Глава 28

Глава 28

Время до премьеры медленно, но неумолимо таяло, летело с короткими ночами и репетициями, ползло на скучных уроках и вечерних зубрежках. Юлисса ныла, уставая на пробежках и готовясь к зачетам. Я же готова была на любые нагрузки и трудности, лишь бы сохранить затишье, наступившее в моей жизни. Покушения на меня прекратились, Боран вернулся и обходил меня десятой дорогой, новых претендентов на знакомство не появилось, магистр оставил меня в покое. Он больше не третировал меня на уроках, не привлекал к этому других студентов, не настаивал на разговорах и встречах. Для него я стала одной из сотен адепток. Меня больше не тошнило в его присутствии, я снова могла посещать его лекции. Пару раз связывалась с Шианом. В последний раз из-за его спины меня сверлила недовольным взглядом полураздетая драконица, он, смеясь, просил не обращать внимания. Для себя решила, что больше не рискну его беспокоить. Мы успели договориться на встречу в день премьеры, смущаясь и краснея, быстро отключила связь.

* * *

В первый день Цветня проснулась в панике от страха провала и наотрез отказалась идти в душ, про академию и речи быть не могло. Я спряталась под одеяло, откуда меня пыталась вытащить Юлисса, угрожая пригласить Алирау на подмогу. Сползая с кровати, попыталась забиться под кровать. Подруга пригрозила магистром Орташем. Это помогло. После душа, волнение только усилилось, руки тряслись, стрелочки на глазах не получались. Была вызвана на помощь соседка. И общими усилиями меня нарядили и накрасили. Не чувствуя холода, механически переступала ногами, следуя за тащившей меня в академию темной эльфийкой. Здание академии приближалось, а моя решимость таяла. Всезнающая Юлисса сообщила, что в Большом зале уже собрались гости из титулованных родителей адептов и членов комиссии. Ее матушка среди них с нетерпением ждет моего выступления. Украшенная к выступлению сцена была прикрыта пологом невидимости. В Малом зале, примыкающем к нему, мастера иллюзий наводили последние штрихи на исполнительниц. От смеси духов, аромата цветов и успокоительного у меня разболелась голова. Я присела в кресло, наблюдая мельтешение команды. Лидан краснел и отводил глаза при виде полуобнаженных девушек, выстроившихся к иллюзионистке «за платьем». Магесса заявила, чем меньше на теле одежды, тем эффектнее выглядит иллюзия. Я все же решила оставить кружевной бюстик, в ущерб эффектности. Надев туфли на шпильке, чтобы не выделяться низким ростом, рассматривала свое отражение в зеркале. Плюс иллюзорного платья в том, что оно не мнется и не пачкается.

В белом струящемся шелке с невянущими кремовыми розами, украшающими плечо в виде цветочной брошки и русые локоны высокой прически, я себе казалась невестой. Макияж выделил глаза, сделав взгляд глубже и мягче. Осознание, что выгляжу потрясающе, странным образом успокоило, я выдохнула и отошла от зеркала. В это время конферансье открыл проход на сцену Большого зала и пригласил нас. Девушки разом притихли, собрались, поправили кто цветы, кто грудь и гуськом отправились покорять сердца комиссии. Невидимые, мы выстроились под иллюзией на сцене, разглядывая присутствующих в зале. В первом ряду сидели члены комиссии, ректор и деканы. Лорд Орташ в любимом камзоле шоколадного цвета с вышивкой серебром вежливо улыбался красивой блондинке из комиссии, со значением сжимавшей его руку. Лидан навел последние штрихи к иллюзиям, включилась музыка, и меня осветили софиты. Зал умолк. Лорд Орташ замолчал на полуслове и перевел взгляд на меня.

Я запела, глядя только в его глаза. Вокруг меня согласно задумке с каждой строкой припева на разных ярусах сцены появлялись новые исполнительницы, с которых иллюзионисты снимали невидимость согласно сценарию. Мы чуть покачивались в ритм музыки. Усилиями магов-иллюзионистов, сцена становилась то зимней заснеженной поляной, то осенним, дождливым парком. Вокруг исполнительниц крутились призрачные снежные вихри и сорванные осенние листы, символизируя печаль прошедшего чувства. Блондинка, сидящая рядом с Орташем, наклонилась и прошептала ему что-то, магистр проигнорировал, сверля меня мрачнеющим взглядом. Я надеялась, что за это время он остыл, и как в песне «любовь прошла» у нас обоюдно, но Риан при каждом припеве все больше темнел лицом. Белокурая соседка отвернулась, больше не делая попыток вернуть его внимание, и с интересом разглядывала диковинные цветы на солистках. Я придумала закончить песню сюрпризом, о котором никто не знал. Юлисса подтвердила, что в этом мире не существует бабочек. Решила вырастить несколько и выпустить, порадовав земным чудом членов комиссии. Спрятав руки за спину, призвала магию и почувствовала, как легкие крылышки щекочут ладони. На последних словах припева, выставила ладони перед собой, и разноцветные, тропические красавицы закружились над головами слушателей. Они садились на членов комиссии, приводя женщин в восторг. Лазоревая Нимфалида очутилась на рукаве лорда Орташа, он поднес руку ближе к глазам, любуясь переливами крыльев. Музыка стихла. Сцену скрыли пологом невидимости, и мы почти бегом рванули за кулисы переодеваться.

Благодарить овациями за выступление тут не принято? Странный мир! Не придумать, как выразить благодарность за удовольствие!

Только мы оказались в репетиционном зале, как девчонки налетели на меня, тиская и обнимая, я смеялась и поздравляла их с успехом. Появились бокалы и бутылки игристого вина. Мужчины помогли открыть, и мы всей командой отметили удачное выступление. Все гомонили, стараясь поделиться впечатлениями.

— Вы видели, как Алирау в сцене чуть дыру не проглядел? Глаза-то не сломал?

— Я смотрела прямо на него и пела в лицо. Пусть знает, никому он не нужен.

— Девчонки с боевого говорят, он обручился с первокурсницей и шляется по борделям.

— Красный как вареный рак был ваш Алирау. Видно нагоняй получил от матушки. Рядом княгиня Лирван сидела. На невестку приехала посмотреть.

— Ректор Дож пьяный уже был! Продремал половину песни.

— Это он претворяется. Потом отчисляет слишком глазастых, кто это заметил и сплетню пустил.

Тема ректора была тут же забыта. Вино вновь зашипело в бокалах.

— Магистру Орташу вообще не понравилось. С такой ненавистью на нас смотрел, я думала, спалит сцену. Что ему опять не так? Может, всем скинуться и элитную куртизанку ему купить? Расслабиться, подобреет.

— После такого подарка он тебя саму в куртизанки сдаст!

На эти слова певицы дружно покивали, гадая о причине плохого настроения лорда.

— Это не из-за нас. Рядом же Кларисса сидела, известная в министерстве дама легкого поведения. Он ее терпеть не может.

— Не везет ему. Невеста дурная попалась, с матушкой его повздорила. Он обручение разорвал.

— Нашла кого жалеть. Боевики старшекурсники снова в Круллову Падь едут. Девчонки говорят, в зверствах магистр сам себя превзошел. Больше всех Алирау достается.

— С Алирау понятно почему свирепствует, тот с его невестой спал… с маркизой Гройской.

Перемыв костей грозил затянуться, когда на девушках начали таять иллюзии одежды. Десяток девиц остались в туфельках и с бокалами в руках. Теперь, когда главные волнения остались позади, они заметили Лидана и его друга и, ругаясь, вытолкали тех за дверь. Парни, смеясь, нехотя отбивались от кучи голых красавиц.

Быстро одевшись к праздничному банкету, возбужденно обсуждая последние новости и сплетни, девушки пестрой стайкой двинулись к входу в Большой зал, где продолжался концерт.