В какой-то миг энергия, струящаяся внутри, ослабла. Сайарадил уронила руки, и плотные струи тотчас упали вниз, разбившись о пол тысячами брызг. Что было дальше, она наблюдала как будто со стороны. Те, кто мог ходить, кинулись к выходу, налетев в дверях на опоздавших учителей. Сая зажмурилась, чтобы не видеть их разгневанных лиц, и, кажется, впала в забытье, а когда открыла глаза, оказалась в больничном крыле, где лекари молча обрабатывали ее обожженные руки. Наставник Арамил был рядом, за его плечом маячил учитель Нармаил.

Сая ожидала расправы, но жрецы отчего-то даже не повышали голоса. Наставник нес успокаивающую околесицу; старик Нармаил молчал, но знакомое восхищение в его глазах вдруг натолкнуло Сайарадил на мысль. Стиснув зубы от боли, она приподнялась на локтях и недоверчиво спросила:

— Вы ждали этого?

Глаза Нармаила вспыхнули еще ярче, а на лице наставника появилось такое виноватое выражение, что Сая уверилась в своей правоте. Настроить всех против — и выжидать, когда произойдет трагедия… Разве это не подлость, которую так осуждают жрецы?

Или… всего лишь разумная тактика, которую жрецы воспевают.

— Кто-нибудь пострадал? — с замиранием сердца спросила Сая.

— Никто не умер, — успокоил учитель Нармаил с поразительной беспечность в голосе.

Если так, то почему ее туника забрызгана кровью?.. Никто не умер. Губы сами расплылись в ухмылке. Умерших нет. Жрецы позаботились об этом.

Сайарадил согнулась пополам и захохотала.

'Это шок' — понял наставник и беспомощно посмотрел на Нармаила, но тот лишь довольно улыбался. Подавив внезапное раздражение, Арамил взял Саю за плечи, встряхнул и сказал ей строго:

— Я буду ждать за дверью. Пришло время ответов… И не забудь плащ!

Несколько минут Сая сидела, вперившись невидящим взглядом в сложенные стопкой чистые вещи. Она вдруг поняла, что боится получить ответы.