Эмма швырнула бутылку с водой на пол.

– Слушай, Райли и я – просто друзья. Ничего больше. Так что держи свои мысли при себе или считай, что наши тренировки один на один прекратятся. Ты поняла?

 В глазах Эшли промелькнул страх. Она сжала губы и кивнула.

– Эй, девчонки, – обратился Райли, очутившись позади Эммы. Как обычно, он положил руку ей на плечи, вызывая внутри чувство защищённости и дружбы, которое только больше рассердило её. Сейчас не время для его дружеских заморочек. Она убрала его руку, бросив на Эшли свирепый взгляд, и зашагала по площадке, испытывая потребность в баскетболе и ребятах, которые не играли бы так спокойно на её чувствах.

Она и Райли были друзьями. Ничего больше. Но почему, когда она скользнула взглядом по Райли, а он ей улыбнулся, в животе у неё всё перевернулось, как в машине двигатель? И почему при виде Эшли рядом с ним она испытывала раздражение? Должно быть, глупая девчачья особенность. Тусовки с девчонками сводили её с ума. Они всех сводили с ума. Райли никогда не понравится Эмме как некто больше, чем друг, не правда ли? Она покачала головой, чтобы прогнать эти мысли, и сосредоточилась на баскетболе.

Эмма предпочла бы быть охраняемой Томом. Если бы она толкалась, он толкнул бы её в ответ, не заботясь о том, была она девушкой или нет. Если бы она играла с ним нечестно, Том стремился бы к мести до тех пор, пока это был боевой вызов того, кто хотел бы выиграть, особенно, после небольшого инцидента несколько лет назад. Но вместо него у Эммы был Райли. Он слишком хорошо знал её, чтобы реагировать соответствующе. Когда она толкала его, он отходил на два или три шага. Если она играла с ним нечестно, он щекотал её рёбра. Но он всегда знал, когда что-то шло не так. Просто как лучший друг. Ключевое слово – друг.

– Ты в порядке? – спросил Райли.

Она держала мяч в полной готовности, присев в ключевую позицию тройной угрозы.

– Всё хорошо, – холодно ответила она.

– Почему-то я тебе не верю.

– Не знаю. Это твои проблемы.

Окей, да, это было немного грубо, но к лучшему, чтобы отразить любые странные чувства, которые могли бы возникнуть между ними особенно на виду у первокурсницы.

– Ты собираешься охранять меня весь день, как девчонку или подкинуть мне работу над чем-нибудь?

Райли нахмурился.

– Эм, что-то не так?

Она будто собиралась перефразировать для него смехотворное мнение Эшли.

– Ничего. Давай играть.

Она сопротивлялась сильному желанию извиниться перед ним. Нужно, чтобы Эшли и ещё кто бы то не был, знали, что ничего большего, чем дружба, между ними не существовало.

Она этого не допустит.

Эмма взглянула на профиль Райли. Наблюдать его было высшим наслаждением, пока он был занят вождением и не осознавал её пристального взгляда. Мысль, что Райли и она – больше, чем друзья, была абсурдной. Конечно, его пристальный взгляд задерживался на ней дольше, чем взгляд любого из других парней, которых она знала. Он был более ласков с ней, чем другие парни, особенно, после случайного поцелуя в щёчку. В животе у неё ощущался трепет в надежде видеть его иногда. И её сердце ныло, когда они находились на расстоянии. Но что с того. Для друзей это типичное поведение. Лучшие друзья. Между ними не существовало ничего кроме. И существовать не могло.

С небес лился дождь. Даже несмотря на дворники, двигающиеся с глухим стуком на полной скорости туда и обратно, дорога в школу была едва различимой и из-за листьев и обломков, забивших уличные водостоки, частично покрыта водой. В пути на выездную игру не бывает идеальной погоды.

Райли сгорбился над рулевым колесом, словно близость к дороге на шесть дюймов позволила бы ему фактически лучше видеть полосу движения.

– Перестань так тяжело дышать, – он отрегулировал вентиляционные отверстия. – Ты затуманила все окна.

Она глубоко вздохнула, открыла рот и выдохнула, добавив в интерьер автомобиля экстраслой тумана.

– Не хочешь пройтись пешком отсюда до школы?

– Только сумасшедший хотел бы пройтись пешком до школы в такой проливной дождь, – сказала она. – Кроме того, так мило с твоей стороны выставить меня из машины без зонта или приличного дождевого плаща.

Он посмеялся над ней.

– Да, ты права. Я мил. В отличие от некоторых знакомых мне людей.

Несмотря на дорожные условия, он рискнул на свирепый взгляд в её направлении, чтобы подчеркнуть свою мысль.

Видите? Ничего кроме здоровой шутливой беседы лучших друзей.

Они остановились у школьной стоянки, где несметное число детей мчалось стрелой из своих машин к зданию школы. Райли припарковал машину и выключил мотор. Они посмотрели на ливень, надеясь, что через минуту или две он прекратится и они не промокнут во время их забега в школу. Но чёрные тучи над головой никуда не уплывали. Дождь, словно пули, барабанил по крыше автомобиля, и им приходилось перекрикивать шум.

– Ты готова? – крикнул он ей.

– Готова, как никогда! – прокричала она в ответ.

– Раз, – они схватили с заднего сиденья свои ранцы и надели их на плечи.

– Два, – руки на дверных ручках для быстрой эвакуации.

– Три, – они выпрыгнули из джипа, захлопнув за собой двери, и понеслись к школьному зданию. Такие дни не делали дистанцию от стоянки до школы подходящей. Конечно, было бы разумно носить зонтики или дождевики, но влажные вещи трудно хранить в шкафчиках. Их ноги шлёпали по лужам, дождевая вода сочилась с них к тому времени, когда они укрылись в убежище внутри школы.

– Хорошо, это было весело, – Райли потряс головой и капли воды полетели Эмме в лицо.

В отместку она толкнула его о шкафчики, и он засмеялся.

– Увидимся на втором уроке, – она ушла, он пристально посмотрел ей вслед. Пол, покрытый линолеумом, скрипел под её ботинками, пока она прокладывала себе путь через холл. Она повернула циферблат на шкафчике, вытряхнула из ранца бутылку с водой и переложила в него учебники для утренних занятий. Всё было влажным. Тридцатисекундный спринт от стоянки до школы – достаточное время, чтобы все вещи в сумке промокли. Но есть надежда, что учителя приняли во внимание текущие погодные условия при проверке домашней работы.

– Привет, Эмма.

Голос не обладал глубоким тембром Райли или одного из парней. Эмма повернулась на девчачий голос и застыла.

– Что с тобой?

Да, Эмма намокла, но Эшли стояла пропитанная влагой с головы до пят, словно, не раздевшись, окунулась в плавательный бассейн, с баскетбольным мячом в руке, сверкающим от воды, и глупой ухмылкой на лице.

– Ничего.

– Почему ты такая мокрая?

Лицо Эшли выражало смущение.

– Что ты имеешь в виду? Сегодня четверг. Я пошла в школу так, как ты мне сказала. Я не достаточно хороша, чтобы одновременно вести мяч и держать зонт.

У первокурсницы не было ни крупицы здравого смысла?

– Я не имела в виду, что ты должна идти пешком в проливной дождь, – сказала Эмма, сохраняя дистанцию от промокшей до нитки детки. Вода продолжала сочиться каплями с одежды Эшли, образуя вокруг неё на полу лужу.

Эшли пожала плечами.

– Это не так уж плохо. Только немного воды. Кроме того, я думаю, что у меня великолепный дриблинг, - её лицо светилось, она вертела в руках мяч. – Я упражнялась в ведении всю дорогу и потеряла контроль над мячом только три раза. Очень неплохо, ты так не думаешь? Я даже попыталась выполнить несколько твоих затейливых движений, ведя мяч и обходя лужи. Они не тренировались так упорно, а я добьюсь успеха. Я думаю, что готова для игры сегодня вечером. Думаешь, я начну играть так? Могу показать тебе. У меня хорошее предчувствие. Мы, безусловно, намерены выиграть сегодня вечером.

– Великолепно, – на этот раз Эмма не была заинтересована в беседе о баскетболе. Эшли стояла, истекая водой, покрывающей весь пол, с баскетбольным мячом, зажатым в руках, словно она не просто прошла милю под проливным дождём. Что творилось с этой деткой?