Обращает на себя внимание тот факт, что успехи в области научного знания были достигнуты при относительно низком уровне материального производства. Это позволяет думать, что в основе ряда достижений лежали не практический опыт и наблюдения, а умозрительные заключения. Самостоятельных математических и астрономических «школ» в тот период еще, очевидно, не существовало. Изучение перечисленных дисциплин было связано с традицией вед, с разработкой теоретических и практико-религиозных вопросов именно ведийской традиции, при этом нужно иметь в виду, что сочинения были записаны много позднее. Изустная передача столь сложных тем (в частности, математических расчетов и задач) предполагает исключительно высокий уровень обучения и практических рецептов для их запоминания и сохранения.

Значительного развития достигли познания индийцев в области медицины, хотя они были тесно переплетены с магическими представлениями. Очень много заклинаний против болезней содержится в «Атхарваведе». Вместе с тем накапливался и значительный полезный опыт. Индийцы умели определять более сотни болезней (лихорадка, чахотка, дизентерия, ревматизм, проказа и др.) и имели представление о лечебном эффекте многих лекарственных растений. Кроме микстур применялись мази, ингаляции, окуривание дымом. Полоскание рта, омовения при совершении религиозных обрядов свидетельствуют о понимании (правда, не всегда осознанном) гигиенического значения водных процедур. В «Ригведе» (IX.112.1) уже упоминаются профессиональные лекари (бхишадж). Занятие врачеванием в то время еще не стало предосудительным: даже Агни (Атхарваведа V.29.1) или Ашвины (VII.53.1) уважительно называются лекарями.

Искусство. В этой области достижения ведийских индийцев были весьма скромными. Жили они преимущественно в небольших поселениях, города немногим отличались от деревень. Храмов не строили; погребальный культ, если не считать поминальных трапез, практически отсутствовал; нет прямых данных и о наличии изображений богов и идолопоклонстве. А ведь главными памятниками, на основании которых мы судим об архитектуре и изобразительных искусствах древних народов, являются обычно культовые сооружения (храмы, статуи и т. д.). В последние годы индийские археологи обнаружили много образцов древнейшей индийской живописи. Воспроизведение охотничьих сцен, видимо, восходит еще к неолиту, в поздних же встречаются изображения всадников и колесничих. Какие из дошедших до нас рисунков относятся именно к ведийскому периоду, сказать трудно, но традиции художественной росписи, видимо, существовали и в то время. Изделия художественного ремесла (материалы археологии) носили, как правило, светский и утилитарный характер. В ведийских «текстах» имеются данные о музыкальных инструментах — вине (струнный инструмент типа лютни), флейте, кимвалах, барабанах разного рода. Музыкой сопровождались домашние обряды (например, свадьба), ритуальные тексты произносились нараспев. В одной из поздних упанишад, «Майтри-упанишаде» (VII.8), в числе тех, с кем мудрецу не следует общаться, упоминаются танцор и актер, что говорит о появлении профессий этого рода, а также о том, что общественный статус актеров был невысоким.

Мы остановились на самых общих чертах культурного развития ведийской Индии — теме чрезвычайно широкой и многоплановой. Богатейший материал литературы, интенсивные исследования индийских археологов, пристальное внимание к проблемам ведологии большого круга ученых разных специальностей — залог того, что в скором времени многие научные вопросы, которые еще остаются неясными, будут успешно решены. Но и сейчас можно утверждать, что ведийская культура явилась важнейшей основой для историко-культурного развития. Литература оказала огромное влияние на становление и эпической, и классической словесности, ее сюжеты и образы вошли составной частью в культурный фонд Индии. Сложившиеся в далеком прошлом познания были разработаны последующими поколениями математиков, астрономов, медиков, грамматиков. Огромным было воздействие ведизма и концепций упанишад на духовную жизнь древней и раннесредневековой Индии. Это воздействие проявилось в становлении как индуистских, так и неортодоксальных религиозных и религиозно-философских систем.

ИНДИЯ В МАГАДХСКО-МАУРИЙСКУЮ ЭПОХУ

С середины I тысячелетия до н. э. обозначились или получили оформление те характерные явления социально-экономической жизни, которые прослеживаются и в дальнейшем, — употребление железа, развитие земледелия, ремесла и торговли, рост городов, монетное обращение. Исключительно большое значение имело создание Маурийской империи. Положительным фактором было расширение торговых и культурных контактов с соседними народами. Изучаемый период ознаменовался подъемом культуры, утверждением и распространением буддизма — одной из трех мировых религий.

Согласно раннебуддийским сочинениям[715], в годы жизни Будды[716] в Северной Индии существовало 16 махаджанапад (великих стран) — Анга, Магадха, Каси (Каши), Косала (Кошала), Ваджи (Вриджи), Малла, Чеди, Вамса (Ватса), Куру, Панчала, Маччха (Матсья), Сурасена (Шурасена), Ассака (Ашмака), Аванти, Гандхара, Камбоджа. Некоторые материалы позволяют относить их к периоду несколько более раннему, чем середина VI в. до н. э.[717] Приведенный список, конечно, включал не все государства Северной Индии, а лишь самые крупные и могущественные. В действительности число их значительно превышало указанное — у Панини, например, упоминается более тридцати джанапад, названия которых он привлек для иллюстрации грамматических правил, в пуранах — уже 175[718].

Постепенно одни джанапады расширили свою территорию, другие, потерпев поражение, вошли в состав более крупных, и в источниках о них уже не говорится как о самостоятельных. Ведущей политической силой Северной Индии, центром, вокруг которого гало объединение государств, стала Магадха. Впервые это название встречается в «Атхарваведе» (V.22.12), но затем оно появляется во многих древнеиндийских сочинениях — брахманах, араньяках, эпических поэмах, шастрах, пуранах и т. д.[719]Большинство свидетельств по ранней истории Магадхи содержится в источниках, время создания которых определяется весьма приблизительно. Первые точно датированные памятники относятся лишь к III в. до н. э. Очень важны данные династических списков пуран, но в них не указываются абсолютные хронологические рамки. К тому же их сведения часто противоречат южной — ланкийской традиции.

В сочинениях, описывавших жизнь Будды, в качестве его последователей упоминаются магадхские цари Бимбисара и Аджаташатру. Согласно ланкийским хроникам, Будда умер на восьмом году правления Аджаташатру. Если за дату смерти принять 486 г. до н. э., то началом правления этого царя следует считать 493 г. до н. э. (если же в соответствии с другой точкой зрения за исходное взять 483 г. до н. э., то второй цифрой будет 490 г. до н. э. и т. д.). Тем же годом (т. е. 493-м либо 490-м) завершается правление Бимбисары, который, по традиции, был убит своим сыном Аджаташатру. Ланкийские хроники сообщают о 52-летнем правлении Бимбисары, что позволяет относить начало его к 545–544 гг. до н. э. По «Махавамсе» (IV.1–8), Аджаташатру (пал. Аджатасатту) находился на троне 32 года, Удаябхада (Удаин) — 16, Ануруддха и Мунда — 8, Нагадасака — 24, Шишунага (Сусунага) — 18, Калашока (Каласока) — 28 лет и его сыновья — 22 года. Таким образом, сведения южной традиции позволяют выстроить следующую хронологическую схему: Бимбисара — 545/544–493 гг., Аджаташатру — 493–461 гг., Удаин — 461–445 гг., Ануруддха и Мунда — 445–437 гг., Нагадасака — 437–413 гг., Шишунага — 413–395 гг., Калашока — 395–367 гг., сыновья его — 367–345 гг.[720]