Мы лежали в объятиях друг друга долгое время. Тишина между нами была комфортной и легкой. Никто из нас не ощущал необходимости заговорить, чтобы заполнить тишину. В этом просто не было необходимости.

И затем его голос нарушил ее.

— Ты могла бы выбрать любого из тех мужчин.

Я поджала губы, когда задумалась, затем согласилась:

— Я могла бы. Было добрых пять... хорошо, шесть минут, которые Маркус казался мне очень хорошим кандидатом.

— Маркус? — Его голос звучал немного оскорбленно. — Маркус? Ты, должно быть, шутишь! Он любит делать это жестко. Ты бы возненавидела секс. Он бы съел тебя заживо, Миа. — Он усмехнулся, пробормотав себе под нос. — Маркус. Что за шутка.

Хитрая улыбка появилась у меня на лице. Я очень тщательно обдумала то, что собиралась сказать дальше.

— Ну, сейчас, когда я уже не девственница, возможно, я его забронирую. Было бы здорово увидеть другую сторону...— Я взвизгнула, когда Куин навалился на меня, мои руки были над головой, он удерживал их своими сильными руками за запястья.

Его взгляд был острым как нож, а голос низким и опасным:

— Ты никого не будешь бронировать. Ты официально вне игры.

Дразнящая улыбка появилась на моем лице. Мой голос звучал с придыханием из-за ощущения его тела на моем. Воспоминания о прошлой ночи нахлынули на меня. Мой желудок сжался от восхищения, и я прошептала наполовину искренне:

— Я всего лишь шучу, Куинн.

Он не отвечал мне на протяжении долгого времени, но когда заговорил, мои соски стали твердыми горошинками. Он грубо произнес:

— Если ты чувствуешь, что не насытилась, Миа, все что тебе нужно, — это сказать лишь слово.

Я открыла рот, чтобы заговорить, но ничего не вышло.

Черт бы тебя побрал, дерзкий ответ! Где же ты?

Его губы изогнулись в ухмылке, и я пропала.

— Тебе нужно больше этого? — он прижался своими бедрами к моим. Трение было поразительным.

Раздвинув мои ноги и приподняв вверх мою юбку, Куинн обосновался между моими бедрами, потираясь своей твердостью, спрятанной за тканью джинсов прямо там, где я нуждалась в этом. Я застонала. Громко.

Но потом его уже нет. Мои глаза проследили за тем, как он встал, нагнулся, чтобы поправить штаны и засыпал проклятиями.

— Бл*дь, Миа. Ты же сестра моего лучшего друга.

И вот она я, ноги раздвинуты, как у распутной девицы, трусики на виду. Я быстро прикрыла себя, все еще не доверяя себе, чтобы заговорить.

Он повернулся ко мне, уперев руки в бедра, глядя себе под ноги, сказал:

— Я не могу это сделать. — Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Я не буду лгать. Ты роскошна, Миа. Когда бы я ни находился возле тебя, такое впечатление, что я не могу от тебя оторваться. — Он сделал паузу, затем тихо добавил. — Я хочу тебя, но не могу сделать это.

Я еще раз обдумала сказанное. О, Господи. Я только что услышала то, что услышала? Мэтт Куинн только что сказал мне, что я роскошна! И не только это, также он сказал, что не может от меня оторваться. От меня! Здесь можно было бы вставить мой визг.

Разрази меня гром, но я не дам этому шансу ускользнуть!

Я собиралась сделать все, что нужно, чтобы не упустить Мэтта Куинна.

Когда я посмотрел на Мию, то встретился взглядом с ее выразительными глазами. Ее взъерошенные яркого темно-каштанового цвета волосы лежали на плечах, полные губы разомкнулись, на них был нанесен тот самый розовый блеск, который мне так нравился, говорить ей «нет» было тяжелее, чем я думал.

Какое-то время она не двигалась, но потом зашевелилась. Она выскользнула с кровати, ее зеленый сарафан в горошек собрался вокруг бедер, она подошла ко мне босиком. Когда Миа встала передо мной, то тихо заговорила:

— Мы же никому не причиняем боль, Куинн.

Бл*дь, она меня убивала.

— Я не могу этого сделать. Это кажется неправильным.

Она потянулась руками себе за спину, и я услышал явный звук расстегивающейся молнии. Я прищурился.

— Что ты делаешь?

Тяжело сглотнув, она сказала дрожащим голосом:

— Мы взрослые. И оба согласны на это. Я не вижу в этом проблемы. — Она расправила плечи, и верх ее сарафана спал, выставляя напоказ ее совершенную фарфоровую кожу, мягкий животик и шелковый кружевной белый бюстгальтер.

Так нечестно.

Я боролся с желанием застонать. Вместо этого, я уставился на ее грудь и заявил:

— Из меня не получится бойфренд. — Я поднял голову и отыскал ее глаза своими. — Если ты его ищешь, то это не я.

Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла слабой.

— Я знаю, Куинн. Ты работаешь в эскорте. Я не хочу, чтобы ты бросал свою работу. — Она широко улыбнулась, но я мог видеть, что улыбка была притворной. Она попыталась отшутиться. — Ты, вроде как, хорош в этом.

Я пришел в замешательство.

— Тогда что? Мы будем трахаться, пока нам обоим это будет подходить? Я не... я имею в виду, что ты хочешь от меня? Потому что я не так уж много могу тебе предложить.

Зацепив большими пальцами пояс своего сарафана, она осторожно толкнула его вниз по ногам, давая ему упасть на пол, при этом оставшись только в белом кружевном лифчике и подходящих ему крошечных шелковых трусиках. Она посмотрела на меня из-под опущенных ресниц.

— Я просто хочу поиграть.

Мои руки действовали сами по себе, они скользнули за ее обнаженную спину и прижали ее к моему телу.

— Итак, ничего серьезного? Просто секс? — Она залилась румянцем, кивнув. — И это останется между нами. Гарри ничего не узнает. — Она покачала головой. И я почувствовал себя придурком. Это была сестра Гарри. Но, бл*дь, она была невероятной. Черт побери, я почти согласился. Но мне нужно было еще кое-что уточнить. Моя рука целеустремленно скользнула вниз по ее спине, на попку, аккуратно сжимая и поглаживая ее. — И если ты начнешь с кем-то встречаться, наше время игр закончится.

Ее глаза быстро закрылись от ощущения моих рук на ее попке. Она ответила, задыхаясь:

— Хорошо.

Я прижал ее ближе, обожая то, что это происходило на самом деле. Мне не платили за то, чтобы я устраивал шоу. Мои истинные эмоции и чувства выставлены напоказ и женщина, с которой я находился, заводила меня как по щелчку пальцев. Это был мой первый сексуальный опыт за два года вне моих заказов, и я собирался насладиться им.

— Я хочу твои губки, детка. — Мой голос звучал напряженно и почти хрипло. Теперь был мой черед отдавать приказы. Я собирался заняться с кем-то сексом, просто потому что хотел этого. Это было замечательное чувство. Чувство свободы.

Глаза Мии встретились с моими, и похоть, которую я в них уловил, была для меня как афродизиак в чистом виде. Потянувшись, она взяла мое лицо в руки и привлекла к себе нежно, так, будто я был чем-то драгоценным, и она не хотела меня сломать. Ее губы находились рядом с моими, она выдохнула мне в рот, и мой член встал по стойке «смирно».

Но связь между нами — это было нечто иное. В момент, когда ее губы коснулись моих, я был потерян. Исчез холодный, спокойный настрой, который я в себе выработал. Это же было первобытное чувство. Я нуждался в ней, и я собирался иметь ее всеми желаемыми способами, если она мне это позволит.

Прижавшись к ее сладким губам сильнее, я застонал ей прямо в рот, уже задирая свою футболку. Оторвавшись от нее лишь на секунду, я снял ее и бросил туда, где она и должна была быть — прочь.

Ее маленькие ручки обосновались на моих бедрах, держа меня, и я нахмурился. Когда в последний раз меня так касались? Так, будто я был обычным парнем, который целуется с девушкой? Я даже не смог вспомнить.

Прохладные кончики пальцев разгладили мои брови. Она проговорила напротив моих губ:

— Перестань беспокоиться. Мы не делаем ничего неправильного. Гарри никогда не узнает.

Я не поправил ее предположение, а просто кивнул.

— Ты права.

Я обернул руки вокруг нее и поднял Мию, игнорируя протестующие визги, пока нес ее к кровати. Я провел пальцем по ее щеке.