Саттон улыбнулась Лейну и опустилась на шелковые подушки.

— Вы хорошо выглядите, миссис Брэдфорд.

— Спасибо, дорогая. Скажи мне, ты замужем?

Странная волна жара вдруг опалила все ее тело, Саттон взглянула через арку. Эдвард заходил в гостиную из фойе, впившись в нее взглядом и облокотившись на дверь для поддержки.

Саттон прочистила горло и попыталась вспомнить, что ее спросили.

— Нет, мэм. Я не замужем.

— Ах, как такое может быть? Приятная молодая леди, как ты. Ты должна успеть завести детей, пока будет не слишком поздно.

«На самом деле, я немного занята управлением многомиллиардной корпорации в данный момент. Но спасибо за совет».

— А как вы, миссис Брэдфорд?

— О, я очень хорошо, спасибо. Эдвард хорошо обо мне заботится, не так ли?

И миссис Брэдфорд указала рукой с огромным бриллиантом на Лейна, мужчина кивнул и улыбнулся, как бы соглашаясь на какое-то время побыть Эдвардом. Скрывая свое удивление, Саттон снова посмотрела в арку.

Настоящий Эдвард был совершенно не похож на того Эдварда, по крайней мере, того обычного Эдварда, которого миссис Брэдфорд помнила, как своего старшего сына.

По какой-то причине это несоответствие, заставило Саттон сказать:

— Уверена, что он прекрасно о вас заботиться, — ее голос стал хриплым. — Эдвард всегда знает, как со всем справиться.

Дамы должны носить колготки.

Джин сидела на краю бассейна в саду, босыми ногами, проводя ленивые круги по теплой воде, и была рада, что никогда не носила колготок. Или комбинаций. Или перчаток.

Хотя последние две вещи были явно пережитком прошлого. Как, пожалуй, и леггенсы, и утягивающее белье, хотя ее мать, конечно же, не выходила на улицу, не надев чулок.

Однако, она явно не была похожа на свою мать, несмотря на общее имя.

И сегодня было очень жарко, не было даже ветерка в этой части сада, благодаря высокой кирпичной стене, которая окружала со вкусом сделанные в геометрической пропорции цветники и дорожки. Щебетали птицы на цветущих фруктовых деревьях, а вверху, в небе собирались тучи, предвещая грозу, ястреб парил в воздухе, без сомнения, выискивая свой ужин.

Амелия отправилась домой к Честерфилд Маркум... так, по крайней мере, сообщил мистер Харрис до начала официального посещения. И это было отлично. Филд и Амелия были друзьями еще со времен, когда они оба носили памперсы, по крайней мере, Амелия не будет в ближайшие часы маячить в доме, поэтому никому не попадется на глаза. Их отношения — Филда и Амелии носили исключительно дружеский характер, никакой романтики и секса.

Но профессор?! Боже, Джин думала о стихийном исключении своей дочери из элитной школы, находя его вполне правдоподобным, но до конца непостижимым. Но опять же, она не очень хорошо знала свою дочь, поскольку с самого детства так и не смогла установить с ней контакт. Возможно, сказывалось то, что она сознательно слишком уж часто уклонялась от своих родительских обязанностей: ее собственные родители день ото дня не проявляли особенного интереса к ее жизни, но у нее была, по крайней мере, мисс Аврора.

И только посмотрите, насколько хорошей она выросла.

Почувствовав дурноту, Джин сняла свой короткий жакет, но оставила шарф Hermès на шеи. Ей захотелось прямиком в одежде спрыгнуть в бассейн… и раньше, будучи подростком, она бы именно так и поступила. Сейчас же, даже на это у нее не было сил. Да... и зрителей… тоже не было.

— Так это приглашение на свадьбу или на прием?

Джин на минутку прикрыла глаза, услышав слишком знакомый голос.

— Самюэль Ти. я думала, ты не придешь.

Его шаги приближались к ней, он остановился у нее за спиной, но она отказывалась смотреть в его сторону.

— Как я мог не отдать дань уважения твоей семье, — протянул он. — Итак, мы говорили о твоей свадьбе.

Раздался шшчч, и она уловила тонкий аромат табака.

— Кубинская сигара, — пробормотала она, разглядывая свои ноги в аквамариновой воде.

— Так что это? То, что ты выслала мне по электронной почте всего лишь полчаса назад? Там две орфографические ошибки. Мне нужно научить тебя пользоваться проверкой орфографии в Outlook?

— Я выхожу за муж, но приема не будет, — она махнула рукой через плечо, указывая на дом. — Ты же видишь, как к нам стало относиться общество. О чем говорить? Как мы низко пали?

— Ах. Уверен, ты найдешь способ, переориентировать финансы. Возможно, на какую-нибудь одежду? Или маленькие безделушки, которые будут соответствовать твоему кольцу… ой, нет, это же работа Ричарда, не так ли, и он, конечно, сделает все правильно. Сколько это алмаз весит? Фунт? Три?

— Пошел ты, Самюэль.

Он не ответил, и она повернула голову. Он по-прежнему стоял на месте, только теперь склонялся над ней, хмурясь, опустив немного авиаторы, внимательно разглядывая ее, держа в одной руке свою соломенную шляпу, а в другой — сигару.

— Что? — спросила она, поскольку он продолжал на нее пялиться.

Он указал сигарой на нее.

— Что это у тебя на руке? — она развернулась обратно к бассейну и отрицательно покачала головой. — Ничего.

— Это явно синяк.

— Нет, не синяк.

— Я же вижу.

Он опустился рядом с ней на корточки и взял ее запястье.

— Отпусти!

— Это синяк. Что, черт возьми, происходит Джин?

Она выдернула свою руку и накинула на себя пиджак.

— Я слишком много выпила и ударилась обо что-то.

— Ударилась? Тогда почему здесь отчетливо видны отпечатки пальцев?

— Тебе кажется, я ударилась о дверной проем.

— Дерьмо, — он притянул ее к себе, а потом опустил глаза на ее шею. — Что ты скрываешь под шарфом, Джин.

— Прости?

— Сними шарф, Джин. Или я сделаю это сам.

— Теперь ты не имеешь права снимать с меня одежду, Самюэль Ти., — она встала на ноги. —Ты можешь уйти? Или уйду я. По любому, этот разговор…

— Ты никогда не надевала шарфы, когда была со мной, — он выдохнул дым ей прямо в лицо. — Что происходит, Джин?

— Ничего.

— Я убью его, если он прикладывается к тебе кулаками. Я убью этого ублюдка, — Внезапно, лицо Самюэля Ти. превратилось в маску ярости, и в этот момент, она увидела в нем желание ее защитить. Несмотря на то, что он был похож на человека, сошедшего со страниц модного журнала, в своем сшитым на заказ льняном костюме, и был настолько красив, как Ф. Скотт Фицджеральд... но ни у кого не возникало сомнений, что Самюэль Ти. был способен свести Ричарда Пфорда в могилу или любое другое живое существо.

Но он не хотел на ней женится. Она уже спрашивала его об этом, и он сказал ей «нет».

Джин скрестила руки на груди.

— Он просто резко попытался меня подхватить, чтобы я не упала.

— Мне показалось, ты сказала, что ударилась о дверной проем.

— Я ударилась о косяк двери, а затем Ричард подхватил меня, — она закатила глаза. — Ты что, на самом деле, думаешь, что я вышла бы замуж за кого-то, кто грубо со мной обращается?

В ответ Самюэль Ти. очередной раз затянулся своей сигарой, но выдохнул дым в сторону, чтобы он не достиг ее лица.

— Что? — отрезала она. — Я ненавижу, когда ты так на меня смотришь. Просто скажи, что ты думаешь, чтобы это ни было.

Он какое-то время молчал, а потом наконец заговорил, и голос его, казалось, специально был низким и спокойным.

— Джин, ты не в самой отчаянной ситуации, как думаешь. Этот финансовый бардак… все наладится. Люди по-прежнему покупают ваш бурбон, и финансовое положение вашей семьи восстановится. Не делай глупостей.

— Я по карману Ричарду, — она пожала плечами. — И в этом его ценность, несмотря на то, будут ли у моей семьи деньги или нет.

Самюэль Ти. мотнул головой, словно она его ударила.

— По крайней мере, ты даже не пытаешься притворяться, что любишь его.

— Браки строились и на гораздо меньшем. В моей семье существует прекрасная традиция выходить замуж за достойных кандидатов. Не врачей или юристов. А людей, имеющих реальные деньги.

— Мне следовало знать, что рано или поздно ты это скажешь, — выругавшись, он холодно улыбнулся. — Ты никогда не разочаруешь меня. Получай удовольствие трахаясь со своим мужем, думаю, когда ты лежишь на спине, думаешь об Англии. Или Бергдорфе?