— Спасибо, — еще раз сказал он с вздохом. — Где тут туалет, не подскажете?

— В другом крыле, — ответил мэр, — Сразу вначале. Кстати, если дальше по коридору пройдете и свернете налево, то там будет наша столовая. Можете пообедать.

— До свидания… — обронил Сергей, направляясь к выходу.

— Всего хорошего, — кивнул ему мэр напоследок.

Выйдя в коридор и оставшись наедине со своими мыслями, Сергей снова чуть было не впал в беспросветное уныние. Лишь методичные тупые толчки боли в затылке да неимоверная сухость во рту как-то отвлекали от мрачных дум. Терпеть жажду больше не было никаких сил. Организм нещадно требовал воды, и Сергей поплелся в противоположное крыло, где, по словам мэра, находился туалет.

На этаже было тихо и безлюдно. Откуда-то сверху отдаленно доносился гомон детских голосов. Сергей ввалился в туалет, который он опознал по мужскому профилю на двери, и лихорадочно прильнул к корявой раковине у входа, моля бога, чтоб она работала. Ему повезло, немного поклокотав, кран стал выплевывать порциями воду, ту самую, о которой он мечтал: тепловатую, с привкусом ржавчины и чего-то еще. Но ему уже было все равно. Жадно припав губами к крану, Сергей глотал эту воду и блаженствовал. Он думал, что никогда не напьется, но вскоре начал ощущать и вкус, и запах воды и остановился. Ему полегчало. Отдуваясь и закрыв глаза, он подождал, когда утихомирится сердцебиение, потом сделал еще несколько глотков, ополоснул лицо и привалился спиной к стене.

Ну что, родной, сказал он себе. Что теперь делать будешь? Кому побежишь морду бить, на кого в суд будешь подавать, а? Похоже, что в такие командировки ты еще не ездил. Похоже, если и бывают на свете феноменальные невезения, так это одно из них… Ладно, еще рано выть, сказал он себе твердо. Еще ничего не известно, я ничего толком не знаю. Главное сейчас — это во всем разобраться… Не может быть, чтобы отсюда не было выхода! Раз эта сволочь Яшка вышел одним способом, значит вполне могут быть и другие!.. Должны быть, со злостью подумал он. Нет, так просто я вам не дамся. Я выберусь отсюда, черт подери!

Сергей выпрямился и вытер с лица капли воды.

— Ну что ж… — хрипло выговорил он, ощущая в себе зачатки решимости. Едемте.

Он закрыл булькающий кран, вышел из туалета и направился на второй этаж. На лестнице его обогнали два пацана с тетрадями под мышкой. Левый коридор оказался заполнен детьми всех возрастов. Поначалу Сергей было удивился, но потом вспомнил, что мэр говорил что-то о школе. Он направился в правое крыло и сразу же наткнулся на нужную дверь. «Отдел особого назначения при мэрии» гласила надпись. Стукнув для приличия два раза кулаком в дверь, Сергей вошел.

Этот кабинет был несколько меньше по размерам, чем у мэра, и содержал всего три стола. Все они были явно рабочими, но два из них пустовали. В кабинете сидел один человек, слева от двери, спиной к стене. Был он, под стать мэру, тоже лет пятидесяти, худощав и высок, что было заметно, несмотря на то, что человек сидел. Редкие седые волосы уже стали исчезать с макушки его головы. Одет он был в темно-серый костюм с отливом и на носу имел очки в тонкой никелированной оправе.

— Можно? — спросил Сергей, озираясь по сторонам.

— Да, проходите, молодой человек, садитесь, — произнес человек, глядя на Сергея поверх очков.

Сергей прошел к столу и сел на стоявший сбоку стул. В углу он заметил заваленный бумагами сейф, точно такой же, как в кабинете мэра.

— Вы начальник отдела? — осведомился Сергей.

— Да, — сказал человек. — Вы, очевидно, новенький. Мне Илья Максимович позвонил. Это вы Сергей?

— Я, — сказал Сергей. — А ваше имя-отчество?.. Он говорил, но я не запомнил…

— Владимир Николаевич, — сказал человек. — Фамилия Кравец.

— Мне нужно вам рассказывать о причинах моего появления? — осторожно поинтересовался Сергей. Ему очень не хотелось делать это в третий раз.

— Разумеется, — сказал Кравец. — Расскажете, потом я вам дам анкету, вы там опишете в том числе и эти события. Вкратце. Насчет анкеты не пугайтесь такой порядок. У нас каждый человек в резервации подлежит учету.

— Ради бога, — изрек Сергей. — Раз надо…

Он собрался с духом и в очередной раз поведал свою историю. Кравец очень внимательно слушал, поблескивая линзами, и иногда задавал вопросы уточняющего характера. Когда Сергей закончил, он произнес: «Хорошо», открыл один из ящиков стола и стал там рыться.

— Честно говоря, их еще надо найти… — прокряхтел он, склоняясь и заглядывая куда-то внутрь. — Давненько у меня никто анкет не заполнял. Вроде здесь были… Ага, вот, — Он вытащил какие-то бланки. — Возьмите, молодой человек. Пока вы заполняете, я посмотрю, куда бы вас поселить. М-м-да…

Сергей взял у него бланк и авторучку.

— Вы можете сесть за другой стол, — сказал Кравец. — Если что-то неясно, спрашивайте.

Сергей перебрался за стол рядом и рассмотрел бланк анкеты. Он назывался: «Анкета проживающего на территории резервации». Под заголовком стояла графа «Регистрационный номер», далее шли всевозможные вопросы: Ф.И.О., год и место рождения, прежнее место жительства, паспортные данные, подробное семейное положение, состояние здоровья, прежнее место работы, полный перечень родственников, их возрастов и мест проживания…

Сергей покосился на Кравца. Начальник отдела особого назначения внимательно изучал содержимое одной из папок на своем столе и при этом бубнил себе под нос: «Так, так, так…» Вопросы в анкете оказались далеко не шуточными. Видимо, отдел особого назначения — штука серьезная, подумал Сергей. Круто он берется за учет населения, с размахом… Вздохнув, он стал заполнять графы. Когда он дошел до серии вопросов: «Имеете ли вы тяжелые формы заболеваний?», «Имеет ли кто-либо из ваших родственников тяжелые формы заболеваний?», «Употребляете ли вы наркотики?», «Состояли ли вы на учете в наркодиспансере?», то перестал писать и слегка озадаченно спросил:

— Тут вот ряд вопросов медицинского характера. Про родственников зачем-то… На них обязательно отвечать?

— Отвечать обязательно на все вопросы, — с расстановкой сказал Кравец, не отрываясь от изучения содержимого папки. — Если вы в чем-то не уверены относительно родственников — пишите, как помните или знаете.

Сергей пожал плечами. Ладно, подумал он, напишем. Не имел… Насколько мне известно, никто из родни тоже… Не употреблял… Не состоял… Что там дальше у нас? Так. «Имеете ли вы психические заболевания; состояли ли вы на учете в психдиспансере?», «Имеете ли вы склонность к насилию?», «Имеете ли вы склонность к самоубийству?» Сергей негромко хмыкнул. Однако, подумал он слегка удивленно. А впрочем, ваше дело спросить, наше дело ответить. Ответим… Последними были вопросы о судимостях, связях с криминальными структурами, конфликтах с законом, пребывании за границей, а также равно и в других городах России.

Кравец уже перестал копаться в бумагах, он выжидающе посматривал на улицу через окно и вертел в руках авторучку.

В самом конце анкеты была довольно обширная графа «Причины попадания на территорию резервации». Сергей коротко, в несколько фраз обрисовал свою историю, затем поставил дату и подпись.

— Пожалуйста, — сказал он, подходя к столу Кравца и протягивая ему бумагу.

С минуту тот молчаливо изучал ее содержимое, затем отложил анкету в сторону и воззрился на Сергея.

— Хорошо, — произнес он и в свою очередь протянул Сергею маленький блокнотный листок. — Возьмите, здесь адрес. Да вы садитесь.

Сергей взял у него листок и снова сел на стул для посетителей. На листке было написано: «пер. Солдатова, 6 — 17, Галушко». Не дожидаясь вопроса, Кравец пояснил:

— Жить будете у них. Семья — трое человек. Двухкомнатная квартира. Они дадут вам одну комнату.

Сергей растерялся.

— А как же… — пробормотал он. — Я не понимаю…

— Да вы не переживайте, — успокаивающе заговорил Кравец. — Это все официально и в порядке вещей. Видите ли, молодой человек, в резервации очень много, таких как вы, поселенцев. То есть людей, которые квартируют. Поэтому ничего экстраординарного в вашем случае нет. Все об этом знают, все всё прекрасно понимают. Потому что людям надо где-то жить… Мы подселяем их по возможности к тем, у кого жилплощадь побольше. Это вынужденная мера, и они обязаны вас пустить. Никакой специальной бумаги для этого от меня не требуется. Я сегодня позвоню кому-нибудь из хозяев и предупрежу. Ну, вы и сами тоже объясните.