он так чертовски горяч.

Особенно, с тех пор, как он позволил себе потусоваться на Экспо.

В отличие от своей повседневной одежды в Остине, которая в основном состояла из футболок, джинсов и клетчатых рубашек, Декс променял свою обычную одежду на черную майку. Это была черная безрукавка, которая давала возможность видеть каждый дюйм этих точеных рук под толстыми слоями чернил и лучший вид на красные татуировки, которые протекали от спины по его плечам к груди.

Черт бы его побрал.

В пекло его.

Декс посмотрел на меня секунду дольше, после чего, выпрямившись, сказал:

— Я собираюсь немного прогуляться. Если кто-то будет искать меня, звони.

Я кивнула, зная, что у меня нет его номера, но подмечая, что у Слима есть.

Он задержался на минуту, выпрямляясь в полный рост, потом нагнулся назад ко мне. Жар его кожи опалил мою, проникая глубоко в мускулы.

— Сон оторвет мои яйца, если я позволю кому-то воспользоваться его младшей сестренкой.

Ох, мать моя женщина.

И как будто этого было мало, клянусь Марией и Иосифом, я почувствовала, как его нижняя губа прижалась к моему правому виску.

— Мне нравится, когда ты вся такая милая и игривая, — добавил он.

Это было чудо, что я не окочурилась прямо на месте, когда он отошел. Какого хрена это было?

Когда я посмотрела на Шейна, он с любопытством наблюдал за мной, прежде чем ушел с Дексом.

Ну… Это было странно. И, и, и, святое дерьмо. Что там было о милой и игривой? Это прозвучало так, как будто он представляет меня щенком или чем-то вроде этого. Я должна отключить свои мозги и выкинуть из головы то, что он сказал.

Декс-придурок. Декс-придурок. Декс-придурок.

Уф!

Я закрыла свои мысли глубоко в подсознании на неопределенный срок, споря сама с собой о том, стоит ли следить за столиком или смотреть на шедевр Слима для записи. Казалось все, что делает Слим, было шедевром точных линий, деликатности и цвета. Все парни в «Пинз» были действительно хороши, некоторые лучше других в определенных вещах, но я всегда думала, что Слим наиболее талантлив. Возможно, на уровне с Дексом, когда он вообще работал, но обычно он выигрывал. Обсудив свои варианты за долю секунды, я откатила кресло, чтобы посмотреть, как он, сгорбившись, набивал тату парню в виде старого пиратского корабля прямо на середине мускулистого плеча.

Я не говорила ни слова, пока наблюдала за ним, так как не хотела отвлекать его от мужчины, который был так же взволнован, заказывая работу Слиму час назад.

Но у моего друга Слима были другие мысли. Его зеленые глаза блеснули на меня.

— Что это было?

— А? — притворилась я дурочкой.

Слим отодвинул пистолет от кожи клиента, промокнув капельки выступившей крови, после чего покачал головой.

— С каких пор вы, ребята, лучшие друзья навеки?

За последний месяц я поняла, какими болтливыми могут быть ребята, ну, особенно Слим и Блейк. Если я неопределенно отвечу на его вопрос, могу поспорить на моего первенца, что Слим придет к какому-то сумасшедшему умозаключению, чего бы мне не хотелось. Так что я решила сказать правду.

— Я слышала, как вчера вечером он перданул. Это вроде как растопило лед.

Его легкий свист сказал мне, что этого достаточно. Он хмыкнул и поднял вопросительно бровь прежде, чем приступил к работе.

— То, что нужно.