Откуда исходит этот голос? Я не видела никого в комнате.

— Исчезни, — ответил Рис. — Все усилия впустую. Это место слишком нестабильно.

— Возможно, требуется больше практики, — ответил голос.

Я вытянула шею, пытаясь найти лучший угол для обозрения двери, при котором я все еще оставалась бы незамеченной, но эта часть комнаты оставалась не в поле моего виденья. Кто-то еще пришел с ним? Пронзительный звук ударил по ушам. Я решила, что, вероятнее всего, это эффект от разбивающегося стекла.

— Я практиковался, Портер, и ты это знаешь. Ты видел меня практически каждый день в течение года, так скажи, я улучшил свои умения?

— Да, сэр, — ответил голос.

— Да, но оно все равно разваливается каждый раз, — отрезал он. — На разбор всех этих записей самостоятельно уходит слишком много времени.

— Боюсь, что…

— Ты ничем не можешь мне помочь. Я знаю, — тихо прозвучал голос Риса.

Слабый высокий звук становился все громче. Я моргнула, он отвлекал меня от разговора внутри. Мне нужно было узнать больше. Мне нужно было понять, что это за место. У Риса был ответ, но не думаю, что он будет рад меня увидеть здесь.

Раздался резкий треск. Я осмотрелась. Трещина тянулась вдоль окна чуть выше меня, угрожая снести стеклянную женщину пополам. Снова треск, и на ее лице, словно молния, прошло ветвление трещин. Я отвернулась как раз вовремя. Окно осыпалось мелкими осколками вокруг меня. Я вскрикнула, когда некоторые осколки впились в мои руки.

— Что это было? — требовательно воскликнул Рис.

— Должно быть, мне следовало упомянуть об этом раньше, — спокойно отозвался голос. — У нас посетитель.

Рефлекторно, я рванулась через сад в фойе. Рис уже блокировал выход на лестницу, а потоки стекла ползли через дверь в библиотеку.

В панике я нырнула в святилище. И сразу же пожалела об этом. Но куда еще я могла пойти?

— Портер, — потребовал Рис. — Останови ее.

— Не могу, — отозвался глухой спокойный голос.

Я повернулась, ища его источник. Маленькое зеркало на стене возле двери отражало призрачное лицо.

— Что значит, не можешь? — спросил Рис, входя в дверь.

— Не могу, — повторило зеркало.

С низким разочарованным рычанием Рис сделал хватающий жест. Я вскрикнула, потеряв равновесие — усики стекла извивались по полу, пытаясь ухватить меня за ногу, тем самым приковав к полу.

Пританцовывая, я проскочила мимо Риса, остановившегося у двери.

— Держите ее! — закричал он сердито, но я, уже не останавливаясь, мчалась вниз.

Я пролетела вниз по лестнице и выскочила из зеркала. Закрыв корой дерева проход, привалилась к нему, жадно глотая воздух. Я похлопала руками по своей куртке и замерла. Я уронила журнал своей мамы. Он, должно быть, упал где-то в башне, но если я за ним вернусь, Рис…

Грудь сдавило. Я бросилась к дому. Дождь все еще моросил, так что пока я добралась до двери, окончательно промокла. Не могу поверить, что потеряла его!

Я приняла горячий душ, чтобы согреться. Что мне делать? Как получить дневник обратно? Рис определенно имел контроль над башней, и я никак не могла быть лучше его в этом. О Боже, думала я, чуть не уронив шампунь, я же увижу его в школе. В понедельник. Он явно какое-то подобие…. мага… Не знаю! Все это так странно. Я должна притвориться, что никогда не видела башню? Притвориться, что не видела, как он управлялся со стеклом жестами и силой мысли? Я не уверена, что смогла бы. Когда жизнь стала настолько сложной? Все, что я хотела, так это найти связь с моей мамой. Способ вернуться домой. С каждым усилием, которое я прилагала, это казалось все более неосуществимым.

Когда я спустилась вниз, Беа уже вернулась и заканчивала ужинать. Молча я села за стол, предвидя снова неизвестный ужин. Беа поставила передо мной тарелку с зеленой фасолью, морковью и жареной картошкой. На ней явно отсутствовала свинина, говядина или жареная курица, которые обычно сопровождали каждый прием пищи. Я взглянула на Беа. Должно быть, вопрос отразился у меня на лице.

— Говори правду, — сказала она. — Ты одна из тех «овощных» людей, не так ли?

Я покраснела.

— Да.

Она вздохнула.

— Могла бы сказать. Я не привыкла выбрасывать еду. Я не расстроюсь, если ты честно скажешь, что тебя не устраивает. Я предпочитаю готовить еду, которая будет съедена. Хорошо?

Я моргнула. Она была… Думаю, на самом деле, она пыталась быть милой. На душе потеплело.

— Да, мэм, — искренне сказала я. — Спасибо, выглядит очень аппетитно.

— Это просто овощи, — сказала она спокойно.

— Политые маслом, — ответила я с улыбкой.

— Это называется компромисс, Джульетта, — сказала она, и мне показался в уголках ее губ намек на ухмылку.

Возможно, я неправильно ее воспринимала. Я съела тарелку своих овощей в масле, и, по крайней мере, сегодня я наконец-то почувствовала себя счастливой.

В понедельник утром в школе Камилла обнаружила, что на нее обратили внимание несколько больше, чем обычно.

Она проскользнула за свою парту в передней части аудитории Тейлора, и сразу же к ней подошел тот, кто никогда до этого напрямую не обращался к ней.

— Где Грэм? — требовательно спросил Рис Райан.

Он нависал над ней, сложив на груди руки, и наблюдая за ней прищуренным взглядом. Он мог бы быть красивым, предположила она, если бы постоянно не пытался выражать свое превосходство. И его одежда была чересчур опрятной и отглаженной, словно он сошел с глянцевой обложки журнала. Наверное, он никогда в своей жизни не забирался на дерево или забор.

Камилла пожала плечами. Почему он предполагал, что ей известно о месте нахождения Джул?

— Она заболела, — сказал Сакамото, заходя в класс. Пальцами одной руки он ловко вращал яблоком.

— Откуда ты знаешь? — спросил Райан, раздражено встряхнув головой. — Хотя, не обращай внимания.

— О, ты беспокоишься о ней? — удивился Сакамото, направляясь к своей парте в конце класса. — Это настоящая любовь? Мы могли бы ходить на двойные свидания. Люди бы не переставали говорить.

— Это что, мыльная опера, развивающаяся у тебя в голове? — отрезал Райан.

— Это значит да? Как насчет боулинга?

— Ты идиот.

— Мини-гольф?

Камилла прекратила вслушиваться в их спор. Все, что держало Сакамото подальше от нее — хорошо, настолько она была обеспокоена.

Она была расстроена тем, что девушка не пришла. Габриель просил наблюдать за ней, к тому же, им нужно было договориться, когда они смогут закончить свой эксперимент по химии для школьного фестиваля. У них осталось всего две недели, а Камилла не была хороша в работе в группе. Она надеялась, что Джул вскоре вернется, и ей не придется справляться с обоими парнями самостоятельно.

К тому времени, как настал урок химии, Сакамото вновь обратил на нее внимание. Он сел на пустующий стул Джул и заговорил:

— Я скучаю по Джул. Тут скучно. Эй, ты обидчивая?

— Нет, — категорично заявила она. Она убьет его, если он попытается ее доставать.

— Страшно-страшно, — ответил он. — И так, металлическая штука на руке. Думаю, я понял, в чем дело. На самом деле, ты робот, я прав?

Она пыталась игнорировать его, так же как и Райан. Наверное, ей следует спрятаться за книгой, как делал он. Ей было сложно без помощи Джул — все уравнения в классе химии были достаточно трудны и без Сакамото, ведущим себя еще более отвратительно, чем всегда.

— Роботы необщительные, и ты необщительная, — продолжал он, ни на что не обращая внимания. — Кроме того, это объясняет то, как ты сильна.

Что? Ее глаза метали в него молнии, но он так и продолжал загадочно улыбаться.

Она подумала, что это весьма странно, что при всей своей болтовне он всегда сохраняет одно выражение лица.

— Киборг, да? — спросил он.

— Да, — осторожно сказала она. — Киборг.

— Нет, мне не нравится этот вариант, — сказал он, опираясь спиной на спинку стула. — Как насчет Халка? Погоди, его может быть больше, чем один? Мне следует спросить у ботанов, они уж наверняка знают…