Я съежилась и спрятала лицо под его подбородком, уткнувшись носом в его горло. Перед моим лицом промелькнуло уязвленное лицо Слима в баре. Я не очень часто злю людей, но когда я это делаю, то злю всех вокруг. Эх.

— Надеюсь, в скором времени не появится ничего такого, о чем я должна буду рассказывать тебе. Я рассказала тебе больше, чем кому бы то ни было. Даже больше, чем Сонни, — я вздохнула. Еще один человек, которого я разозлила. Единственный человек, которого обычно я выбешиваю очень редко. — Последний раз, когда мне делали химиотерапию, я ничего не говорила ему, пока у меня не закончилось лекарство. Он так взбесился на меня из-за этого, Чарли. Я уже была уверена, что больше никогда его не услышу.

Его пальцы похлопали по моему бедру.

— Это было как раз после аварии, в которую попала его ма?

— Да, поэтому я ничего и не говорила ему. Он был в таком стрессе после этого происшествия, и его работа отнимала так много времени. Я не хотела доставлять ему еще больше хлопот, — объяснила я.

Декс хмыкнул где-то в глубине своего горла. Его длинные пальцы художника протанцевали по моему тазу.

— Теперь все встало на свои места. Припоминаю, как он рвал и метал несколько лет назад. Переломал все в своем доме, подрался с половиной клуба. Он вел себя как чертов придурок, пока не свалил. Никто из нас не знал, куда он уехал.

Стоп. Я и понятия не имела, что он все это натворил. Он заявился в дом к бабуле с окровавленными костяшками, но я была так обеспокоена нашими отношениями, и, кажется, время для драк было совсем не подходящее.

— Тогда он приехал к нам и остался на месяц. А теперь он злится, потому что я не рассказала ему про историю с «Басти».

— Он это переживет, — сказал Декс, сжимая мое бедро.

— Со временем.

Он снова хмыкнул.

— Он бесится, но переживет это. Тебе только нужно перестать утаивать все дерьмо, которое с тобой происходит.

— Я знаю, — вздохнула я. — Я знаю. Я не буду. Больше ни от кого-то из вас.

Эти знающие пальцы, покрытые черными чернилами, переплелись с моими и он тихо рыкнул:

— Надеюсь, что нет.