– Можно… Надо изъять у Казимира видеоматериалы. Изъять и уничтожить. Думаю, кассета с последней съемкой еще в видеокамере, – та, на которой запечатлена ты, с трупом у пещеры…

– Кто же меня снял?! – изумилась Ирина. – Хозяин, по-моему, даже к воде близко не подходит…

После ее рассказа найти кандидата на роль подводного кинооператора было не так уж трудно. Светлов сказал уверенно:

– Старуха. Старуха-лобаста. Я думал, ты догадалась, зачем она вас «опекает»…

Дальше он говорил командным тоном, не допускающим сомнений и возражений:

– Проберись в его дом. Ищи камеру «SONY», она скорее всего в водонепроницаемом боксе, но, может быть, Казимир ее оттуда уже достал… Надо вынуть кассету, если уже вынута – отыскать и унести.

Про водонепроницаемый бокс Светлов придумал на ходу – чтобы у мутантки не возникло подозрений: как же бытовой камерой ее умудрились запечатлеть под водой?

– И что потом?

– Потом мы уедем отсюда. Вместе. В нашу лабораторию, к знающим специалистам, – сказал Светлов чистую правду.

Да, именно так. В Контору он вернется триумфатором – предоставив наглядное доказательство существования водоплавающей нелюди. И сам, сам спланирует операцию по отлову мутанток! Спланирует так, что произойдет непредвиденная случайность: Казимир и трое его подручных погибнут при задержании… Время продумать детали будет. Если удастся захватить кассету – всё у него будет…

А если не удастся…

Тогда разочарованный суб-аналитик Светлов покаянно явится пред суровые начальственные очи: напрасно, дескать, съездил, лишь убедился – нет русалок и никогда не было.

– Саша, я боюсь… – сказала Ирина. Прозвучало это по-детски, жалобно. – Мне нельзя входить в его дом…

– Он запрещал?

– Нет, но… Я знаю – нельзя…

– Ты же сама говорила: умеешь ходить бесшумно, незаметно… Пойми – это твой единственный шанс выпутаться из поганой истории… Единственный! Если кассета уйдет к хозяевам Казимира – я ничем помочь не смогу. Ты должна это сделать!!!

Терять было нечего, и Светлов вложил в ментальный посыл все оставшиеся силы.

– Хорошо… – сказала Ирина, поднимаясь. – Встречаемся через два часа здесь же. Если я не приду, то…

Она не договорила, шагнула в сторону озера. Затем, словно передумав, резким движением прильнула к Светлову. Поцелуй был нежным, страстным, но… Но Александру показалось, что в нем ощущается привкус чего-то мерзкого, гнилостного… Возможно, то было самовнушение – не каждый день приходится целоваться с нелюдью.

– Замечательно! Просто семейная сцена! – насмешливый голос заставил их отпрянуть друг от друга.

На краю ложбинки стоял человек в камуфляже. И целился из пистолета – не то в Светлова, не то в Ирину.

– А теперь, милая леди, отойдите от него. Медленно, без резких движений.

Александр вглядывался в лицо незнакомца. Нет, раньше они не встречались. Но целился мужчина все же в русалку… Оперативник Конторы? Долгожданная кавалерия из-за холмов? Где ж они были, когда Светлова топили, как котенка?!

Ирина сделала шаг назад. Второй. Третий…

Сейчас он пристрелит ее, подумал Светлов, и пропадет последняя надежда вернуть кассету… И всё. Конец… Как именно Контора поступает с изменниками, Светлов не имел понятия. Но, возможно, ему еще придется пожалеть о чудесном спасении со дна Улима.

Дальнейшее стало внезапным порывом, о последствиях Светлов не задумывался.

– Беги! – завопил он, сопровождая вопль сильнейшим ментальным посылом. И рухнул на землю, не желая подставляться под шальную пулю.

Звуки двух выстрелов раскатились по лесу гулким эхом. И больше не звука… Тишина… Даже птицы испуганно смолкли.

Вставать не хотелось. Хотелось лежать и лежать, прижимаясь лицом к мягкому мху… А еще больше хотелось открыть глаза, проснуться в своей псковской квартире, и отправиться в налоговую инспекцию – ставить на учет фирмочку с незатейливым названием «Рассвет-2000».

Вместо этого у самого лица Светлов увидел ботинки. Высокие, шнурованные.

Владелец ботинок – судя по металлическим лязгающим звукам – вынул из пистолета обойму, зарядил новыми патронами, вставил на место… А на Светлова не обращал внимания, как будто валявшиеся у ног суб-аналитики давно стали для него самым обыденным делом. Поднадоевшим.

Ситуация выглядела странной, а молчание – нелепым… Но начинать разговор с человеком, лежа у его ног – еще более странно и нелепо. Светлов неохотно поднялся на ноги, проклятые джинсы тут же сползли на колени, опять пришлось придерживать их руками. Оперативник издал непонятный звук – словно бы задавил на корню смех…

Светлов злобно взглянул на него, затем – туда, где должно было лежать тело Ирины. Не лежало! Промахнулся…

Он облегченно перевел дух. Теперь надо как-то внятно объяснить только что сделанное… Но для начала неплохо познакомиться. И убедиться, что человек в камуфляже – из Конторы. В жизни бывают самые разные совпадения. Мало ли кто и по какой надобности мог оказаться в лесу с пистолетом.

– Светлов, я полагаю? – сказал незнакомец, не иначе как прочитав мысли Александра (утвердительных интонаций в словах было куда больше, чем вопросительных). Тут же отрекомендовался сам:

– Полевой агент Лесник.

И вновь замолчал.

– Это была русалка… – начал Светлов, ожидая, что его перебьют удивленным восклицанием: какая еще русалка?! Не бывает!

Лесник не перебил, спокойно ждал продолжения. Не дождавшись, сказал равнодушно:

– Я вообще-то догадался. Не первый раз сталкиваюсь.

– А мне… – Светлов осекся. Слава первооткрывателя русалок утекала, как вода сквозь пальцы…

– А тебе говорили, что русалки не существуют, – закончил за него Лесник. – Но ты их нашел-таки. И возликовал, как семиклассник, открывший существование мастурбации. Молодец.

Неведомая сила буквально подняла Ирину над землей. Подняла и понесла вперед. Скорость, с которой она бежала, казалась невообразимой.

За спиной послышался хлопок, потом еще один. Выстрелы? Выстрелы… И стреляют в нее.

«За что? За что? Что я им сделала?» – подумала Ира и тут же поняла: за что… Пришло желание упасть на землю, прижаться к траве, не убегать, не прятаться, подождать того человека с пистолетом, и…

Но тело отнюдь не желало дожидаться пули в затылок. Тело мчалось вперед, деревья мелькали перед глазами. Что характерно – ни разу Ирина не зацепилась за ветку, ни разу не споткнулась о корень: тело жило своей жизнью, реагируя на препятствия самостоятельно, предоставляя мозгу полную свободу думать о чем угодно…

Лес кончился. Ирина призрачной тенью пронеслась по открытой полоске берега, беззвучно нырнула… Озеро ждало ее, распахнуло с готовностью свои воды, как материнские объятия – принимая и защищая. Здесь твой дом, здесь никто не обидит и никто не найдет…

Холодная свежесть хлынула в жабры, теперь Ирина думала о них без недавнего содрогания и отвращения… Ничего противного или неестественного… Пальцы пробежались по жаберным щелям, мягко массируя нежные края. Она их любит. Они ей нужны…

Здесь, в безопасности, надо поразмыслить…

Странно: совсем недавно, рядом с Сашей, и потом, во время безумного бега по лесу, – Ирина вспоминала недавние события как человек, обычный и нормальный, для которого убийство – нечто запретное и отвратительное…

Сейчас всё изменилось.

Паренек, оставшийся лежать с перегрызенной глоткой на окровавленном одеяле, не вызывал никакого сочувствия. Похотливый щенок без единой мысли в голове, типичная жертва алкогольного зачатия. Кто будет убиваться по его ничтожной жизни? Даже эта глупая телка, его подружка – не будет. Невелика потеря, только свистни – набегут точно такие же, прыщавые и сексуально озабоченные…

Ирина раскинула руки, придавая телу горизонтальное положение. Солнечные лучи сквозь воду касались кожи, как мягкие и нежные перышки, – ласкали, согревали…